Потрясающий мужчина
Шрифт:
Придется пользоваться общественным транспортом или угнать первую попавшуюся машину из полицейского гаража.
Морщась при мысли о грядущих неудобствах и напоминая себе о необходимости лично попросить Фини еще раз изучить записи охранных камер в комплексе «Горэм», Ева поднялась на свой этаж.
Но стоило ей отпереть замки, как рука сама потянулась за оружием.
Тишина в квартире не могла ее обмануть. Она знала, что здесь кто-то есть! По коже побежали мурашки, палец лег на курок.
В полутемной комнате царило
Потом она уловила движение – и все мышцы превратились в камень, палец на курке сжался, как пружина…
– Отличная реакция, лейтенант! – Рорк поднялся с кресла, из которого наблюдал за ней, и включил торшер. – Но я почему-то не сомневался, что ты не станешь в меня стрелять.
А ведь она могла бы! Более того, ей сейчас очень хотелось его проучить, стереть с лица эту самодовольную ухмылку. Однако любое применение оружия влекло за собой бесконечное бумагомарание. Ева была уверена, что ее остановило только это.
– Какого дьявола тебе здесь понадобилось?
– Я ждал тебя. – Глядя ей в глаза, он показал пустые ладони. – Я не вооружен. Если не веришь, можешь сама проверить – милости прошу.
Она медленно, неохотно убрала револьвер в кобуру.
– Могу себе представить, какую свору дорогих и хитрых адвокатов ты подкармливаешь, Рорк!
Не успею я засадить тебя за взлом, как ты снова окажешься на свободе. И все-таки я, пожалуй, попытаюсь. Очень уж хочется доставить себе удовольствие – бросить тебя, паразита, в каталажку хотя бы на пару часиков!
Рорк не узнавал себя. Неужели он превратился в извращенца и способен наслаждаться даже ее бранью?!
– Боюсь, что это ничего не даст. К тому же ты так устала! Лучше присядь и выслушай меня.
– Не стану тебя спрашивать, как ты сюда попал. – Ева чувствовала, что вся дрожит от гнева; против такого приступа возмущения существовало единственное лекарство – заковать его в наручники. – Все это здание принадлежит тебе, вот ты и заходишь как к себе домой!
– Что мне в тебе нравится, так это то, что ты не тратишь время на банальности.
– Не трачу. Меня интересует не «как», а «зачем».
– Видишь ли, после того, как ты удалилась из моего кабинета, я поймал себя на том, что продолжаю думать о тебе – и не только на профессиональном уровне. – Рорк одарил ее своей самой обаятельной улыбкой. – Ты ела?
– Зачем ты сюда явился? – нахмурилась Ева, игнорируя и этот вопрос, и эту улыбку.
Он сделал шаг к ней и оказался вне круга света, отбрасываемого торшером.
– Сначала о профессиональном: я сделал пару звонков, которые могут тебя заинтересовать.
Теперь о личном… – Он дотронулся до ее щеки, придержал за подбородок. – Я не мог забыть усталость в твоих глазах и почему-то счел своим долгом накормить тебя.
Ева дернула головой, хоть и знала, что ведет себя как капризный ребенок.
– Какие звонки?
Рорк снисходительно улыбнулся и шагнул
– Можно? – спросил он, уже набирая номер. – Это Рорк. Можете принести заказ. – Он снова улыбнулся. – Ты не возражаешь против спагетти?
– Против самого блюда – нет. Я возражаю против такого обращения!
– Это мне в тебе тоже нравится. – Видя, что она упрямо отказывается сесть, Рорк опустился в кресло и, не обращая внимания на ее недовольство, достал портсигар. – Лично я лучше всего отдыхаю за ужином. А ты, по-моему, вообще никогда толком не расслабляешься, Ева.
– Ты недостаточно хорошо меня знаешь, чтобы судить. Кстати, я не разрешала тебе курить в моей квартире!
Но Рорк невозмутимо зажег сигарету и взглянул на нее сквозь легкий дымок.
– За взлом ты меня не арестовала, так неужели арестуешь за курение? Кстати, я принес бутылку вина. Она там, в кухне. Хочешь попробовать?
– Чего бы мне сейчас хотелось, так это…
Внезапно Еву посетила ужасная мысль, и она метнулась к компьютеру. Рорк сразу понял, о чем она подумала, и нахмурился; тон его сделался жестче:
– Если бы целью моего визита была возня с твоими файлами, я бы вряд ли стал тебя дожидаться.
– Это ты брось! Такая дерзость как раз в твоем духе.
Однако подозрения Евы оказались напрасны: система безопасности не была взломана. Она не знала, радоваться или расстраиваться, а потом увидела рядом с монитором конверт – и замерла на месте. Ее охватили дурные предчувствия.
– Что это?
– Понятия не имею. – Он выдохнул очередную порцию дыма. – Просто лежало на пороге.
Я поднял.
Но Ева уже знала, что это: знакомый размер, форма, вес… Она была уверена, что в конверте видеокассета с подробностями убийства Лолы Старр.
Она внезапно так побледнела, что Рорк забеспокоился.
– Что случилось, Ева?
– Ничего особенного. Служебные дела. Извини.
Она ушла в спальню и заперла за собой дверь, а Рорк, хмурясь, побрел на кухню, нашел бокалы и разлил бургундское. Его поразил незамысловатый быт Евы. Совсем мало безделушек, почти ничего, что выдавало бы происхождение, рассказывало о семье, никаких овеществленных воспоминаний. Находясь в квартире один, он чуть было не соблазнился побывать у нее в спальне и хоть что-то о ней узнать, но удержался.
Ему хотелось разгадать ее, не пользуясь подсказками – и не из какого-то чувства деликатности. У него было ощущение, что она бросила ему вызов, в нем проснулся охотничий азарт, а победы он привык одерживать честным путем.
Впрочем, даже скудость обстановки могла многое поведать. Он понял, что она здесь не живет, а только ночует: жизнь протекает на работе.
Попробовав вино, Рорк одобрил свой выбор, а потом потушил сигарету и отнес бокалы в гостиную. Он предвкушал, как интересно будет разгадывать загадку по имени Ева Даллас!