Потерянный Рай
Шрифт:
– Это наш, национальный, пряный ликер, с добавлением смолы мастики с фисташкового кустарника, – пояснила Лидия Ивановна.
– Мастики? – удивленно повторила Джулия, у которой сразу же всплыла ассоциация с мастикой для пола, так популярной у нее на родине.
– Да, да – только это другая мастика, – добавила Афина. – Напиток уникален тем, что в него добавляют смолу из фисташковых деревьев, которые растут только на острове Хиос.
– О-о, – протянула Джулия, – даже так? Ну тогда грех это не попробовать.
– Ну
– О-о, – весьма вкусно, – согласилась Джулия, попивая чарующую жидкость и закусывая печеньем меломакарона.
Вскоре именинница попросила Джулию помочь ей удалиться не на долго в нужное ей место.
– Мама, я помогу, – отозвалась Афина.
– Нет, нет, не надо, – отрезала Лидия, – Джулия мне поможет, ей не в первой ведь.
Вскоре Лидия с помощью катящейся на колесиках специальной, ходящей рамы для больных и инвалидов в сопровождении своей сиделки направилась неторопливым и осторожным шагом, в место, куда даже короли ходят одни.
Едва оказав помощь больной, в сопровождении в нужного ей места, Джулия прикрыла за ней дверь и начала поправлять волосы, всматриваясь внимательно, в высокое зеркало, прикрепленное неподалеку от нее, почти на противоположной стене квартиры, как тут оказался возле нее и Константин, направляющийся в кухню за дополнительными бутылками выпивки.
Дверь коридора была лишь не полностью приоткрыта, Константин и Джулия на минуты оказались лицом друг перед другом, словно замешкавшись и застряв в обходе друг друга.
Константин пристально посмотрел ей в глаза, на что Джулия ответила улыбкой и отведя от него глаза еще больше покраснев при этом.
Вдруг он схватил ее обеими руками за голову и поцеловал ее в губы.
– Ой, не надо, – взмолилась Джулия, едва освобождаясь от его губ, – что вы делаете?
– Константин вновь прильнул к ее губам, и на сей раз его поцелуй был более продолжительным и глубоким.
– Что вы делаете? – прошептала она чуть слышно.
– Я? – послышался голос Лидии в ответ, – я уже скоро.
– Пустите меня сейчас же, – встрепенулась Джулия. – отпрыгивая от Константина.
– Не надо доченька, я сама уже справлюсь, – продолжала свои пояснения Лидия Ивановна, не догадываясь о происходящем за дверью.
– Константин успел поймать за руку отбегающую от нее в кухню Джулию, но та сумела-таки освободится от его хватки и отбежать недалеко от него.
Константин догнал Джулию в кухне и в очередной раз стал ее целовать, зажав ее в своих сильных объятиях.
– Отпустите меня сейчас же, – оттолкнула его Джулия двумя руками, – сумасшедший, отпустите меня, а то я закричу. Что вы себе позволяете, вы ведь женаты, а я замужняя женщина, – стала приводить себя в порядок Джулия и поспешила выйти в залу, где был накрыт стол.
– Ну что там наша мама? –
– Скоро, – улыбаясь, ответила Джулия.
– Что с тобой, Джулия, ты такая красная вся? – поинтересовалась Афина.
– Это выпивка, наверное, – ответила та, продолжая поправлять волосы.
– А вот и я, – воскликнул Константин, вернувшись к столу с поднятыми в руках новыми бутылками выпивки.
После этого застолье продолжалось недолго, и, заметив усталость матери, Афина предложила брату покинуть ее дом.
– Пойдем уже, наверное, Константин, мама устала, Джулия тоже, пусть отдохнут, у них сегодня был трудный день.
– Юбилей разве трудный день, а не праздничный и торжественный? – возразил развеселившийся Константин.
– Хватит уже, – строго оборвала его сестра, – а то опять скандал тебе затеет твоя жена Аелла и попросит тебя из дома, как в прошлый раз и тогда уже я не приму тебя в свой дом выпившего, так как это тоже не очень нравится моему мужу.
– Ну тогда я вернусь к своей матери, – пояснил Константин, – мать, имею я право ночевать у тебя, примешь своего сына, ведь не прогонишь?
– Конечно же, приму, сынок, а куда мне деваться, вон сколько тут у меня свободных комнат, – утешила мать сына, – только не стоит гневить твою жену в очередной раз, Афина правильно тебе говорит, пойдите уже сынок, а завтра приходите опять, если хотите.
– Завтра я на работе, мама, – пояснил Константин, – сегодня тоже едва вырвался, попросил начальство очень, а знаешь ведь сколько у нас работы в порту каждый день?
– Ну тогда в другой раз, – улыбнулась в ответ мама.
– Раз женщины просят, значит, их просьба закон, – заключил Константин и стал собираться к уходу.
– Офелия, доченька, собирайся и мы идем уже, – позвала Афина свою дочь, игравшую в соседней комнате.
– Мама, я скоро, вот покормлю еще Софью и иду, – крикнул в ответ детский голос.
– Кому я сказала, быстро? – крикнула Афина.
– Мама, ну пожалуйста, еще немного, – взмолился детский голос.
– Быстро, кому я сказала?
– Дети везде одинаковые, – подумала Джулия.
Вскоре, проводив гостей, Джулия вместе со своей больной, тоже отправились в спальню, на ночлег.
Ночью Джулии приснился странный сон. Как будто бы она спала в берлоге, рядом с большим медведем, который крепко ее обнимал и согревал своим теплом.
Застольные снедь и выпивка продолжали делать свое дело.
Непристойные желания и мысли начали одолевать ее во сне и все больше и сильнее затягивать ее в свои сети.
Ей казалось, словно медведь, лежавший рядом с ней, стал непристойно распускать свои руки и трогать ее в запрещенных местах ее тела. Вот его лапа проскользнула вдруг через ее ночнушку и овладела ее голой грудью. Позже она гладила ее ноги, двигаясь то вверх, то вниз.