Потеряный мир
Шрифт:
— Это я уже поняла, — с сарказмом огрызнулась она, упрямо тряхнув головой, — я не
обязана перед вами отчитываться.
Это была её последняя попытка защититься.
При этом она сделала какое-то резкое движение, которое заставило её вспомнить о
порванном лифе. Из красной она стала пунцовой.
— Вы напрасно так думаете, миледи, — сказал эльф, по губам которого снова скользнула
усмешка, — неужели вам хочется умереть от голода в этой сырой пещере, лишь потому,
вы не пожелали рассказать нам свою историю?
Ллиана буквально проткнула его убийственным взглядом.
— Раз так, — холодно, всё с тем же гневом сказала девушка, глядя на него сверху вниз, как, верно, богиня смотрела бы на смертных, — что конкретно вам от меня нужно?
— Во-первых, узнать, кто вы, — ответил он, пронизывая её леденящим душу взглядом, —
узнать, зачем вы здесь, и самое главное понять, как вам удалось сделать дерево вновь
золотым, как тысячи лет назад. Деревья Левенделла — показатель силы эльфов.
— Это всё? — Пылая, спросила она, до боли вонзив ногти в ладони, — что ж, выхода у меня
нет… Моё имя Ллиана, я дочь одной знатной особы, приехала в Левенделл, потому, что мой
отец имел эльфийские корни, и меня всегда тянуло сюда… не знаю, почему… но это не
имеет значения. Я сама не поняла, что произошло — просто коснулась дерева и всё…
Можете не допытываться — больше я ничего не знаю!
Закончив свою яростную речь, Ллиана едва заметно перевела дыхание.
— Как зовут ваших родителей, миледи? — после недолгой паузы спросил эльф, не отрывая
от неё холодного, испытующего взгляда.
Девушка слегка нахмурилась, словно призадумавшись.
— Мою маму зовут Наташа, — сказала, наконец, она, — а мой отец умер, когда я была
маленькой — его имени я так и не узнала…
При последних словах нотка горечи промелькнула в её голосе, но Ллиана сдержала слёзы, держась по прежнему твёрдо и гордо.
— Но что может послужить доказательством вашей правоты, миледи? — спросил эльф, явно
не доверяя ей.
— Например, повозка, на которой я сюда приехала, — пожав плечами, сказала Ллиана, —
она слишком огромна и вместительна, чтобы быть шпионской. Мы обыкновенные
путешественницы.
Эльф лишь покачал головой.
— Это не доказательство.
Ллиана глубоко вздохнула, силясь не вспылить вновь.
— Что вам ещё нужно? — Воскликнула она, до крови прокусив губу, — Я не знаю, кто вы, хорошая у вас цель или плохая, поэтому так же не могу сказать друг я вам или враг. И
никаких выводов я не смогу сделать, пока вы не скажите кто вы такие. Особенно конкретно
вы, милейший!
При последних словах Ллиана бросила ледяной взгляд на эльфа.
— Мы не доверяем
всё с первого взгляда…
— … взгляда на вас, сэр? Вы это хотели сказать? — с вызовом прервала его девушка, —
Действительно, кое-что я поняла, глядя на вас. Однако какое имеет значение ваше
происхождение, если сейчас все, словно собаки готовы лизать ноги этому деспоту? А ваши
методы лишь доказывают это…
— Кого вы имеете ввиду, миледи? — В свою очередь прервал её серебровласый вожак, —
Кто деспот?
Рассудок подсказывал ей прикусить язык. Однако Ллиану словно несло по бурному потоку.
— Деспот — ваш Деймос! — огрызнулась она, скрипнув зубами, — Этот тиран-кровопийца!
Кто же ещё?!
И тут же она поняла, что сказала лишнее, и с ужасом ожидала реакции эльфа.
Её лицо вновь исказилось ненавистью, как и всякий раз, когда она думала о князе тьмы.
Утомлённая страхом и переживаниями, Ллиана побледнела, как саван и едва дышала.
Вожак смотрел на неё так изумлённо, будто она превратилась в разъярённого тигра.
Их недоверие никуда не пропало, но впредь они были чуть мягче. И поверили ей лишь тогда, когда она согласилась показать воспоминания.
Глава 7. Клятва Крови
«Удивительно! — усмехнулась Ллиана, с улыбкой подставив тело тёплым солнечным
лучам, — быть счастливой после стольких переживаний и сомнений!»
Счастью послужило не только то, что всё хорошо закончилось. Теперь она знала, что эльфы
не уничтожены!
В это, конечно с трудом верилось. Как смогли бы укрыться три легиона эльфов от
недремлющего Деймоса? К тому же Ллиана с детства столько наслышалась о полном
истреблении, что некоторое время не верила даже собственным глазам.
«Как такое возможно?» — Шокрванная, несколько раз повторяла девушка, с вышки
наблюдая за армией эльфов.
Вожак терпеливо всё ей объяснял.
Оказалось, что горстка выживших всё же осталась, и они ушли в самую потаённую глушь
леса. Земля содрогнулась от тяжести преступлений, убийств и грабежа. Золотые деревья, полные энергией, которая подпитывала солдат в бою, и бывшие символом Левенделла, померкли и стали самыми обыкновенными деревьями. К тому же туда стала приходить осень
и зима, чего раньше не было. Сотни лет эльфы жили в ужасных условиях, но, тем не менее, их стало намного больше.
«Конечно, для открытой войны нас ещё маловато, — пояснял вожак-эльф, — но духу в нас
больше, чем в тех трусах, что примкнули к гонителю».