Потрошитель душ
Шрифт:
Он усмехнулся, что могло означать только одно – настоящий Юрий Викторович был готов облапошить ненастоящего при первой же возможности.
Генералов с прочими боссами удалился, а Эльвира, взглянув на Столярова, прошипела:
– Все твои штучки! Этого пьянчугу ЛДК можно было купить и за полцены! Но ты сделал все, чтобы он получил то, что изначально требовал!
– Ну, предположим, далеко не все, – спокойно возразил молодой человек. – И надо быть реалистами: после оглушительного успеха первой и второй
– А ты – невеликий издатель! – съязвила Ильинская. – Такие обычно получаются из неудавшихся писателей. Ах, в самом деле, как я могла забыть, ты ведь сам издавал свои детективчики, но никто их читать не захотел! Бедный, бедный Славик!
Доктор Бергамотов заметил, как зарделся Столяров, которому явно было неприятно упоминание его литературных неудач. Эльвира же, как прекрасно знал доктор, обожала сыпать соль на чужие раны.
– А вы, Бергамотов, чего молчите? – набросилась она на новую жертву. – Опять в рот воды набрали! С тех пор как подсунули нам эту шарлатанку-ясновидящую, вы прямо сам не свой!
Доктор прочистил горло и произнес:
– Ариадна отнюдь не шарлатанка. И вы сами имели возможность в этом убедиться.
– Только вы так и не сказали, какое у нее было видение! – настаивала на своем Ильинская. – Подозрительно как-то! Она же не просто так в обморок свалилась, явно что-то видела!
Столяров тоже не без интереса взглянул на Бергамотова, и доктор, понимая, что его выдают пылающие уши, соврал:
– Я же сказал вам, что видение было… Сильное, но нечеткое… Очень много крови, вот Ариадна Никитична и потеряла сознание, что неудивительно…
Владислав кивнул:
– Ну, это уже что-то! Ведь она, по собственному заявлению, в будущее заглядывать не в состоянии. Так что море крови и новая жертва – это уже что-то!
– Море крови и новая жертва – это уже что-то! – передразнила его Эльвира. – Да тут Гегелем быть не надо, чтобы понять, что новая жертва будет, как пить дать. И с учетом пристрастий нашего маньяка, с морем крови. Так что и я с не меньшим успехом могу работать пифией! Она хотя бы лицо рассмотрела? Или какую-нибудь отличительную деталь организма?
Доктор Бергамотов знал, что не может никому, в том числе эти двум, сообщить, что Ариадна видела лицо жертвы – и это было ее собственное лицо! Пробыв день в больнице, она по собственному желанию оттуда выписалась. И взяла с Бергамотова слово, что он никому ничего о ее видении не скажет!
– Думаю, что да! – загадочно произнес доктор, ощущая внезапное мстительное чувство. – Она в самом деле упомянула важную деталь. И даже имя жертвы!
Эльвира приблизилась к нему и, сузив глаза, воскликнула:
– Я так и знала, Бергамотов! Потому что вы только
Доктор кашлянул и сообщил:
– Жертвой будет женщина…
– Ну, явно не мужчина! – вставила Эльвира, а Столяров тут же парировал:
– Но у книжного Джека из трех жертв две были мужского пола!
– Ладно, не лезь со своими мыслями неудавшегося писателя, Славик! – отмахнулась Эльвира. – Так, что дальше, Бергамотов?
– Ее отличительная черта – она ходит во всем черном! И зовут ее… зовут ее… Зовут ее Эльвира! – выпалил он.
Вместе со Столяровым они зашлись смехом, да таким, что у них обоих выступили на глазах слезы. Эльвира пару секунд таращилась на них, а потом, поняв, что ее элементарно разыграли, фыркнула и вышла прочь, громко хлопнув дверью.
– А ловко вы ее! – одобрил, все еще давясь от смеха, Столяров.
– Да уж, такая сама любого Джека-потрошителя выпотрошит! – сказал Бергамотов, и мужчины, словно дети, снова залились смехом.
– Вот будет умора, если Джек ее следующей убьет! – сострил Столяров, и доктор, все еще смеясь, вдруг понял, насколько глупо и бестактно было его поведение.
И дело не в Эльвире и ее чувствах, а в том, что маньяк, самый что ни на есть настоящий маньяк, убил человека – причем крайне жестоким образом. И шутить на эту тему было нельзя.
Дверь распахнулась, на пороге возник начальник службы безопасности издательства Олег Францевич Атьман.
– Веселимся? – спросил он строго. – А маньяк только что второе послание прислал!
– Какой ужас! – вздрогнул Столяров, а доктору стало стыдно за приступ веселости.
– Куда прислали, в издательство? – быстро спросил он.
Атьман, подозрительно посмотрев на него, ответил:
– Нет, не в издательство.
– Домой ЛДК? – ахнул Столяров, но Олег Францевич и тут качнул головой.
– Хотя ты прав… Домой – но не ЛДК! А его бывшей жене, Софье Скорпионовой! Новое послание от серийного убийцы, с подробным письмом и, конечно же, человеческим сердцем!
Доктор почувствовал, что его начинает мутить. Столяров растерянно произнес:
– Но как же так, я думал…
– Все мы думали! – сурово прервал его Атьман. – А надо не думать, а делами заниматься! Вот маньяк и занялся. Еще одна человеческая жизнь оборвана!
Доктор Бергамотов засобирался к ЛДК, однако когда выходил из здания издательства, тот сам позвонил ему и сообщил, что трудится над третьей частью повести и отослал прочь из квартиры всех, в том числе верную экономку. Поскольку желает только одного – творить в тишине!