Потерянная планета
Шрифт:
Тёмными зимними вечерами отец рассказывал сыну сказки. Фёдор забирался к нему на колени и под ровный голос рассказчика попадал в необычный мир, где вода сама падала с неба, а еда росла на деревьях. Придуманные отцом человечки жили на волшебной планете, омытой прозрачным дождем. Их мир назывался «Та голубая Жемчужина Вселенной», что в переводе на марсианский означало Земля.
– А где находится эта планета? – спрашивал Фёдор и с замиранием сердца прижимался к груди отца.
– Люди воевали друг с другом, и Земля погибла от взрыва тысячи бомб. «Голубая Жемчужина»
Но кто принимает к сердцу детские печали? И Фёдор не собирался долго грустить. Мальчик любил Марс и его каменистые пустоши. Когда на полюсе таял снег, и солёные ручьи наполняли жизнью извилистые ложбинки среди скал, Фёдор отправлялся с отцом на юг, чтобы полюбоваться ожившим с приходом весны терракотовым мхом. Летом они частенько поднимались на летающую платформу и мчались наперегонки со смерчем через пустыню или ловили зубастых червей, роющих норы на крутых склонах вулканов экватора.
Годы шли, и Фёдор рос без особых забот. Но однажды в его дом постучала беда – повестка из отдела, регулирующего численность населения на планете. Закон Соло гласил:
– Шестидесятилетний возраст является пределом гарантированной государством человеческой жизни!
Анкеты людей, перешагнувших шестидесятилетний барьер, чиновники закладывали в суперкомпьютер, и бездушная машина, прозванная в народе «Хрустальный Молот», сама выбирала лишних людей. Получивших повестку стариков родственники провожали на сборочный пункт. Там их усаживали в звездолёты, и те стартовали в неизвестность.
Лишившись отца, Фёдор потерял душевный покой. Снова и снова перед глазами юноши вставали понурые спины бредущих на сборочный пункт людей, прощальный взгляд и поднятый вверх кулак отца, отчаянный крик и рыдания матери. После того страшного дня Фёдор решил:
– Будь, что будет, но свою мать государству я не отдам!
Минуло несколько лет, и Фёдору предстояло пережить новое расставание. Анне Барт тоже исполнилось шестьдесят лет.
– Успокойся и дождись моего возвращения, а я придумаю, как тебя спасти, – обещал матери Фёдор.
Сеанс связи закончился. По курсу корабля испускало протуберанцы далёкое Солнце. Вокруг его пульсирующей короны вращались две утренние планеты Меркурий и Венера, а Фёдор сидел неподвижно, раздавленный безысходностью Солянского бытия. Измученный горькими думами о несправедливом устройстве мира, он с отчаянием смотрел в космическую пустоту.
Глава третья
Космическая тюрьма
Однообразный перелёт подошёл к концу. Чуткие радары определили место положения военной базы, и автопилот уверенно подвёл к ней корабль. Фёдор в последний раз проверил расчёты, и тяжёлый механизм начал раскручивать посадочную спираль. После очередного виража на экранах локаторов появился огромный сигарообразный объект. Металлическая туша, ощетинившаяся сотнями боевых ракет, устрашающе сверкала
После дезинфекции шлюзовых камер на прибывший грузолёт явился отряд вооруженных бойцов, которых возглавлял совсем ещё юный рыжеволосый лейтенант. На рукаве его мундира блестел шеврон особого рода войск.
– Отряд «Карающий меч закона»! – понял предназначение недавнего выпускника Коалиса Фёдор.
Опаленное космическим излучением заносчивое лицо Геора выдавало желание сполна насладиться предоставленной ему властью.
– Так кто же хозяин этой лохани? – с пренебрежением оглядывая тесную рубку, сквозь зубы процедил краснолицый громила.
– Компания «Грузовые перевозки Атама», – не скрывая насмешливой улыбки, ответил Фёдор.
Он подал начинающему вояке удостоверение пилота первого класса и документ, подтверждающий техническую исправность корабля.
Изучив документы и не найдя в них ничего предосудительного, строгий страж всё же искал повод придраться. Геор повёл коротким с лёгкой горбинкой носом и, уловив запах спиртного, уставился в раскрасневшееся лицо Пола.
– А страховочная карта у вас имеется? – не отводя глаз от покрывшегося каплями пота второго пилота, поинтересовался Геор.
– Подай документ, – обратился Фёдор к вжавшемуся в кресло Полу.
Здоровяк принялся суетливо рыться в боксе. Из набитого всяческой ерундой ящика посыпались инструменты, запчасти, слайды. Геор поднял вывалившуюся на пол рамку с детской фотографией Фёдора, и гримаса зависти исказила его веснушчатое лицо. Удобно устроившийся на коленях отца счастливый малыш обнимал пушистого медвежонка.
– Смотрю, Барт, ты родился в приличной семье, так какого демона тебя на грузовой флот занесло? Сидел бы сейчас у микроскопа и тихо сопел в две ноздри.
– Моя жизнь тебя не касается, – не понимая причины вспыхнувшей между ними ненависти, задиристо ответил Фёдор.
– Проводить досмотр корабля – моё основное дело! И я по-прежнему не вижу страховочной карты, – огрызнулся Геор.
– Сейчас я её найду, она была где-то здесь, – роясь в боксе, бормотал нетвёрдо стоящий на ногах Пол.
Из ящика выпала банка из-под Пламо.
– Опа! А вот и вещественное доказательство контрабанды, – обрадовался Геор. – Ребята, полный досмотр корабля! Осматривайте внимательно все углы! – приказал лейтенант своим бойцам.
Под креслом второго пилота солдаты обнаружили смятые жестянки из-под «Пламо».
– Парни, вы арестованы за контрабанду алкоголя, – с усмешкой произнёс повеселевший Геор.
– Но банки пусты, в них нет ни капли спиртного, – возмутился Фёдор.
– Молчать! – оглушил его грозный окрик. – Следы преступления на лицо!
– Лейтенант, мне нужно срочно вернуться на Марс! – попробовал объясниться Фёдор.
– Начальник, у него дома беда, – жалостливо заныл Пол.
Но вмешательство второго пилота взбесило лейтенанта ещё сильней.