Потерянный король
Шрифт:
Когда Арника открыла глаза, туманная дымка вокруг нее уже начала редеть. Только внизу, под колесами повозки, еще плавали облачка, похожие на пар. А впереди, позади, справа и слева вставали горы, высокие, суровые, седые от снега, одетые дремучими лесами. В чаше горной долины мерцало на солнце озеро, которое уже начало замерзать от холода. Тонкие корочки льда стягивали его поверхность, и лишь кое-где открыто серебрилась студеная вода. Прозрачная дорожка такой воды струилась к берегу, где виднелись расчищенные от снега деревянные причалы. Потерев глаза,
– Ну, вот, - сказала она, вдохнув морозный воздух гор полной грудью, - почти добрались!
Два отряда замерли по разные стороны поляны, во все глаза глядя друг на друга. Раньше других очнулась Тарилор, единорог которой с тревожным ржанием поднялся на дыбы. Эльфийка проворно сняла с плеча лук и выхватила из колчана стрелу с длинным серо-белым оперением. Она прицелилась в толпу гоблинов, и те сразу же громко, злобно загалдели. Их нестройные ряды ощетинились клинками коротких мечей и кривых армаисских сабель.
– А, людишки!
– зарычал низенький кривоногий гоблин, предводительствовавший отрядом, - Эльфы? Гномы? Откуда только занесло сюда такую нечисть? Как вы посмели появиться в нашем лесу!
Гоблин был одет в богатые позолоченные латы явно с чужого плеча, а во рту у него торчало два золотых зуба.
– Стой, где стоишь, а то продырявлю и тебя и остальных, - холодно молвила Тарилор, а ее спутники один за другим обнажили мечи, - Нам ничего не нужно в вашем лесу, мы только проедем через дверь. Драться с вами мы не хотим.
– А мы хотим!
– задиристо возразил главарь гоблинов, - И с чего вы взяли, что можете вот так просто пройти через нашу дверь?
– Даже если мы не сможем пройти через нее, это все равно скажется на численности твоей банды, - заметил Эзельгер, - После войны дела у гоблинов из замка Марал обстоят не слишком хорошо, верно? Добыча попадается редко, воинов мало. Ты ведь не хочешь, чтобы их стало еще меньше?
– Хм, - гоблин насупился и запустил корявую пятерню в бороду, торчавшую клинышком на подбородке, - Хитрющий эльф, ты прав. Тогда давайте-ка платите дань!
Его приспешники одобрительно загомонили, потрясая оружием.
– А жирно не будет?
– сварливо выкрикнул Ронф.
– Это что такое?
– удивленно протянул гоблин, разглядывая королевича из страны Пан, и брезгливо сплюнул на снег, - Фу, полукровка! Не мудрено, что ты обретаешься в такой компании. С тебя стоит потребовать двойную цену.
– Сначала я подарю своему отцу твою голову на серебряном блюде!
– тут же взъярился Ронф, одной рукой поднимая меч над головой, а другой выхватывая из-за пояса кинжал.
Гоблины насмешливо захохотали. От их хриплого смеха задрожал воздух в лесу и с ближайших
– И кто же твой папаша, интересно знать? Любитель человечины?
– фыркнул предводитель, отсмеявшись.
– Мой отец - Фракнорк Подземный, повелитель Пангории, - гордо раздувая ноздри, объявил Ронф, - Пожалуй, не стоит дарить ему твою голову, собака безродная.
От этих слов главарь разбойников глухо по-волчьи зарычал, и в его глазах появился недобрый блеск. Остальные гоблины злобно заворчали, точно стая голодных бродячих собак, и подступили ближе к своему предводителю.
– Мы погибли, - став белее снега, негромко проговорил Восточный Колдун, - Теперь они и дани не возьмут.
– А мы и не станем им ничего платить, - также не громко отозвалась Тарилор, - Пока они ссорятся, ты должен открыть дверь.
– Я?
– испуганным шепотом вскричал Колдун.
– А кто же?
– невозмутимым кивком головы подтвердила эльфийка, - Слезай с лошади и крадись к мосту. Евглен, прикрой его светлость.
– Да, прикрой меня, - живо согласился Юн.
Он побледнел еще больше, хотя это и казалось невозможным, и стал потихоньку сползать с седла. Гоблины, возмущенные словами Ронфа, не заметили движения Восточного Колдуна. Они вопили, выкрикивая ругательства, оскорбления, и рвались в бой.
– Минутку, минутку!
– крикнул Эзельгер, видя, что дело принимает опасный оборот, - Это все патетика. Не забывай о моих словах, почтеннейший. Народу-то у вас мало, и останется еще меньше.
– А вас не останется совсем!
– рявкнул главный разбойник, - Не заговаривай мне зубы, долговязый! Всякого, кто появится в нашем лесу, ждет смерть!
– Это еще кого не останется!
– завопил тут Нок, багровея от ярости и сжимая кулаки, - Нечего с ними церемониться, порубать в капусту и дело с концом!
– Тихо, тихо, - поспешным жестом остановил Нока Эзельгер, а Кадо быстро схватил его за шиворот и оттащил назад, - Предлагаю другой вариант. Решим дело поединком. Ваш боец против нашего. Если наш одолеет, вы дадите нам проехать через дверь. А если ваш окажется сильнее, то ... все в вашей воле.
– Если, - насмешливо хмыкнул главарь разбойников и покрутил мечом в воздухе, от чего клинок издал зловещий свист, - Советую сразу готовиться к смерти, проклятые инородцы.
– Поживем - увидим, - спокойно ответила Тарилор и украдкой перевела взгляд на развалины моста, возле которых уже колдовал Юн.
Молодой чародей незаметно счистил снег с одного из каменных обломков и поливал его зельем из скляницы. "Все почти готово, продержитесь еще чуть-чуть", - услышала вдруг Тарилор его громкий голос и вздрогнула. Но потом поняла, что голос Юна звучит только в ее голове, и ни другие путники, ни гоблины его не слышат. Она кивнула и снова прицелилась из лука в главаря разбойников. Гоблин в золоченом панцире не испугался нацеленной в него стрелы. Он только ядовито ухмыльнулся и обвел спутников Тарилор взглядом, полным презрения.