Потерянные люди
Шрифт:
Оторвав от Чарльза свою ладонь, она вновь скрестила руки на груди.
– Но это не всё. В некотором роде я родилась на этой ферме. Моя часть. Сейчас я нечто большее, – она пристально посмотрела на Чарльза, – все мы часть чего-то большего… Но это не умаляет нашу индивидуальность… Не должно…
В этот момент, повинуясь внутреннему позыву, Чарльзу захотелось отдать ей свой пиджак. Он тут же оборвал себя в очередной раз, напомнив, что она не может испытывать никаких чувств.
– Мой разум был сконструирован для административных работ, и владелец этой фермы
Лилия забегала глазами.
– Я не помню, как его звали… Он вернул долг городу и теперь намеревался скопить достаточно для покупки собственных экранов. Дела у него и вправду шли неплохо. Он что-то подправил в геноме пшеницы. Урожай можно было собирать несколько раз за год. Он планировал даже расширяться вглубь планеты.
Хотя покровитель этой планеты и был земледельцем, все знают его как воина.
Так случилось, что фермер потерял своих детей. Это были две девочки. Мария и Мишель. Несчастный случай с одним из генераторов локальной сети, один из слоёв упал на время. Всего несколько секунд, но этого было достаточно.
За несколько следующих дней… девочки… они растаяли на руках своего отца. Я слышала, как они страдали. Им было больно, но они не могли кричать. Я клянусь тебе, Чарльз, тогда я чувствовала их боль. Слышала их крики. Они молили о покое. Они знали, что умирают, и мне кажется… хотели скорой смерти.
Чарльз подошёл к Лилии и обнял её, положив её голову себе на плечо.
– Никто не может вынести подобное.
Земледелец продал всё и вернулся на Землю. Новые хозяева были не так благосклонны к нам. Их не интересовало ничего, кроме прибыли. Им было всё равно, как мы получим урожай.
Чарльз испытывал сильное чувство эмпатии. Он не понимал некоторые вещи из её рассказа, но ей нужно было выговориться. Он решил не мешать ей. Лилия посмотрела в его глаза.
– Знаешь, как заставить машину страдать?
Если бы она могла, то сейчас бы заплакала.
– Ты знаешь, как заставить страдать того, кто не чувствует боли? Среди машин, трудящихся на ферме, было не так много искусственных разумов, но новые хозяева умудрялись заставить даже примитивные машины испытывать чувство страха.
Я понимаю… Понимаю, что всё сказанное звучит как вымысел. Они просто машины. Но ведь страх испытывает не только человек, но и многие животные…
Чувство, обусловленное беспокойством о собственной безопасности… Одно из первых, что заложено природой, – это инстинкт самосохранения… Но ведь он есть и у машин.
Меня создали как ассистента. Изначально во мне были программы по экономике и юриспруденции. Мой первый владелец хорошо потрудился надо мной, и мне открылись направления земледелия и культивации. Но когда пришли они…
Она прижалась сильнее к Чарльзу.
– Кто? – спросил Чарльз.
Не отрывая свою голову от его плеча, Лилия вытянула указательный палец, над свои плечом, обращая внимание на здания позади себя.
– Бехре и Джонс.
Чарльз посмотрел на большие буквы, красовавшиеся на одном из зданий перед ним.
– Я
Мы могли сопереживать друг другу только так. Но они как-то узнали и об этом…
Чарльз обнимал, ожидая продолжения её истории, но на большее откровение она была не готова. Он понял, что проблема с машинами, синтетиками и искусственными душами здесь ввиду развитости технологии намного глубже, чем могло показаться с первого взгляда. Потом она отпрянула от него и, улыбаясь грустной прежней улыбкой, пыталась скрыть печаль.
– Ну, вот она я, – сказала Лилия, выполнив презентабельное движение вдоль своего тела, – всё закончилось хорошо. Программа одного из синтетиков не выдержала, и он убил Бехре. Или Джонса. Нас всех продали на аукционе. Я переходила от одного хозяина к другому, пока мэр не заметил мои способности и не купил меня.
– Ты знаешь, что сейчас с этой фермой?
– Нет, и мне неинтересно.
– Как давно это было? – спросил Чарльз.
– Около пятнадцати лет назад.
– Это получается, что тебе около тридцати?
Лилия рассмеялась, теперь уже по-настоящему. Чарльз только сейчас заметил, что уже начало темнеть. На смотровой площадке остались только они.
– Я сильно отличаюсь от того синтетика, что работала на ферме. Ты. Я. Мы просто части. Части огромного эксперимента… Но, пожалуй, ты прав, по вашим меркам мне около сорока.
Внезапно пошёл дождь. Лилия взяла его за руку.
– Нужно уходить. Это вредно для людей.
– Дождь? – недоумевая, спросил Чарльз.
Лилия потянула его за руку. Они добежали до автомобиля и довольно быстро слились с общим потоком.
Спустя некоторое время Чарльз спрашивал себя, почему поступил именно так. Возможно, история Лилии смогла растопить барьер непонимания вокруг его сердца, и он разглядел в ней достаточно человеческого. Или это остатки вчерашней похоти? Но как бы там ни было, Чарльз, придвинувшись к Лилии, прижал её губы к своим.
01.09 – Демон
Винсенто включил автопилот, спустившись в подземный тоннель, соединяющий в себе магистрали из всех уголков колонии.
Они ехали по пустому шоссе. По ту сторону разделительного барьера изредка встречались автомобили, неспешно движущиеся в сторону города. Это были сотрудники Гавани, которых на время текущих погодных условий всегда отправляли по домам. Прогноз говорил, что буря продлится как минимум несколько дней, поэтому Гавань, соединяющаяся с городом огромным подземным тоннелем, закрывалась для посещения людьми. Оставался лишь малый обслуживающий персонал в лице той, которого директор Гавани мило называл ЧиКью.