Потрясающая
Шрифт:
В тот самый момент песня "Горячая штучка" заревела из динамиков.
Трикси прогулялась вдоль класса, зацепила ногу за один из шестов, подняла своё тело в воздух и совершила оборот с сальто в духе Цирка Дю Солей.
– А теперь все вместе, - пронзительно закричала она в наушники.
– Давайте начнём с нескольких низких приседаний!
Она согнула колени в стороны и опустилась к полу.
Класс последовал за ней, повторяя движения в такт.
Ханна глянула на
Коллин посмотрела в ответ и подарила ей широкую улыбку.
– Ты двигаешься великолепно!
– сказала она одними губами.
Ханна боролась с желанием закатить глаза.
Могла ли она быть чуть поменьше так противно уверенной?
Трикси заставили их выполнить несколько сбалансированных наклонов шеи, поднятий плеч и провокационных модных ударов.
Затем они исполнили серию танцевальных движений, которые заставляли их тело двигаться как у Джейн Келли в "Поющих под дождём".
Ханна старалась держаться очень хорошо и на высоком уровне, упорно выполняя всё лёгкие и трудные движения, отчего её лоб от напряжения покрылся бисеринками пота.
Сексуальный пот, конечно.
Когда Ханна в следующий раз оглянулась через плечо, мальчики сидели на матах перед залом, уставившись на девочек как голодные псы.
Питаемая их присутствием, она сексуально откинула волосы назад, которые мягко струились по спине.
Джеймс Фрид явно вздрогнул.
Мэйсон присвистнул.
Коллин заметила мальчиков и сексуально встряхнулась.
Мальчики одобрительно толкнули друг друга локтями.
Коллин заговорщически подмигнула Ханне.
– Они не получат нас совсем, ха!
Ханне захотелось выпороть её.
Она не осознавала, что они соперничают?
– Следующее движение только для продвинутых обучающихся, - объявила Трикси, поставив знойную песню Адель.
Она подошла к шесту, обхватила его руками и ногами и вскарабкалась на него как обезьянка.
– Используйте бёдра, чтобы ухватиться, девочки!
Коллин продолжила извиваться по шесту.
Держась одной рукой, она выгнула спину и на мгновение повисла вниз головой.
Мальчики зааплодировали.
Ханна стиснула зубы.
Насколько сложным может быть такое движение? Она обхватила шест и начала карабкаться.
Она не могла отвлечься и на мгновение, но вдруг её бёдра отстранились и она начала скользить вниз.
Она опускалась всё дальше и дальше, пока её попа не поцеловала пол.
Её отражение в зеркале выглядело нелепо.
– Хорошая попытка, Ханна, - прощебетала Коллин.
Это движение - очень сложное.
Ханна отряхнула зад, затем оглядела
Внезапно они перестали выглядеть как стриптизёрши, всего лишь пухленькие женщины средних лет, выставляющие себя дурами.
Это было самым идиотским фитнес-занятием, которое она когда-либо брала.
Тут было намного проще привлечь внимание мальчиков.
Она снова повернулась к окну и взглянула на мальчиков.
Когда она удостоверилась, что они наблюдают за ней, то ка бы случайно стащила вниз свою леопардовую лямку, затем нижнюю майку, выставляя напоказ ажурную лямочку красного лифчика снизу.
По взглядам мальчиков она знала, что они увидели это.
У них отваливались челюсти.
Джеймс усмехнулся.
Мэйсон притворился, что падает в обморок.
Майк не проявил улыбки, но не мог оторвать от неё глаз.
Этого было достаточно для Ханны.
Она вышла из зала, рассекая бёдрами воздух под ритм стрип-клуба.
– Ты не останешься?
– крикнул Джеймс, его голос был полон разочарования.
– Должна же я оставить что-то для вашего воображения, правда?
– с напускной скромностью сказала Ханна.
Она говорила не оборачиваясь, зная, что Майк по-прежнему пялится.
Она также знала, что Коллин следит за ней через зеркало, вероятно, чувствуя себя немного запутавшейся.
Но, всё равно.
Она знала, что сказала бы Эли, если бы была жива: в любви всё честно, даже на шесте.
12
СЛОВА МУДРОСТИ
В ту ночь, Эмили стояла в прихожей церквы Святой троицы, где была ее семья.
Кучу строительства-бумажных воздушных шаров с псалмами и библейские стихи были прикреплены на стенах.
Длинная золотистая ковровая дорожка растянулась от одного конца холла до другого.
Пахло смесью ладана, крепкого кофе и резинового клея, а из-под двери шумно завывал ветер.
Несколько лет назад Эли сказала ей, что завывающий ветер - это вопли людей, похороненных на кладбище заднего двора.
Иногда Эмили верила, что это было правдой.
Дверь в дальнем конце зала открылась, и через нее выглянул седеющий мужчина.
Это был отец Флеминг - самый старый и самый милый священник в церкви.
Он улыбнулся.
– Эмили! Входи, входи!
В первую секунду Эмили подумывала развернуться и убежать обратно в машину.
Возможно это была огромная ошибка.
– Вчера,когда она вернулась с тренировки по плаванию,ее мать усадила ее за кухонный стол и сказала,что она и отец откладывают поездку в Техас.