Потерянное сердце

Картленд Барбара

Карина от удивления поначалу даже растерялась.

— Кузен Феликс был очень добр ко мне, — наконец заговорила она, — и очень мне помог. Если бы не он, то я... сейчас уже была бы замужем.

Говоря это, девушка вздрогнула от отвращения и ужаса.

— За тем человеком, с которым я видел вас три года назад на балконе дома на Белгрэйв-сквер? — уточнил мистер Холт.

— Неужели вы это помните? — удивилась Карина.

Гарлэнд долго не отвечал, словно раздумывая, стоит ли говорить правду. Наконец все-таки решился:

—

Вы казались на редкость беспомощной и несчастной. В вашем голосе звучало что-то — даже трудно точно объяснить, что именно, — что застряло в моей голове. Потом я не раз задавался вопросом, что бы вы сказали, если бы я вдруг пригласил вас танцевать.

— Очень бы этому обрадовалась, — без тени сомнения ответила Карина. — В то лето я ненавидела все танцевальные вечера, на которые ходила, только потому, что имела одного-единственного партнера — и им был Сирил.

— Не вспоминайте все это сейчас, не надо, — резко остановил девушку Гарлэнд. — Все это уже в прошлом, и незачем снова страдать. Надо учиться отсекать от себя собственные потери. Значение имеет только будущее.

— А вы никогда не жалеете о том, что уже ушло в прошлое? — с интересом спросила Карина.

— Жалею, конечно, — резко, почти грубо ответил мистер Холт. — Без этого я не ощущал бы так остро жизнь. Мне удалось наделать много ошибок — уж в чем, в чем, а в этом-то я точно преуспел. Да и кто избежал этой участи? Знаю, что не надо думать обо всем этом, но тем не менее думаю.

— Я рада, — невольно вырвалось у Карины.

— Рады? — быстро переспросил Гарлэнд. — Что вы хотите этим сказать?

Девушка покраснела, ощутив собственную оплошность.

— Наверное, только то, что рада заметить в вас истинно человеческие черты. Узнать, что хоть в чем-то вы похожи и на меня, и на других людей, которые знают, что нельзя что-то делать, но тем не менее продолжают.

Откинув голову характерным движением, Гарлэнд рассмеялся.

— Вы все время говорите что-нибудь совсем неожиданное. Должен признаться, что для меня это ново.

— Боюсь, дело в том, что мне не хватает светской опытности и здравого смысла, — призналась Карина.

— Но ведь вы же на самом деле старше, чем кажетесь.

— Совершенно верно, — согласилась девушка.

— И это иногда может приносить пользу.

— Точно так же сказал и кузен Феликс.

Здесь Гарлэнд моментально напрягся, и Карина испугалась, что совершила какой-то серьезный промах. Должно быть, он очень не любит кузена Феликса, подумала девушка, решив, что постарается не упоминать его имени без крайней необходимости.

Они молчали почти всю дорогу — до того самого момента, как машина остановилась возле ресторана «Савой». Гарлэнд подал даме руку и повел ее через огромные сияющие стеклянные двери в вестибюль. Портье показал гостье дорогу в дамскую комнату. Там Карина оставила накидку и долго смотрела на свое отражение в огромном, в золоченой раме, зеркале.

— Все это интересно,

увлекательно и занятно, — словно говорила красавица из зеркала. — Так прекрасно быть сейчас здесь, в роскошном ресторане, встречать новых людей. Если бы ты сейчас была дома...

В этот самый момент Карина вспомнила, кто был бы сейчас рядом с ней, останься она дома. Она резко отвернулась от зеркала и вышла в вестибюль — туда, где ходили, разговаривая и смеясь, люди, где они пили у стойки бара коктейли, прежде чем отправиться в зал ресторана. Увидев Гарлэнда, беседующего с какой-то парой, она пошла напрямик к нему.

— Ах, вот и вы, Карина! — приветливо воскликнул ее кавалер. — Миссис Вестенхольц, могу я представить вам мисс Карину Бёрк?

Очень хорошенькая, изысканно одетая молодая американка приветливо подала Карине руку,

— Рада познакомиться, мисс Бёрк, — произнесла она с типичным заокеанским выговором. — Познакомьтесь с моим мужем Карлом Вестенхольцем. Мы приехали из Питсбурга.

Гарлэнд повел своих гостей к бару и заказал коктейли. А потом их всех пригласили в главный зал и усадили за украшенный цветами стол недалеко от танцевальной площадки.

Миссис Вестенхольц не умолкала ни на минуту. Она говорила и говорила — о себе, о своем супруге, о том, что они женаты всего лишь три месяца. Рассказывала о Нью-Йорке и их путешествии в Европу, об их доме в Питсбурге и бизнесе мужа.

Карине все в этой даме казалось интересным. Среди прочего она узнала, что Карл Вестенхольц и Гарлэнд Холт имели деловые контакты. Однако им вряд ли выпала бы минутка обсудить бизнес при таком напоре информационного потока из уст энергичной американской леди.

Карина ушла в себя. Рассматривала танцующих, наслаждалась восхитительными блюдами, с удовольствием пила золотистое шампанское.

— О чем вы так глубоко задумались?

Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что Карина вздрогнула, виновато подняв глаза.

— О... извините, пожалуйста, — пробормотала она.

— Миссис Вестенхольц задала вопрос, Карина, — напомнил мистер Холт.

— Я прошу прощения, — поспешно повторила Карина, — но дело в том, что я не слушала. Боюсь, что слишком засмотрелась на танцующих. Я ведь впервые попала сюда, в «Савой», и все кажется мне таким интересным и необычным!

— О, я вполне могу понять это чувство. — Миссис Вестенхольц вновь взяла инициативу в свои руки. — Помню, когда меня впервые привели в «Уолдорф-Асторию»...

Она опять оседлала своего любимого конька, а Карина, улучив минутку, бросила взгляд на Гарлэнда, чтобы понять, сердится ли он. К ее радости и немалому удивлению, глаза босса вовсе не казались злыми; напротив, они весело мерцали.

Обед подошел к концу, миссис Вестенхольц и Карина отправились в дамскую комнату попудрить носики и забрать свои накидки. Джентльмены ожидали дам в вестибюле. Едва те подошли, как Карл Вестенхольц взглянул на часы.