Потерянный принц
Шрифт:
Или же эту тропу создал для них кто-то чрезвычайно могущественный и знавший, что мы будем здесь.
А это значит, что тот, кто притаился в парке, настолько силен, что может соперничать с Обероном и Маб.
Эта мысль была действительно пугающей.
Кензи, наконец, удалось успокоить Разора, и он перестал подвывать. Он сидел на ее плече, страшно несчастный, с поникшими, висящими ушами. Кензи, вздохнув, повернулась ко мне.
— Куда мы теперь? Как нам добраться до Центрального парка?
— Не знаю, — сказал я, давя в себе чувство бессилия и отчаяние. —
Разор внезапно фыркнул, подняв голову.
— Разор знает, — застрекотал он, моргая зелеными глазищами. — Разор найдет тропу и откроет ее. Тропу к страшной Темной леди. Разор знает.
— Где она? — воскликнула Кензи, снимая гремлина с плеча и держа его в ладонях. — Разор, где?
Он зажужжал и съежился в ее руках.
— В парке, — ответил он, и Кензи нахмурилась. Гремлин тыкнул в меня. — В парке рядом с домом забавного парня. Ведет прямо в дом страшной леди.
— Что? — Я свирепо уставился на него. — С чего это тропа в особняк Лэнанши находится в такой близости от моего дома? Ее любимчики шпионили за мной?
Он дернул ушами.
— Хозяин просил! — взвыл Разор, сверкнув зубами. — Хозяин просил страшную леди создать тропу.
Моя злость поутихла. Кейран просил Лэнанши создать тропу рядом с моим домом? Зачем?
Может быть, ему было любопытно. Может быть, он хотел увидеть другую сторону своей семьи — человеческую сторону. Может быть, он надеялся однажды познакомиться с нами, но боялся показаться. Я никогда не видел его в своем районе, но, может быть, он приходил и прятался, молча наблюдая за нами? Мне вдруг пришла в голову мысль: не было ли ему одиноко в Железном королевстве? Не чувствовал ли он себя не в своей тарелке — принц-получеловек, окруженный одними фейри?
И тут я вспомнил, как в окно моей спальни всматривался гремлин. Мог это быть Разор? Мог ли Кейран подсылать ко мне своего любимчика, раз уж сам придти не решался?
Нужно будет спросить Кейрана об этом, если мы его спасем. Когда мы его спасем. Не хочу даже допускать мысли о том, что у нас ничего не получится.
— Я знаю, о каком парке он говорит, — сообщил я Кензи, когда Разор опять взобрался на ее плечо. — Идем.
Еще одна поездка на такси — в этот раз ее оплатила Кензи, так как у меня совсем не осталось денег — и мы уже в знакомых окрестностях, возле маленького парка, в котором я разговаривал с дриадой. Кажется, с того времени прошла целая вечность. Туман рассеялся под солнечными лучами, и люди начали просыпаться в своих домах. Я устремил взгляд в конец улицы. Всего лишь в двух кварталах отсюда находится мой дом, где мама собирается на работу, а отец все еще спит. Так близко. Думают ли они обо мне? Волнуются ли?
— Итан, — дотронулась до моего локтя Кензи. — Ты в порядке?
— Да, — пробормотал я, разворачиваясь. Мне нельзя сейчас думать о доме. — Прости, я в норме. Скажи своему гремлину, чтобы он показал нам тропу.
Разор возмущенно
— Тропа здесь! — запищал он, глядя на Кензи в ожидании одобрения. — Тропа в особняк страшной леди здесь! Разор молодец?
Кензи заверила его, что он умничка, я же покачал головой, все еще пораженный тем, что тропа к знаменитой Королеве Изгнанных находится так близко от моего дома. Но нам нельзя больше терять время. Тодд, Анвил и Кейран где-то там, с «госпожой», и нам дорога каждая секунда.
Я взял Кензи за руку, и мы, пригнувшись, нырнули под горку, снова входя в Междумирье.
На этот раз тропа привела нас не в подземелье Лэнанши. Из ледяной белизны между мирами мы оказались в стенном шкафу, ведущем в пустую комнату. У меня слегка кружилась голова. Интересно, такие частые прыжки из мира в мир не опасны для нашего здоровья?
Убранство комнаты было простым: мятая постель, тумбочка и стол в углу. Все в бело-серых тонах. Единственным ярким пятном здесь была стоящая на столе ваза с полевыми цветами — наверное, их принесла сюда Анвил. Разор грустно зажужжал, и его уши поникли.
— Комната Хозяина, — хлюпнул он носом.
Кензи погладила его по голове.
Я открыл дверь, и до нас донеслись голоса и музыка — тихая, чуть приглушающая чей-то разговор. Мы пошли на эти звуки, слышимые все громче и громче, и остановились у дверей, ведущих в покрытую красным ковром музыкальную комнату. В центре ее располагалось здоровенное фортепиано. На стенах и полу висели и лежали различные инструменты, часть из которых негромко вибрировала. Струны стоящей в углу арфы пели, хотя на ней никто не играл. На дальней стене звенела лютня, и ей мягко вторил тамбурин. На секунду мне даже показалось, что инструменты разговаривают друг с другом — разумные и живые, и мне стало как-то не по себе.
Сидящая на диване Лэнанши подняла на нас взгляд, и, повернувшийся к нам Грималкин, уставился на нас своими огромными желтыми глазами.
— Итан, дорогой мой, вы уже вернулись! — Королева Изгнанных поднялась, вся в колыхании платья и сизом дыме, приглашая нас войти взмахом мундштука. — Вы прибыли очень вовремя. Мы с Грималкиным как раз говорили о вас. — Она подождала, когда мы с Кензи войдем и недоуменно моргнула, глядя в пустой коридор. — А где принц, голубчики мои?
— Они забрали его, — ответил я, и губы Лэнанши угрожающе поджались. — Они встретили нас у дома Гуро, желая, чтобы Кейран пошел с ними к их госпоже.
— И ты не остановил его?
— Я не мог. Поедатели магии похитили Анвил и пригрозили, что убьют ее, если Кейран не послушает их.
— Понятно, — Лэнанши выдохнула дым, и сизая собачка помчалась по воздуху над нашими головами. — Так и знала, что принять эту девушку, было ошибкой. Что ж, это немало подпортило наши планы. И как ты собираешься все исправлять? Советую начать действовать до того, как Железная Королева узнает о том, что ее любимый сын пропал. Нам всем это не сулит ничего хорошего.