Потерянные души
Шрифт:
ответы на них искать надо было только самому.
Вот почему Белов не стал ни о чем спрашивать Фила. Он долго молчал, замерев с ладонью друга в руках, а когда наконец поднялся, сказал только одну- единственную фразу:
– Я все сделаю, Фил, не сомневайся... Ты, главное, выздоравливай, брат...
IX
В очередную среду Белов отправился на очередное рандеву с Анютой. На сей раз артистка потащила его на какую-то кинематографическую тусовку в Дом Кино. Вообще-то такого рода мероприятий Саша старался избегать - непрерывно целующиеся
Но на этот раз все было иначе. Белов расхаживал среди кинематографических звезд, не скрывая своего живейшего интереса ко всему происходящему. Повисшая у него на руке Аня тараторила практически без остановки, стараясь выложить как можно больше информации в ответ на очередное Беловское "а это кто?". Она была просто счастлива. Столь неожиданное внимание своего покровителя к миру кино казалось ей добрым и весьма примечательным знаком. "Уж не собирается ли Саша заняться кино всерьез?" - то и дело мелькало у нее в голове.
А Белов и в самом деле вел себя необычно: охотно знакомился с тузами кинобизнеса, известными режиссерами и актерами, раздавал им свои визитки, улыбался, шутил - словом, тусовался, казалось, в полное свое удовольствие.
– Саша!
– вдруг услышал он знакомый голос.
Он обернулся и увидел Киншакова - единственного, наверное, человека на этом многолюдном мероприятии, представлять которого ему было не надо.
– Саня! Здорово!
– расплылся в улыбке Белов.
– Здорово, здорово!..
– Киншаков крепко пожал ему руку и с шутливым удивлением прищурился: - А ты-то здесь какими судьбами?..
– Да вот...
– Саша пожал плечами и чуть виновато покосился на озирающуюся по сторонам Аню.
– Понятно...
– Сань, отойдем в сторонку, потолковать надо, - предложил Белов, решительно высвобождая свой локоть из рук артистки.
Киншаков кивнул, они вышли из шумного зала и спустились на лестничный пролет вниз.
– Ну, какие проблемы?
– спросил Александр Иванович.
– Тут вот какое дело, Сань... Решил я ваших "Бессмертных" доснять. Понимаешь, этот фильм для Фила очень важен был. Долго рассказывать, но у него был план насчет приключенческого кино...
– Белов замялся, решая, Стоит ли посвящать в грандиозные Филовские планы Киншакова.
– Что замолчал-то?
– подал голос тот.
– Если ты насчет студии Горького, то я в курсе, Валера со мной говорил.
– Ну да... Так вот, я хочу чтобы "Бессмертных" досняли. И не просто досняли, а сделали это классно! Чтобы у Фила, когда он оклемается, уже был бы хороший задел, понимаешь?..
Киншаков снова кивнул.
' - Вот... А этот долбанный Кордон куда-то смылся... Он, кстати, тебе не звонил?
– Саш, ты уж раз пять спрашивал... Позвонил бы - я б сразу сказал.
– Короче, Сань. Я предлагаю тебе закончить "Бессмертных"
Киншаков нахмурился и, опустив руку на плечо Белову, медленно покачал головой.
– Прости, Саш, но сейчас - никак. У меня ведь своя картина на монтаже, самая запарка... Ты же знаешь, ради Валерки я бы... Но сейчас - никак... А потом, ты уверен, что потянешь это дело? Кино - штука дорогая...
Белов невесело усмехнулся:
– Не дороже денег! Ну сколько по- твоему еще надо вложить в "Бессмертных"? Если по максимуму, а?
– Тысяч семьсот-восемьсот, - подумав, ответил Киншаков.
Белов тут же решительно рубанул ладонью воздух:
– Саня, соглашайся - и завтра же у тебя эти бабки будут!
– Блин, ну не могу я!..
– Черт!..
– с досады Белов от души приложился кулаком по подоконнику.
– Ладно, хорошо, - через секунду он снова поднял глаза на Киншакова.
– Тогда хотя бы порекомендуй кого-нибудь другого.
Тот задумался.
– Вообще-то лучше Кордона это не сделает никто, - ответил он немного погодя.
– Он хоть и тот еще жук, но профессионал, надо признать, классный, да к тому же еще и в теме... И где его черти носят?..
– вдруг Киншаков оживился и с улыбкой поднял палец: - Знаешь, Саш, а у меня есть идея!
– Ну?!..
– Давай-ка отложим этот разговор на пару месяцев. Может, за это время Кордон объявится, а если нет - я к тому времени развяжусь со своей картиной и возьмусь за "Бессмертных". Можешь ты подождать два месяца?
На скорое выздоровление Фила рассчитывать, увы, не приходилось, поэтому времени у Белова было предостаточно. Подумав, он тоже улыбнулся и кивнул:
– Ладно, Сань, по рукам!
Договор скрепили крепким мужским рукопожатием, и вскоре Киншаков, сославшись на дела, ушел. Саша выкурил сигарету и неторопливо вернулся в зал.
Едва он вошел, к нему подлетела радостная, сияющая, словно утреннее солнышко, Аня.
– Ну где ты ходишь, Саша?!
– Что, соскучилась?
– рассеянно усмехнулся он.
Девушка не ответила, радостно и довольно глупо захихикав. Белов пригляделся - глаза Ани горели каким-то странным, шалым огнем.
– Что с тобой?
– спросил он.
Не переставая улыбаться, артистка наигранно-томно вздохнула и закатила глазки:
– Господи, как же надоела зима! А не махнуть ли нам на Багамы, Саш?..
Разговор на эту тему Аня заводила не раз - до тех самых пор, пока однажды Белов в самых жестких выражениях не заявил, что покуда не объявится Кордон, он из Москвы - ни ногой. И вот - на тебе, опять двадцать пять! Да что она, издевается?!
– Послушай, Анют, я же тебе уже говорил...
– немедленно сдвинул брови Саша.
– Неужели...
– Да он звонил!
– перебив его, вдруг выпалила Аня.
– Кто?..
– Кордон!
– Когда?!
– Да только что! На мобильник!..
– восторженно захохотала девушка.
– Я весь зал обежала - тебя искала!