Потеряный мир
Шрифт:
в порядке, с твоим ненаглядным… мы в Фэйридане.
Девушка окинула взглядом помещение — богатство, роскошь… это дворец… В Фэйридане?!
Уловив нить её мыслей, Вернер мягко прижал ей палец ко рту.
— Тише… тебе нельзя сейчас ничего говорить, — сказал он, поглаживая её рассыпавшиеся
по шёлковой ткани постели волосы, — Я просто не стал продолжать с ним сражение и
перенёс нас сюда. Рана у тебя совсем лёгкая, но кровь, почему-то не останавливается…
хлыщет и хлыщет.
Ллиана вновь собиралась что-то сказать, как вдруг вспомнила… вспомнила, что случилось
сразу после того, как она познакомилась с Альвианом…
Она дала Клятву Крови. Клятву, обязующую её никогда не предавать дело, в которое она
вступила. И… никогда не стоять на пути у вождя…
— Я умираю, Вернер, — Тихо, но чётко произнесла она, — Я нарушила Клятву Крови…
Ему сначала показалось, что он ослышался.
— Что?! Ты дала и нарушила… Клятву Крови? — Не веря своим ушам воскликнул он, — и в
чём же она состояла?
Ллиана тяжело вздохнула, словно видела уже перед собой лицо смерти…
— Никогда не предавать… и не стоять на пути, — прохрипела она, вскинув на него ясный, бесстрашный, глубокий взгляд.
Она знала, что умирает и не боялась…
Впервые за тысячи лет Вернер, он же Фобос, вновь почувствовал в сердце боль, которая
ощущалась почти физически, разрывала изнутри.
ЛУЧШЕ САМОМУ УМЕРЕТЬ, ЧЕМ ПОЗВОЛИТЬ СМЕРТИ ЗАБРАТЬ ЕЁ…
Держа её за руку, нежно-нежно целуя, он шепотом утешал её, прислушиваясь к
неравномерному биению её сердца, которое затихало и затихало…
Кровь смешалась со слезами.
ЭПИЛОГ. Не жалею…
Альвиана везде встречали крики радости и слёзы. Победное шествие было великолепно —
лица спасённых сияли радостью, а некогда изорванные одежды — богатством. Юный вождь
горделиво шёл к трону, сопровождаемый громом аплодисментов и грустной златовласой
девушкой в чёрных траурных одеждах. Теперь все знали её имя, имя прародительницы —
Фэйри. Но все недоумевали, что это за младенец на руках у будущего царя?
Альвиан до коронации ускользал от ответа, — мол, во время шествия скажет.
Дойдя до трона, он остановил священника, готового возложить ему корону на голову.
Он обратился к своему народу с речью.
— Друзья мои, — начал он, — я знаю, каким вы задаётесь вопросом — что за малышку я
держу на руках. Так вот: это не просто ребёнок, это — наше будущее и будущее наших
потомков. Эта девочка дочь обладателей
прародителей — Мыслей, внучка нашей создательницы Фэйри и всеми любимого героя
короля Теодена. Поверьте, это так!
Слушатели ахнули.
— Таким образом, — продолжал молодой оратор, — я не имею никакого права на власть, так
как остался прямой потомок последнего короля правящей династии. Поэтому я объявляю эту
девочку законной королевой объедения Фэйридана и Левенделла, а себя и Фэйри — её
регентами до исполнения девочки установленных правилами шестнадцати лет.
Снова воздух взорвался аплодисментами — люди поверили ему и согласились с его
решением.
Альвиан тем временем с улыбкой смотрел на мирно спящего младенца. Амелия пока что
даже не подозревала о своём королевском сане…
Для победителя-вождя эта девочка, так похожая на мать, стала отныне смыслом жизни…
«Так — справедливее, — Подумал Альвиан, — Жалею лишь о смерти любимой, хоть она и
не была моей. Так пусть её дочь, за неимением боле родителей, станет моей дочерью…»
Примечание
Эта книга — что то вроде воплощения моих детских романтических представлений. Конец
может показаться странным, как и черезмерная чувствительность героини, однако именно
это добавляет книге трагичности, переживаний. Сама книга чересчур романтичная, какая-то
уж совсем нереальная, возможно, приторная, однако, как мне кажется, произведений в таком
духе должно быть больше, чем слишком реалистичных историй. Реальность жестока.
Почему? Потому что родители в наше время с раннего детства вбивают детям, что своё
существование нужно выгрызать, не страшась жертв со стороны других. Это не только
начисто лишает их той капельки романтизма, сказочности, которые делают жизнь легче, но и
впоследствии превращает их в безнравственных эгоистов, не верящих ни в кого, кроме себя.
Это, конечно, не значит, что лучше жить в каком — то вымышленном мирке и всегда
необоснованно видеть во всём только хорошее, нет, реальность нужно видеть, я бы даже
сказала, что жизненно необходимо быть реалистом, но в меру. Так, чтобы не переставать
верить в Господа, в искреннюю любовь, в настоящую дружбу, в то, что чудеса всё-таки
есть… Это моя самая-самая первая законченная книга, и я искренне надеюсь, что она вам
понравилась, дорогие читатели!