Потерянное сердце
Шрифт:
— Нет-нет! — закричала Кристина. — Не говори так! Тетушка Маргарет всегда была ко мне по-своему добра! Дело просто в том, что она чересчур властная. А дядюшка Саймон... он просто забыл, что это значит — быть молодым. Они любят Сирила. По-моему, он им даже кажется почти совсем нормальным. Они всегда все ему разрешали. Поэтому, как только ему понадобилась я...
— Они пообещали ему, что он тебя непременно получит, — закончил фразу Феликс. — Миленькая история! Так что если бы не появился я, то ты пошла бы к алтарю, как овечка на заклание. Разве не так?
— Наверное, так, — вынуждена
— Ты хоть понимаешь, насколько ты хороша? — Голос Феликса неожиданно зазвучал совсем иначе.
Девушка взглянула на него, и в глазах ее мелькнул страх. Личико побледнело, огромные голубые глаза раскрылись еще шире.
— Хороша? — едва слышным эхом отозвалась она.
— Не просто хороша! Ты прелестна, очаровательна! Конечно, ты еще совсем не умеешь подать себя в выгодном свете. Но выглядишь так, словно тебе шестнадцать и ты только что открыла для себя этот мир. Поверь, на свете найдется немало людей, кому это покажется куда симпатичнее, чем вся надуманная изощренность столичных красоток!
Молодой человек помолчал, а потом добавил:
— И, между прочим, я тоже принадлежу к этой компании.
— Ах, Феликс! Пожалуйста, не говори мне такие комплименты, — взмолилась Карина.
— Но почему же? Я хочу это сказать! Ты действительно чудо как хороша. А когда начнешь увереннее себя чувствовать, то и вообще превратишься в настоящую красавицу. Только постарайся не разучиться производить впечатление этой восхитительной невинности! Она долго еще послужит тебе верой и правдой, ведь в невинности и чистоте твоя сила и привлекательность.
— Что-то я не очень понимаю, о чем ты говоришь, — не удержалась от смеха Карина. — Ты хочешь сказать, что поможешь мне найти работу?
С минуту Феликс молчал. Он мог бы отпустить колкую реплику, которая привела бы в восторг всех его друзей, однако вовремя сдержался, не позволив себе лишнего.
— Да, это как раз то, что я и имею в виду, — спокойно и просто подтвердил он. — Но спешить некуда. Нужно найти такую работу, которая покажется тебе интересной. Тогда придет успех.
— Но жить-то мне нужно уже сейчас, правда? — негромко, словно размышляя вслух, проговорила девушка.
— Насчет своей жизни можешь не волноваться, — успокоил кузину Феликс.
— Но ведь я не могу брать у тебя деньги, во всяком случае, много денег! Тем более что кое-что у меня есть: те триста фунтов в год, которые оставили мне родители. Жаль только, что за последнее время я много потратила... на одежду.
— Ах, ну конечно! Приданое! — процедил Феликс сквозь зубы. — Как у них только совести хватило заставлять тебя выходить за этого недоумка, да к тому же еще и кузена! Просто уму непостижимо!
— Давай не будем возвращаться к этой теме. Пожалуйста, позволь мне обо всем этом забыть! Тем более ты сам обещал, что мне больше не придется переживать.
— Действительно, обещал, — согласился Феликс, — и непременно сдержу слово. Вся эта история взбесила меня, особенно поначалу, когда я только узнал о ней. В ту самую минуту, как увидел, что ты тайком плачешь,
— Ты просто удивительный! — восхищенно воскликнула Карина. — А вдруг они захотят, чтобы я вернулась? Если тетушка Маргарет явится и начнет меня уговаривать, я ни за что на свете не смогу ей отказать.
— Некоторое время она тебя просто не сможет найти, — успокоил молодой человек. — Ты должна научиться доверять моему опыту, Карина. Я тебя не брошу. Поэтому тебе и нет необходимости так срочно искать работу.
— Так что же мне делать? — растерянно спросила Карина.
— Для начала ты поживешь в семье моих добрых друзей, — ответил молодой человек. — Ты слышала когда-нибудь такое имя — Гарлэнд Холт?
— Мне кажется, я что-то слышала об этом человеке. Это очень важная персона?
— Сейчас он один из самых влиятельных людей в Сити. — В ответе Феликса прозвучало почтение. — Редкий день газеты не печатают репортажи и статьи о нем. Стоит только развернуть страницу, посвященную финансам! Но в самом деле! Чего я хочу? Ты же не интересуешься финансами?
— И правда, не интересуюсь. — Девушка чуть виновато улыбнулась. — Видишь ли, дело в том, что мой капитал не настолько велик, чтобы стоило из-за него волноваться.
Снова повисла пауза. Следующий вопрос Феликса озадачил девушку.
— Ты умеешь печатать?
— Умею, — сразу ответила она, — и поэтому я запросто могу работать секретаршей. Дядюшка Саймон любил, чтобы его речи и доклады были напечатаны на машинке. А он их произносит в огромном количестве! И на обеде Британского легиона, и в совете графства, и еще в самых разных местах. Поэтому тетушка Маргарет и пристроила меня помогать ему. Конечно, мне бы очень хотелось учиться в настоящем колледже, где готовят секретарей и делопроизводителей, но об этом дядя и тетя даже и слушать отказались. Три раза в неделю к нам домой приходил преподаватель и давал мне уроки. Милый старичок. Но все равно разве может эта учеба сравниться с занятиями в настоящем колледже?
— Да уж, с поводка они тебя не спускали, правда? — Вопрос Феликса одновременно заключал в себе и ответ.
— Ну, как сказать... До семнадцати лет они отпускали меня в школу при монастыре. Там я очень подружилась с девочками. Постоянно мечтала, что мне когда-нибудь позволят поехать в гости к ним домой, а им погостить у меня. Но вот, в самом начале рождественских каникул, перед самым моим восемнадцатилетием, Сирил вдруг начал... ну, понимаешь... мной интересоваться.
— Ну и что же тогда произошло? — нетерпеливо перебил Феликс.
— Думаю, что он просто заявил тетушке Маргарет, что хочет на мне жениться. Во всяком случае, с тех пор в школу меня уже не отпускали. Сказали, что я должна готовиться к появлению в свете, поскольку на будущий год мне предстоит начать светскую жизнь. Поэтому тетушка Маргарет отвезла меня в Лондон, и уже в мае состоялся мой дебют... Я ездила на танцы и всяческие приемы. Но особого интереса в подобных развлечениях не видела, потому что Сирил все время ездил со мной и ни на шаг от меня не отходил, даже танцевать приходилось только с ним одним.