Потерянные судьбы
Шрифт:
Лифт остановился и большие серые двери открылись, Аделард спокойно прошагал в сторону кабинета, войдя в здание он сразу заметил 16-ый кабинет, с деревянными дверями. Ему и не нужна была помощь медсестры, просто не хотел ошибиться и лишний раз беспокоить людей, у которых и без него дел хватает.
«Дальше, я думаю, моя помощь вам не понадобится» -сказала девушка, ждущая от старика в костюме благодарности.
Аделард это сразу заметил и не медлительно сказал: -Спасибо большое.
***
Аделард сидел на стуле из черного дерева, стол, на который он положил руки в длину был около 3 метров, а напротив
Стены кабинета покрашены в зеленый цвет, а на потолке красовалась люстра, освещающая все комнату ярко-желтым светом. Слева находился шкаф с историями болезней, и куча других бюрократических бумажек смысл которых заключался в том, чтобы ущемить права безграмотного, но, возможно, честного человека. На правой стене были повешены один за другим различные сертификаты, которые утверждали о высшем уровне медицины.
За столом сидела женщина лет сорока или пятидесяти, в общем Аделарду до этого дела не было. Он был загруженный смертью невестки, к тому же он считал, что дело не в возрасте, а в том, что в голове в этом возрасте. Заведующая была ухоженная и красивая, что не удивительно, ведь ее должность требовала презентабельной внешности как для поддержки статуса, так и для внушения доверия пациентам.
После небольшой паузы женщина начала говорить уверенным тоном, нельзя было понять сожалеет она или нет: «Аделард, здравствуйте уважаемый. Я знаю вашу печальную историю насчет Эли и непременно сожалею об этом, но я еще кое-что о вас сумела узнать. Ваш сын, Аким, служит на антитеррористическую организацию, благородное занятие, но его жизнь постоянно в угрозе и у вас родился здоровый внук, а вы уже человек в преклонном возрасте, и вам явно не до стирки пеленок. Надеюсь вы понимаете, о чем я?»
«Нет».
– твёрдо проронил старик, хотя в душе он понимал к чему идет разговор.
«Ну как же так? В пиджачке, в костюме, выразительные глаза. Эх, возраст никого не щадит!»
В ответ на все эти высказывания, женщина получила холодное молчание и взгляд упрямого защитника.
Он смотрел на нее темными глазами, пытаясь пробудить в ней чувство совести.
Женщина, понимая, что ответа так и не получит на секунду подумала: какая она паскуда, но сразу же отреклась от этих мыслей и через некоторое время продолжила:
«Вы пожилой человек и на вас возложена ответственность воспитания старшей дочки Акима, второго ребенка вы уже не потянете, поэтому я предлагаю вам сдать ребенка в школу-интернат высших наук»
«Этого никогда не будет!» – сказал этого грубым тоном Аделард, чуть ли не крича на всю комнату
«Это же в ваших интересах! В противном случае суд у вас отнимет внука, а может еще и внучку»
«Да пусть будет проклята вся ваша бесчинная шарашка!» – сказав эти гневные слова Аделард, весь красный от злости, вышел из комнаты демонстративно хлопнув дверью.
Он сразу ни о чем даже, не задумываясь дошел до лифта, который был оборудован под больницу
Ему не пришлось долго ждать, лифт почти сразу спустился, Зайдя в полностью пустое помещение, он никого не дожидаясь нажал на цифру «3», а затем на кнопку «закрыть двери».
Старик про себя говорил цифры этажей, читая их с панели.
«Первый этаж, второй этаж, третий этаж»-наконец, приехал!
Он сразу начал искать ординаторскую, а точнее Виктора. Понимая, что тот может даже не хочет его видеть, но все равно он ему нужен, был как воздух. Обойдя третий этаж полностью, Аделард заметил большие двери, открывающиеся в обе стороны, к тому же они сильно отличались от тех, что в палатах или в операционных. Поняв, что ему надо именно туда, дойдя быстрым шагом до них, он невольно начал слышать какой-то шум и это был рабочий: название каких-то болезней или препаратов, процедуры, узи. Аделард сразу понял, что идет в правильном направлении. Вот дойдя до двери, шум не прекращался и был уже громче стука его каблуков. Старик перевел дух и зашел в комнату, не обращая внимания на интерьер, сразу заметил врача, который судя по всему не был рад встрече, может он подумал, что горе дед пришел продолжить разборки. Вокруг него стояли три ординатора, с историями болезней пациентов и каждый из них хотел урвать у Виктора чуточку опыта и знаний, которые можно приобрести только со временем. Акушер понял, что агрессивный гость пришел к нему и сразу встал и пошел к Аделарду с уверенным лицом.
Он начал говорить сразу после того, как между ними дистанция сократилась до одного метра: «Понимаю для вас это серьезная потеря, но в этом моей вины нет! Роды были сложными, но все-таки мои действия были верными, а ваша невеста умерла сразу после рождения малыша, вы имеете полное право обжаловать мои действия в суде».
«Я потерял близкого человека, но теперь могу еще и потерять внука»
«Почему же это?»
«Меня к себе вызвала ваша начальница и сказала, что я не в состоянии один воспитать этого ребенка, еще и пригрозила судом».
«А где ваш сын? Почему он не воспитывает своих детей самостоятельно!?»
«Мой сын военный и его отправили уже, как седьмой месяц служить в рядах «коалиции против ИГ» и он не может обеспечивать, и оберегать семью, он доверил мне своих родных, понимаете? Я отвечаю за их еду, сон, учебу и наконец за жизнь! И вдруг выясняется, что я не смог сберечь его жену, так еще и отдал сына в левые руки! Какой я после этого отец?!» – у Аделарда с правой щеки покатилась слеза, такая большая, что она отражала яркие лучи солнца, попадающие из панорамного окна. Аделард почувствовал, что его щека мокрая, сразу вытер каплю, понимая, что слезы ни ему и никому другому не помогут.
Виктор нахмурил свои светлые брови, доставшиеся ему от отца. С виду он был хохол, но как его он и его родители оказались в этой стране не было понятно, да и это не имело никакого значения. Понимая всю трагичность ситуации, он начал говорить, но уже не таким уверенным голосом, а робким, не характерным для него:
«Хорошо, я попытаюсь вам помочь. Приходите к часам 23.00 вечера к черному входу, вы же, надеюсь, знаете где это?»
«Я? Я знаю! Я обязательно приду. Спасибо вам, доктор!»