Потрошитель душ

Леонтьев Антон Валерьевич

– Ага, легок на помине! – воскликнул генеральный Генералов, который пребывал в отличном расположении духа. – Расскажи ему!

Эльвира и Владислав одновременно начали говорить, так как не было ясно, кому адресовал свою просьбу настоящий Юрий Викторович. Наконец Столяров сдался, и Эльвира продолжила:

– Какой скандалище! Это конец «Вольдеморта»! Если не финансовый, так точно репутационный!

– Ненастоящий Юрий Викторович заделал ребенка Софье Скорпионовой? – высказал предположение доктор, опускаясь в кресло. – Кстати, проветрить не помешало бы – дух захватывает

от этого ядовитого фимиама!

– Именно это сказал Ватсон, вернувшись домой, на Бейкер-стрит, в третьей главе «Собаки Баскервилей»! – ввернул криминофил Столяров, а Эльвира цыкнула на него:

– Молчи, писатель недоформатированный! Если бы! Ненастоящий Юрий Викторович в срочном порядке отбыл за рубеж, однако его наверняка объявят в международный розыск! И «Вольдеморту» придет конец! Надо скупать на корню, подчистую!

Она уставилась на генерального Генералова, а тот вальяжно пустил в потолок кольцо дыма и ничего не ответил, играясь со своим смартфоном.

– Так что, ненастоящий Юрий Викторович оказался Джеком-потрошителем? – предположил доктор, чувствуя, что у него моментально отлегло от сердца.

– Почти что! – усмехнулся Атьман.

А Эльвира затараторила:

– То сердце, которое Скорпионовой якобы прислал Джек-потрошитель, на самом деле «вольдемортовцы» прислали сами себе!

Доктор разинул рот, а Ильинская продолжила:

– Вот именно, письмецо маньяка фальшивое, хотя его уже все СМИ растиражировали, а сердце – настоящее! Человеческое! Они так хотели примазаться к нашему Джеку, который общается только с «Ктулху» и ЛДК! И поэтому, ничтоже сумняшеся, изобрели своего! Ибо, видя, как взмывают к небесам загрузки в Интернете второй части новой повести ЛДК, решили, что не помешает оттяпать часть пирога для себя и своей «звезды» Софьи Скорпионовой!

– Так они все же не убивали первую жертву? – растерянно произнес доктор. – Но откуда у них сердце?

– В этом-то и суть! – поднял к потолку палец Олег Францевич. – Сердце-то человеческое! «Вольдемортовцы» твердят, что оно было куплено в морге и что сердце вырезали у умершего от естественных причин, то бишь алкоголизма, бомжа. И что они только подмазали продажного патологоанатома, который продал им сердечко, а их пиар-отдел состряпал письмечишко Джека и отправил все Скорпионовой в надежде, что и ее тиражи также рванут вверх!

– А рванул скандал! – перебила Эльвира. – Потому что задумка, по сути, не такая уж дурная, но слишком много людей было задействовано при ее реализации. И конечно, нашлась какая-то мелкая менеджерская крыса, которая сообщила обо всем в желтые СМИ. А те связались со Следственным комитетом – ну, тут с обыском в «Вольдеморт» и нагрянули…

– А ненастоящий Юрий Викторович дал деру! – заявил с ухмылкой настоящий Юрий Викторович. – Ничего, поймают!

– Значит, это они за убийствами стоят? – снова спросил доктор, а Атьман, призвав всех к порядку, сказал:

– Они, конечно, сели в галошу, но туда им, так сказать, и дорога. Однако сильно сомневаюсь, что они причастны к убийствам, и вовсе не потому,

что не согласен с мнением, что если понадобится, ненастоящий Юрий Викторович и родную мать в котле с кипящим маслом сварит, лишь бы на халяву попиариться и заработать грошик. Просто если бы за всем этим с самого начала стояли они, то уже первое послание пошло бы, естественно, их Скорпионовой, а не нашему ЛДК. А письмо и сердце были адресованы именно ЛДК! «Вольдеморту» не было никакого резону пиарить нас и нашего автора…

Сердце доктора снова сжалось. Итак, значит, их конкуренты просто пытались заграбастать чужую славу и пошли на ужасные вещи, чтобы пропиарить свою авторшу. Купили сердце мертвого человека и представили все так, как будто это послание от маньяка.

Но если это так, то кто же тогда маньяк?

– По этому поводу шампанского! Для всех! Из моих личных запасов! – провозгласил генеральный Генералов. Пока Славик Столяров мотался за бутылкой, все обменивались мнениями о том, сколько же дадут ненастоящему Юрию Викторовичу, на которого теперь все его подручные валили вину, утверждая, что он лично отдал приказание купить сердце у патологоанатома, и за какую сумму можно будет приобрести конкурента «Вольдеморта», сделав из него филиал «Ктулху».

Доктор согласился пригубить шампанского (французское, коллекционное, двадцатисемилетней выдержки) и даже не сразу понял, что вибрирует его мобильный телефон. Выйдя в коридор, он приложил трубку к уху.

– Михаил Николаевич, Михаил Николаевич! – донеслись до него рыдания экономки Ларисы Григорьевны. – Приезжайте, помогите!

– Что такое, он снова напился? – спросил доктор, имея в виду ЛДК, но женщина буквально простонала:

– Нет! Леонид Мстиславович еще не вернулся, позвонил, сказал, что будет поздно и его не искать, иначе всем носы порасквасит. Пакет пришел, на его имя… Я открыла, а там… а там…

Она зарыдала, а потом из трубки донеслось:

– И письмо там, подписанное Джеком-потрошителем!

Сорок минут спустя «ктулхушники» разглядывали лежащий на столе огромной кухни ужасный трофей. Доктор первым заглянул в пластмассовую коробочку, с которой экономка уже сняла коричневую оберточную бумагу.

Там находились внутренности. На этот раз не сердце. А печень.

Доктор ринулся в ванную и сунул голову под кран, из которого хлестала ледяная вода.

Ведь Ариадна знала, что в этот раз Джек пришлет не сердце, а печень! Знала, потому что ей было видение. Или знала, потому что…

Он боялся довести мысль до логического завершения.

Когда он вернулся на кухню, то услышал, как генеральный Генералов беседует по мобильному с каким-то знакомым чином из Следственного комитета, а Эльвира в то же время звонит команде телевизионщиков.

– Это не подделка, это настоящий Джек! – заявил с неуместным восторгом Столяров. – Его стиль, а не жалкая имитация, как у «Вольдеморта»! Смотрите, его почерк, его завитушки!