Потерянное освобождение
Шрифт:
Взревели сирены, замигало аварийное освещение, ворота начали подниматься.
— Оружие к бою! — заорал Корвус, перекрикивая оглушающий грохот огромных механизмов.
Ворота успели подняться всего на полметра, когда с другой стороны ударил град пуль, разрывая колени и ноги повстанцев. Человек двадцать разом рухнули на пол, крича от боли и держась за оторванные конечности. Остальные заключенные бросились врассыпную, чтобы избежать той же участи.
Взгляд Корвуса упал на Ленсу. Девушка
В следующую секунду в нее угодило еще несколько пуль, сорвав половину лица и оставив на теле глубокие раны.
Корвус с ревом бросился на пол и перекатился под поднимающейся дверью. Он вскочил на ноги перед двумя солдатами, стоявшими за тяжелым стаббером, лафет-тренога которого была опущена на всю возможную длину. Дробовик Корвуса изрыгнул заряд, в клочья разорвав бронежилет ближайшего стража. Второй потянулся к кобуре и выхватил пистолет, пока Корвус вгонял в патронник следующий патрон.
Стражник в отчаянии принялся жать на спусковой крючок, но пули просто отскакивали от груди Корвуса. Наконец пистолет несколько раз подряд пусто щелкнул, и на лице человека проступил ужас. Внезапно его руку и плечо прошила очередь, и страж в брызгах крови кубарем покатился по полу.
Второй стабберный расчет разворачивал свое оружие на лидера повстанцев. Бросив дробовик, Корвус взял стаббер и ногой сбил треногу. Он перекинул патронную ленту через руку и прицелился в оставшихся стражников. На них Корвус израсходовал три короткие очереди, он стрелял осторожно, чтобы не повредить другой тяжелый стаббер.
Врата поднялись еще на полтора метра, под ними пролазило все больше повстанцев. Корвус послал Бранна, Агапито и Стракена за вторым тяжелым стаббером.
— Вперед! — закричал Корвус. — Вперед!
Глава тринадцатая
НАДЕЖДА КОРАКСА
ГИДРА КОНТАКТ-ДВА
ПУТЬ К ПОБЕДЕ
Очередь, извивающаяся вдоль одной стены коридора и возвращающаяся обратно вдоль другой, сделала шаг вперед. Навар Хеф заглянул в открытую дверь слева, чтобы узнать о происходящем. Рекруты — пока им не позволяли называть себя Рапторами — строились перед командором Бранном. Возле командора стоял сержант Нестил с коробкой, накрытой черной материей. Каждый рекрут по очереди опускал руку в коробку и доставал шестигранную гайку. Некоторые оказывались черного цвета, другие — белого.
Те, кто вынимал белую гайку, вздыхали и отходили в сторону. Счастливчики, которым выпала черная — каждый третий рекрут, — направлялись в комнату. Это были те, кому в скором времени предстояло пройти трансформацию.
Навар видел, как новые Рапторы тренируются в зале. Они были воодушевлены даже больше, чем легионеры, которых Навару приходилось видеть в своей жизни. Он помнил каждого парня из первой девятки, когда они были еще мальчиками — всего пару недель назад. Теперь они тренировались вместе с легионерами, а также учились обращаться с болтерами и тяжелым вооружением.
Так близко! Если Навар вытащит черную гайку, то
Его руки дрожали от возбуждения, во рту пересохло.
Между Наваром и командором Бранном стояли всего пятеро рекрутов. Первый из них достал белую гайку — неудача. Оставалось еще четыре. Рекрут, который шагнул вперед — светловолосый парень по имени Моло, на несколько лет старше Навара, — был командиром его отделения. Навар затаил дыхание, когда Моло засунул руку в коробку, зажмурив один глаз, словно боясь увидеть то, что ему выпало.
Черная гайка.
— Повезло тебе, Моло, — прошептал Навар, и тот в ответ подмигнул ему.
— На этом все, — сказал Бранн, выйдя в коридор.
— Командор? — спросил Навар, и все внутри у него сжалось от разочарования.
— Это была следующая сотня, — объяснил Бранн. — Возвращайтесь в спальни и готовьтесь к тренировке в час Убывания.
Бранн зашел обратно в комнату и закрыл за собой дверь, оставив поникших рекрутов одних. Навар чувствовал себя так, словно ему только что зарядили между ног, и ноющий тугой узел в нижней части живота говорил о том же. Он не вошел в первую девятку. И не станет одним из второй сотни.
— Не переживай, — сказал Каол, похлопав Навара по плечу. — Пусть мы и не первые, но Рапторами мы все равно будем. Неделю можно и подождать.
Неделя казалась Навару вечностью.
Примыкавшая к командному залу личная комната управления Коракса представляла собой квадратное помещение десяти метров в поперечнике, все стены которого были заставлены экранами и аналитическими устройствами. Технический персонал и жужжащие сервиторы занимались работой у пультов, сопоставляя потоки данных вращающихся звездных карт и постоянно изменяющихся информационных сводок.
Бранн, Агапито, Соларо и Алони сидели за стеклянным столом в центре комнаты, возле них стоял Коракс, сжимая в руке портативный терминал. В углу, отдельно от остальных, безмолвно сидел Аркат, которого примарх пригласил сюда исключительно из вежливости. Бранн только что закончил читать доклад по трансформации второй группы Рапторов. Во время операции умерли двое. Как и после первой волны, результат имплантации был ошеломляющим.
— Сиккс говорит, что создал генетическое семя еще для двух тысяч человек, хотя во Впадине Воронов одновременно мы можем проводить имплантацию всего двум с половиной сотням рекрутов. Он просит, чтобы мы перенесли всю работу в Шпиль Воронов.
— Пока это невозможно, — ответил Коракс. — Что с новыми доспехами?
— Испытания почти завершены, — сказал Бранн. — Рапторы быстро учатся использовать усовершенствованные системы. У меня подготовлены пять тысяч доспехов в цветах легиона. Осталось завершить формирование отделений, прежде чем передать в армориум необходимую символику.
— Я набросал список потенциальных кандидатов в сержанты, — произнес Агапито, активировав сенсорный экран перед собой. — Пусть Рапторы и хорошо подготовлены, но им нужно выделить кого-нибудь из Когтей для обучения премудростям командования.