Потерянный принц
Шрифт:
Кейран уважительно склонил голову.
— Я их друг, — произнес он. — Я здесь для того, чтобы помочь Итану и Кензи. Не обращайте на меня внимания.
Гуро как-то странно поглядел на него. Его глаза потемнели, и на секунду мне показалось, что он видит в Кейране сквозь магию, Завесу и наложенную чарами маскировку настоящего фейри.
— Кто приходил, дорогой? — Вошедшая в гостиную темноволосая и темноглазая женщина в шоке воззрилась на нас. С ее рук на нас уставилась девочка лет шести. — Это… — она
Я бросил на Гуро умоляющий, полный отчаяния взгляд, и он вздохнул.
— Мария. — Улыбнувшись, он подошел к своей жене. — Прости, ты не могла бы занять наших гостей? Мне нужно поговорить с моим учеником. — Она внимательно посмотрела на него, и он взял ее за руку. — Я потом тебе все объясню.
Переведя взгляд с Гуро на нас, она напряженно кивнула.
— Конечно, — сказала она чересчур жизнерадостно, пытаясь принять причудливость происходящего. Мне стало жаль ее — не каждый день трое странных подростков, двое из которых находятся в розыске, появляются у тебя на пороге. Но она улыбнулась и протянула руку. — Мы можем посидеть в кухне, пока ваш друг поговорит с моим мужем.
Кензи с Кейраном посмотрели на меня. Я кивнул, и они встали и вышли за женщиной в коридор. Я услышал, как она спрашивает, не хотят ли они чего-нибудь поесть и завтракали ли они. Обе собаки хвостиком побежали за Кензи, и мы остались с моим тренером наедине.
Подошедший Гуро сел в кресло напротив меня. Он не задавал вопросов. Не спрашивал требовательно, где я был и что я делал. Он просто ждал.
Я сделал глубокий вдох.
— У меня неприятности, Гуро.
— Это я понял, — тихо, не осуждающе отозвался Гуро. — Что случилось? Начни с начала.
— Я не уверен… что смогу это объяснить. — Пытаясь собраться с мыслями, я провел руками по волосам. Зачем я пришел сюда? С чего я взял, что Гуро поверит мне, скажи я ему о невидимых фейри? — Помнишь, что ты сказал мне в ту ночь в раздевалке? О том, что нужно доверять не одним только глазам? — Я замолчал, чтобы посмотреть на его реакцию, но он лишь кивнул, чтобы я продолжал. — В общем… тогда меня кое-что преследовало. Что-то, чего другие не видят. Невидимые существа.
— Какие именно?
Я мешкал, не желая использовать слово «фейри», зная, что и так мои слова попахивают безумием.
— Некоторые зовут их Волшебным народом. Джентри. Добродушными соседями. — Лицо Гуро было все так же бесстрастно, и у меня упало сердце. — Я знаю, это звучит дико, но я всегда мог их видеть, с самого детства. И Они прекрасно знают о том, что я их вижу. Они все это время преследуют меня, и я больше не в силах от них убегать.
Помолчав, Гуро очень мягко спросил:
— Это из-за них что-то произошло на турнире?
Я вскинул на него взгляд, в груди
— За тобой гнались, да? — мрачно спросил он. — Я видел тебя. Тебя и эту девушку. Видел, как вы выбежали через заднюю дверь, и что при этом тебя кто-то ранил.
— Как…
— На дверном косяке осталась твоя кровь, — угрюмо объяснил Гуро, я понял, что он беспокоился за меня. — Мне стало ясно: то, что я видел — было реальным. Я последовал за вами, но когда добежал до стоянки, вас уже не было.
Я затаил дыхание.
— Мой дед, учивший меня Манг-Хухула, часто рассказывал мне истории о духах, существах, невидимых простому глазу. Он говорил, что прямо рядом с нами существует другой мир, но никто не знает о нем. Никто, кроме единиц. Тех, кто могут видеть то, что не дано видеть другим. Он говорил, что духи из этого мира могут как помогать, так и вредить, могут быть дружелюбными и злыми, но что важнее всего — они все время преследуют тех, кто их видит. Видящие их находятся между двумя мирами и должны найти способ сохранить равновесие между ними.
— Им это когда-нибудь удавалось? — горько спросил я.
— Иногда, — ровным голосом ответил Гуро. — Но только с помощью других. Если они готовы были ее принять.
Я покусывал губу, пытаясь облечь свои мысли в слова.
— Я не знаю, что делать, Гуро, — наконец признался я. — Я старался держаться от всего этого в стороне, не хотел впутываться в это, но теперь они угрожают моей семье и друзьям. Если я не буду бороться с ними, то они никогда не оставят меня в покое. Я просто… боюсь того, что они сделают с моей семьей, если я ничего не предприму.
Гуро некоторое время молчал. Затем встал и вышел на несколько минут из гостиной. Я сидел на диване, задаваясь вопросом, не пошел ли он вызывать полицию. Быть может, моя история звучала слишком безумно даже для человека, вроде бы верившего в «невидимый мир». Я как раз думал о том, не следует ли мне просто уйти отсюда с Кензи и Кейраном, когда Гуро вернулся, неся в руках деревянную коробку. Бережно поставив ее на стоящий между нами кофейный столик, он серьезно взглянул на меня.
— Помнишь, я говорил тебе, что обучаю кали не для насилия? — спросил он.
Я кивнул.
— Для чего я обучаю вас ему?
— Для самозащиты, — повторил я его слова. Гуро показал, чтобы я продолжал. — Для того… чтобы мы передавали это искусство другим. Чтобы оно не исчезло. — Гуро все еще молчал — мои ответы не удовлетворяли его, но я не понимал, что он хочет услышать.
— И?..
Пошевелив мозгами, я, наконец, вспомнил.
— Чтобы защищать свою семью, — тихо сказал я. — Защищать тех, кто нам дорог.
Гуро улыбнулся. Наклонившись вперед, он щелкнул замками на коробке и откинул крышку.