Потерянное
Шрифт:
— Пиздец просто! — сильно выругался Дивишер, рассматривая схемы систем, большая часть которых мигала красным. Он стучал пальцами по защитному стеклу шлема. Во время боевых действий на корабле выкачивался весь кислород, команда надевала лёгкие защитные скафандры с системой первой помощи.
— Чего это тебя на старорусский потянуло? — из коммуникатора послышался голос Била.
— Только этим языком я могу обрисовать всю ситуацию, — капитан очень злился. — У нас сдохла система, отвечающая за манёвровые двигатели справа по борту. Экранирование теперь работает на
— Я займусь этим! Сосредоточься на операции, — Бил отключился.
— Лейтенант Грин, пока связь не будет налажена, держите корабль рядом с флагманом! И передайте всему экипажу: «код 227», пускай надевают тяжёлые скафандры, — его взгляд вернулся к экрану и тактической карте.
Куски гиганта с высокой скоростью удалялись в разных направлениях. Но флоту некогда расслабляться. Из скопления к ним приближались восемь кораблей противника. Дроны нанесли большой урон пришельцам и уничтожили им семь кораблей, но сейчас уже не эффективны. Враг сильно рассредоточился, и его скорость многократно превосходила скорость дронов.
Адмиралу не нравился такой ход событий: три корабля противника двигались очень быстро, пять крупных кораблей постепенно отставали. Ещё это непонятное перемещение гиганта никак не давало покоя его голове. И бой на средних дистанциях часть флота уже не выдержит.
Дивишер смотрел на тактическую карту и не мог понять, что задумал Адмирал. Двадцать один корабль начинали ускоряться вглубь системы. Остались только двенадцать кораблей флота, включая его корвет, они продолжали двигаться по запланированному маршруту. Сэм даже не представлял, что в данный момент адмирал очень сильно ругал его.
Достигнув места назначения, флот замедлил ход, и адмирал ввёл коды запуска «Геенны». Им оставалось только ждать, когда пять крупных кораблей врага достигнут необходимой отметки. Если всё пройдёт гладко, то все корабли противника попадут в зону поражения торпеды. Если нет — придётся дать ещё один бой.
Спустя десять минут флагман запустил торпеду, которая с высоким ускорением быстро удалилась от флота. Через тринадцать минут на десятки секунд вспыхнул очень яркий шар, напоминающий белый карлик. Пять крупных кораблей пришельцев испарились в мгновение ока, остальные три пострадали от излучения.
Не теряя времени, адмирал приказал капитанам запустить управляемые торпеды. Необходимо как можно сильнее ослабить оставшегося противника. До столкновения оставалось девять минут. Но вновь произошло нежелательное, один из кораблей противника исчез.
— Что за хрень? — Дивишер хотел вскочить, но фиксаторы кресла не позволили. Он смотрел на экран, — Куда он делся? Как они это делают?
Время шло, секунды казались часами, минуты — вечностью.
— Капитан! Я его нашла, — лейтенант Нимина вывела изображение на экран. — В двух тысячах километрах от нас. Через три минуты сорок секунд противник достигнет флот.
— Быстро покажите его курс! — Сэм не
— Есть! — никто на мостике не показывал страха. Годы тренировок под руководством адмирала приносили свои плоды.
Корвет «Гепард», сделав манёвр, привлёк внимание капитанов, которые тоже занимались поисками врага. По курсу корвета Фонтэр нашёл призрака, чуть не заставшего их врасплох. С данным противником большинство систем обнаружения бесполезны.
Сэм вёл свой корабль почти на верную гибель, но он был готов пожертвовать им ради целости фрегатов, родных и дома. При приближении корвета корабль противника стал резко снижать свою скорость движения и менять направление, уходя немного в сторону.
— Капитан! Флот запустил торпеды в нашем направлении, — доложил лейтенант Грин.
В этот момент атакующий щуп противника наискось пробил панель брони на левом борту корвета. Оба корабля завращались. Всех сильно тряхнуло. Крепежи кресла лейтенанта Нимины не выдержали, её отбросило вместе с креслом на противоположные панели. На стекле шлема появилась кровь. Другим людям на мостике тоже сильно досталось.
Дивишер не чувствовал ног, позвоночник повреждён, несколько рёбер сломаны. Система первой помощи ввела несколько стимуляторов и болеутоляющих. Он осмотрелся и увидел Грина, который пытался прийти в себя. Мостик серьёзно не пострадал, защитные гасители сработали как надо, но удар пришёлся очень сильный. Что творилось в других отсеках капитану знать незачем. Мысли о жертвах он прогнал подальше.
— Грин! Сколько до прибытия торпед? — Сэм быстро вывел данные повреждений, мозги работали на пределе. Противник пробил и вцепился в броню. Расстояние между кораблями сокращалось.
— Восемнадцать секунд! — лейтенант ответил не мешкая.
— Отсоединяй панель с броней, двигатели на полную мощность, активируй экстренное ускорение! — прокричал Дивишер.
Оставив противника с панелью, корвет резко ускорился. Экипаж «Гепарда» испытывал опасные для жизни перегрузки. У людей полопались сосуды в глазах, из носа шла кровь, и вскоре капитан потерял сознание. Он уже ничего не мог поделать.
Устроившись в кровати, Сэм Дивишер просматривал записи сражения. Уже десять дней он лечился в лазарете флагмана, пять из которых находился в бессознательном состоянии. Из трёхсот двадцати человек, которые входили в состав экипажа «Гепарда», выжило только пятьдесят четыре человека. Его лучший друг — инженер Бил Сейк погиб.
В военной операции флот потерял корвет «Кхай Динь», выведены из строя корвет «Гепард» и фрегат «Куннерхал», принадлежащий корпорации. Он закрыл флагман от приближающегося противника. На близкой дистанции фрегату сильно досталось, щупы врага атаковали беспрерывно. Ядерные торпеды ударили в тыл, и корпус пришельца частично защитил «Куннерхал» от взрыва. Победа досталась малой кровью, никто не ожидал такого результата. Но многие начали задавать вопросы: «Что будет дальше?», и «Какова численность пришельцев?».