Потому что люблю
Шрифт:
Мей рассказала о своих планах за ужином, чем немало удивила Лаклана.
– Я уверен, – сказал он, – что тебе совершенно не обязательно уезжать.
– Клэр не против, – пробормотала Мей.
– Точно. К тому же ты всегда восхищался тем, как у меня все налажено в офисе. Дома будет точно так же, – озорно подмигнула ему Клэр.
– Я знаю, но то была работа…
Казалось, он хотел сказать еще что-то, но, видя, что Шон готов принять участие в дискуссии, передумал
А вечером он потребовал у Клэр объяснений. Сидя перед зеркалом и расчесывая на ночь волосы, она просто рассказала ему, в чем дело.
– Понятно, – коротко произнес он. А потом добавил: – Я не знаю, как ты будешь справляться, и не уверен, что она действительно хочет уехать.
– Лаклан… – Клэр положила расческу на столик и внимательно взглянула на Лаклана. Он явно был не в радужном расположении духа, и главная причина тому – она сама. До сих пор она еще ни разу не видела его в таком состоянии. Что это – издержки семейной жизни?
– Что? – невозмутимо спросил он.
– Я думаю, тебе следует больше доверять мне, – так же невозмутимо ответила она.
– А я думаю, тебе не следует забывать о том, что ты уже почти на пятом месяце беременности, а ты хочешь продолжать работать, и еще есть Шон. О нем тоже надо заботиться.
– Хорошо, давай во всем разберемся, – твердо ответила она. – Начнем с конца. Для Шона самое важное в жизни – это ты. Сейчас, возможно, ему будет тяжело расстаться с Мей, но он не так давно заявил мне, что может выносить меня сколько угодно, если только он останется в Розмонте – с тобой.
– Клэр…
– Дай мне закончить. А я, если смогу, обязательно сделаю так, чтобы он чувствовал себя со мной спокойно и уверенно, как и подобает ребенку. Я не собираюсь окружать его ненастоящими любовью и заботой, стараясь заменить ему мать. Он не хочет, чтобы к нему относились как к ребенку. И если он не будет чувствовать, что я пытаюсь встать между ним и тобой, с ним все будет в порядке.
– Все это очень хорошо в теории, Клэр, а на практике это звучит как цитата из учебника «Как обращаться с неродными детьми». Это может и не сработать.
– Но ты, похоже, считаешь, что я обижаюсь на Шона или что Шон обижается на меня.
– Это не всегда очевидно.
– Я знаю, что я не обижаюсь на него, а у него не будет причин обижаться на меня. Следующий пункт – близнецы и пять месяцев беременности. При нормальном ходе событий это ни в коем случае не может сделать меня больной или несообразительной. Безусловно, я, как ты выражаешься, на некоторое время стану медлительной и неповоротливой, но я могу нанять кого-нибудь себе в помощь.
– Ты пропустила один важный пункт. Работа.
Не так давно ты говорила, что работа для тебя
Это было уж слишком. Она встала, глаза ее горели как угольки. Еле сдерживая ярость, она очень мягко сказала:
– Послушай. Я сама постелила себе постель, теперь хочу лечь в нее, и я не собираюсь силой заставлять Мей быть моим костылем. Если тебе нужно – иди работай, а я ложусь спать.
Лаклан без единого слова расправил плечи и вышел за дверь.
На этот раз она не спала, когда он залезал в постель.
Он обнял ее, несмотря на все ее протесты.
– Извини, пожалуйста. Я знаю, тебе тяжело и ты сама волнуешься из-за ведения домашнего хозяйства. Наверное, именно поэтому я так удивился, что Мей уезжает.
Она немного расслабилась, но не сказала ни слова.
– Я включу свет?
– Пожалуйста.
Внимательно оглядев ее при свете лампы, он сказал:
– Такая сердитая и такая красивая! – Он нежно провел по ее волосам, погладил по щеке. – Сначала Серина, потом Мей. Слишком много всего и слишком быстро. Мне очень жаль. Я бы отдал все на свете, лишь бы ты не огорчалась из-за Серины, лишь бы она не цеплялась к тебе.
– Раньше даже мысль о ней огорчала меня, но теперь мне все равно.
Он хотел еще что-то сказать, но потом передумал.
– Как они там?
– Кто? – не поняла Клэр.
– Труляля и Траляля.
– А, они в порядке. Отдыхают, наверное.
– Хорошо. Надеюсь, они не очень сердятся за то, что я так разозлил тебя.
Грустная улыбка тронула губы Клэр.
– Боюсь, они даже не заметили. Я однажды читала статью про детей, чьи мамы жили совсем близко от токийского аэропорта.
– Это никак не повлияло на них?
– Даже напротив. Родившись, они гораздо комфортнее чувствовали себя рядом с самолетами, нежели в тишине.
– Ну, и что это значит? Это вообще что-нибудь значит?
– Мне только сейчас пришло в голову. Думаю, тебе не стоит волноваться оттого, что все происходящее снаружи может на них как-то повлиять. Хотя я, конечно, не хотела бы быть несчастной слишком часто.
– А ты чувствуешь себя несчастной? Прямо сейчас?
– Ну, хорошим настроением похвастаться не могу.
– Ты была такой официальной, пока не упомянула постель.
– Что ж, это было самое лучшее, что я могла сказать, и первое, что мне пришло в голову, – улыбнулась она.
Он наклонился и поцеловал ее.
– Так вот, о постели. Тебе не кажется, что это и моя постель тоже?
– Риторический вопрос…
– Знаешь, ты была очень убедительна, когда выгоняла меня из спальни. Или это все было сказано в порыве гнева?
– Если честно, – потянулась она, – последнее, что мне тогда хотелось, так это разделить с тобой постель.