Потерянное освобождение

Торп Гэв

— Похоже, Реквая опять потянуло на резьбу, — произнес страж. Корвус не обнаружил особой злобы в голосе человека.

— Оставь, — донесся голос сверху. — Она не опасна. Тем более если доложим, нам же больше возни с бумагами достанется.

— Даже не знаю, — произнес сидевший возле проема страж. — Она же запрещена; если ее найдет кто-то другой, нас поставят на штрафные смены или чего похуже.

—

Дай взгляну.

Страж отодвинулся, вместо его головы в шлеме возникла другая, в этот раз с серебряной полосой на носу, которая обозначала капрала крыла. Он просунул внутрь фонарь, и луч света упал прямо на Корвуса.

Мальчик напряг каждый мускул своего тела, готовый прыгнуть и оторвать капралу голову, если тот попытается поднять тревогу.

К немалому удивлению Корвуса, капрал ничего не сказал. Он еще раз посветил по стенам, луч дважды прошел по мальчику, а затем встал.

— Ты прав, — произнес капрал крыла. — Не станем докладывать. Пусть сдаст инструмент, ведь им можно пользоваться как оружием.

Плита со стуком опустилась на место, заставив Корвуса вздрогнуть. Тяжело дыша, он сжался во тьме, не в силах понять, почему его не обнаружили.

Наконец звук шагов стал удаляться и дверь с лязгом закрылась. Затем по плите раздался тихий скрежет.

— Ты еще там, парень?

Рассмеявшись от облегчения, Корвус добрался до плиты и поднял ее, радуясь растерянному бородатому лицу Реквая.

— Пока — да, — ответил Корвус.

— Я уже думал, они тебя наверняка найдут, — сказал Реквай, помогая Корвусу вылезти из проема, хотя мальчик совершенно не нуждался в помощи. — Клянусь, они глядели прямо вниз.

— Ага, — ответил Корвус. — Но они не видели меня. Как это возможно?

Реквай покачал головой и рухнул на матрас, пока Корвус вставлял плиту обратно на место, в этот раз убедившись, что она вошла плотно.

— С тобой часто происходит невозможное, — произнес старый узник. — Возможно ли, чтобы ребенка нашли под многокилометровым ледником? Возможно ли, чтобы он оторвал голову взрослому мужчине? Возможно ли, чтобы он рос в пять раз быстрее других детей? Когда дело касается тебя, многое становится возможным.

— Они смотрели прямо на меня, но не видели…

Корвус уже вообразил безграничные возможности. Как будет чудесно без проблем путешествовать по крыльям,

переходить из одного блока в другой незамеченным. Где-то внутри, на уровне инстинктов, он знал, что способен на подобное. Как и остальными дарами, которыми он владел, он мог этим пользоваться в любое время, но Корвус пока не был уверен — с какой целью.

— Хорошо, что стражи не отобрали твои статуэтки, — сказал Корвус, вернувшись в настоящее.

— Да уж, черт меня дери, — ответил Реквай. — Прежде чем уйти, капрал врезал дубинкой мне по животу. Они все ублюдки, парень, никогда не забывай об этом.

— Не забуду, — пообещал Корвус. — Они все ублюдки. Не волнуйся, Реквай, однажды мы отомстим.

Старик улыбнулся и подался вперед, жестом указав Корвусу сесть рядом с ним. Он приобнял мальчика за плечи.

— Так и будет, парень, — произнес узник. — Еще пара лет — поэтому наберись терпения. Еще пара лет — и ты будешь готов. Не сомневаюсь, ты заставишь ублюдков заплатить за все.

Корвус улыбнулся.

Сдержав слово, Коракс встретил Имперских Кулаков в сопровождении старших офицеров и ротных капитанов. Нориц прибыл со всеми подчиненными ему легионерами, которые спустились по рампам «Грозовых птиц» на посадочную палубу и выстроились почетным караулом.

Нориц вышел последним; увенчанный гребнем шлем лежал на сгибе локтя, с плеч ниспадала длинная багровая мантия. Кораксу подумалось, что капитан с короткими светлыми кудрями был слишком молод для своего звания; голубые глаза его первым делом остановились на примархе. Капитан тяжело сглотнул и продолжил смотреть на Коракса.

— Что-то не так, капитан? — спросил примарх.

— Нет, вовсе нет, — словно опомнившись, быстро сказал Нориц. — Мы думали… мы не ожидали увидеть Гвардейцев Ворона, а тем более вас, примарх.

— И почему же?

Капитану стало еще более неловко.

— Мы получили весть, будто вы все погибли, — тихо сказал он. — Гвардия Ворона, Саламандры и Железные Руки… Нам, точнее, командованию легиона сообщили, что с Исстваана никто не выбрался.

— Как видишь, это не так, — произнес Коракс. — Гвардия Ворона продолжает служить Императору.

Капитан ничего не ответил. Коракс понял, что сейчас у Норица крутилось в голове только одно объяснение: Гвардия Ворона заключила союз с Хорусом.

— Твои подозрения понятны, капитан, — сказал примарх. — Когда столь немногим удалось выжить после подобного предательства, сложно поверить, будто это случилось без тайного сговора. Я постараюсь развеять твои сомнения. В каких бы доказательствах ты ни нуждался, мы обеспечим их.