Потерянный взвод
Шрифт:
Для Стольникова, выросшего на реке, это была не работа, пустяк. Но он слишком много времени потратил на ориентацию. Сколько времени Ключников не дышит? Минуту? Еще, одна и — как знать… Его голову разрывала дробь участившегося до предела пульса. Виски разрывало, вены на лице и лбу вздулись, словно капитан испытывал невероятный по тяжести приступ гипертонии…
Вырвавшись на воздух, он хрипло вдохнул, впуская в легкие свежий, теплый воздух…
Еще никогда в жизни он не испытывал такой жажды жизни за другого человека. Выбравшись
Он до треска вдавливал свои руки в его грудную клетку и дышал ему в рот, задыхаясь от нехватки кислорода…
Когда изо рта бойца, как из крана, хлестнула вода, когда взгляд его ожил и стал осмыслен, Стольников сначала улыбнулся, потом отвалился на спину и обессиленно засмеялся.
Ключникова выворачивало, он подозревал, что умрет, если кто-то сейчас не окажет ему помощь. Он синел и задыхался, но капитан знал наверное: парень выживет.
И вдруг перед лицом Стольникова засияло черное солнце… Оно очертило свой круг на фиолетовом небе и зависло над головой капитана, как приближающийся метеорит. Пытаясь встать на колени, он посмотрел на него и вдруг рухнул на бок.
Странная картина открылась перед штурманом, когда он вынырнул и осмотрелся: на камне сидел Стольников, а санинструктор Ермолович держал перед его носом пузырек с нашатырным спиртом.
— Что Маслов? — вытерев лицо, поинтересовался штурман.
— Жив.
— А ПК мой жив?
— Выжать только нужно, — отозвался Ермолович.
6
Пока группа чистила оружие, Стольников вынул из-за пазухи полиэтиленовый пакет, а из него карту. Жулин и Пловцов сели рядом, посматривая на высоты.
— Командир, пост бы неплохо выставить, — заметил Жулин.
— Мы через три минуты снимаемся.
Но сняться через три минуты не получилось. Крикунов, забираясь по камням наверх, поднялся на высоту и осмотрелся. Изменить решение капитана заставила карта. Вернее, географические особенности на ней. Как ни старался Стольников в радиусе пяти километров от Ведено найти водопад и озеро, ничего у него не получалось. Ближайший водопад был в Аргунском ущелье, но озера там не предполагалось.
— Что за ерунда, — пробормотал капитан. — Крикунов, что видишь?
— Товарищ капитан, вам следует сюда подняться!
— У тебя голова от высоты кружится, что ли? — съерничал капитан.
— Нет, просто я ничего не понимаю!
Оставив карту прапорщику и штурману, Стольников быстро взбежал на высоту. Уже там, на вершине, пригнулся и добирался до бойца почти ползком.
— Я правда ничего не понимаю… — бормотал солдат.
Стольников добрался до него и улегся, чтобы бинокль оказался в тени. Но увиденное поразило его задолго до того, как он поднес его к глазам.
— Что за хрень, солдат? — выдавил он.
— Вот
Перед Стольниковым раскинулась долина без каких-либо признаков жизни. Веденский район Чечни и эта местность были очень не похожи друг на друга. Отсюда, с высоты, Стольников, как ни старался, не мог увидеть ни одного поселка. Даже если предположить, что они прошли под землей не пять километров, а десять, что невозможно в принципе, они не могли удалиться от обжитой части так далеко.
— Я страшно извиняюсь, но если мы двигались на север, то где Гуни, Регина, Эрсеной?.. Если на юг, куда подевался Харачой?.. Мы не в Дагестане случайно, парень?..
— Я бы не хотел, чтобы в Дагестане… — усмехнулся Крикунов. — Мне письмо от подруги в бригаду везут.
— Мистика, — проговорил, разглядывая в бинокль окрестности, Стольников. Он был потрясен, но ему не хотелось, чтобы люди видели его состояние. — Мы на такой высоте, что не грех и Шатой увидеть! Но его нет. Ничего нет.
Действительно, ничего, что было бы похоже на поселки, с высоты не обнаруживалось. Только лесные массивы темной «зеленки», как кляксы на светло-зеленом листе бумаги, несколько естественных водоемов и, куда ни кинь взгляд — от горизонта до горизонта, — ожерелье гор с тонущими в облаках вершинами.
— Крик, спустись и пригласи сюда штурмана с Жулиным. — Это единственное решение, которое мог сейчас принять Саша после рекогносцировки. — И передай Баскакову, чтобы готовил группу к выходу.
Дождавшись Пловцова, Стольников схватил его за рукав и уложил на землю.
— Сергей, сколько ты летаешь над Чечней?
— Пятый год, — еще не бросив взгляд на пейзаж, машинально ответил штурман.
— Тогда скажи мне, идиоту, какому району Чечни соответствует этот ландшафт?
Через мгновение Стольников заметил, как с лица Пловцова сошел цвет.
— У меня тут мысль родилась, — продолжал Стольников. — Мы не в Дагестане?
Пловцов прокашлялся и размял рукой шею.
— Ну, если мы пробрели в лабиринте километров пятьдесят, тогда пожалуй, — согласился штурман. — Очень похоже на участок местности в районе Дагбаша… Но ты же понимаешь, Саша, что такое невозможно! Тем более мы в кольце гор, в центре кольца диаметром километров в сто!.. Нет в Дагестане такого места!
— Тогда, — Стольников посмотрел по очереди на прапорщика и штурмана, — что это за место?
— Выяснить можно только одним способом.
— Вот именно, — согласился Стольников и посмотрел на часы. — Сверим. Половина двенадцатого. Ермолович, Маслов, Лоскутов и Баскаков остаются у водопада. Мамаев с ними. Я, Жулин и Крикунов отправляемся в район тех двух озер. Сергей, возьмешь остальных и проверишь местность восточнее озер.
Уже внизу, проверяя оружие и боеприпасы, Смольников усмехнулся.
— Товарищ капитан, не могли бы вы ввести нас в курс дела? — попросил Ермолович.