Потрясение грани
Шрифт:
Моё оцепенение длилось не больше секунды, но оставшимся трём шемам этого хватило, чтобы влепить в меня залп. Я не успел испугаться и что-либо сообразить, как налетел огненный шквал, подо мной качнулась земля, и вспыхнул радужный ореол защитного экрана. Браслет исправно сработал и трансформировал энергию взрывов в свет и тепло, отчего мне на несколько секунд стало жарко. Но несколько камней проскочили барьер и ощутимо врезали мне по ногам и груди.
Шемы с рёвом и свистом пронеслись мимо, ветер отнёс пыль, и я обнаружил себя стоящим на каменистом пятачке размером метра три. Вокруг бугрились груды камней, зияли воронки и выбоины. Быстро
Враг уже потерял две машины и, по моим представлениям, должен покинуть поле боя, на что я сильно рассчитывал. Но всё оказалось намного хуже. Буквально через минуту из-за кромки барханов вылетели три шема, в одном из которых я узнал наш. Эти отчаянные стервецы всё-таки решили погеройствовать. Одно радовало, наш лёгкий шем был намного маневреннее штурмовиков. Он вертелся на небольшом пространстве, не позволяя противнику занять позиции для прицельной стрельбы. Но и мне это не позволяло поразить противника, на пути луча всё время оказывался юркий самолётик.
Слава богу, что такая свистопляска длилась не долго. Один из штурмовиков вышел из боя и отлетел чуть в сторону для атаки. Я облегчённо выдохнул и взмахнул мечом. Луч чиркнул в синеве неба и наискось развалил шем, который закувыркался, задымил и с грохотом рухнул в реку, оставив крыло с частью корпуса догорать на берегу.
И только тут до вражеского пилота дошло, что их убивают. Четвёртый шем заложил крутой вираж, отвернул на восток и дал дёру. Я выругался вслух, увидев, как ему в хвост пристроился наш самолётик. Я не мог поразить последний штурмовик, не зацепив наш. Вот обормоты! Наверно про них придумали поговорку: без п… синяков, как без пряников. Я опустил меч, и он тут же перестал светиться и приобрёл свои обычные формы. Глядя, как растворяются в дымке горизонта силуэты шемов, я отчётливо заметил вспышки на плоскостях штурмовика, и облегчённо вздохнул. Кажется, мои вояки побеждают.
Покончив с угрозой с воздуха, я огляделся и сильно озадачился. Пока я шинковал вражескую технику, полные восторга воины Пирамид выбрались из укрытий и окружили меня. Потом мне стало совсем хреново, когда они все, как один, встали на колени и протянули правые руки в мою сторону. Этого ещё не хватало! Ругаясь про себя матерно, и мечтая провалиться от стыда сквозь землю, я затравленно огляделся и, искренне желая пресечь на корню всякого рода культ личности, изо всех сил заорал:
– Арнер! Ко мне!
Из первого ряда воинов поспешно поднялся юный воевода. Его забрызганные засохшей кровью и запылённые доспехи скрежетнули, когда он вскинул в приветствии правую руку и стукнул кулаком в грудь.
– Слушай меня, Арнер, внимательно. Уходить на юг нет смысла. Принимай командование и собирай воинов. Перегруппируй их в двенадцать отрядов. Отбери три отряда ребят покрепче и отправь к реке вязать плоты и грузить тела раненых и павших. Ещё три отряда лучших воинов оставь для тылового прикрытия, а остальные пусть немедленно уходят в город Пирамид. Сейчас Энки там один с небольшим гарнизоном, и ещё тысяча воинов ему придётся кстати. По пути собери всех отставших и отбившихся. Постарайся соединиться с группой Шумаха это ещё тысяча другая бойцов. Война только началась и вам потребуются все силы.
Я с удовольствием наблюдал, как быстро и умело начал действовать Арнер. Буквально через полчаса скопище вооружённых людей опять превратилось в армию. Построившиеся отряды двинулись на север, часть оставшихся организовали сторожевые заставы, а другие в зарослях вблизи реки начали быстро сооружать плоты, собирать убитых и раненых. Между тем солнце покатилось к закату. Я всё время с тревогой вглядывался в темнеющее на востоке небо, пытаясь разглядеть там маленькую серебристую стрелку шема. Прошло ещё полчаса, но моей команды и след простыл. Грязно ругаясь про себя, я продолжал следить за окружающим пространством, и, как выяснилось, не напрасно.
Дикарей я засёк примерно версты за две. Приближаясь с юга, нападающие действовали удивительно разумно и хитро. Одна группировка скрытно подбиралась вдоль реки, другая кралась за линией барханов, а между ними открыто выступал небольшой отряд.
– Арнер! Ко мне!! – ни звука в ответ. – Арнер!!
Я поймал за набедренную повязку бегущего мимо воина, и прокричал ему в ухо:
– Быстро найди Арнера. Быстро!!
Парень от неожиданности присел, а потом, подпрыгнув, словно заяц, рванул к реке. Расстояние между дикарями и лагерем постепенно сокращалось, а Арнера не было. Вероятно, он сам повёл восемь сотен в город Пирамид. Не хотелось думать о плохом, но, кажется, на этот раз мы серьёзно влипли. Больше ждать не имело смысла, и я во всю глотку заорал:
– Внимание! Тревога!! Враг на подходе!! Командиры отрядов прикрытия ко мне!
Через минуту в лагере уже все бегали и вооружались, а ко мне подбежали три воина в очень приличных доспехах.
– Командиры? – они дружно кивнули и угрюмо уставились на меня из-под козырьков шлемов. Я не стал долго объяснять и сразу отдал команды: – Оттуда, – я указал на юг, – наступают дикари. Они вооружены, и их много. Они подходят скрытно со стороны реки и со стороны пустыни. Нужно их остановить и уничтожить. Все трое отправляйтесь на правый фланг. Поставьте отряды в три шеренги на склоне вот этого холма, и всеми силами держите строй. И помните, за вами ваши семьи и ваш город. Выполнять!
Я специально весь заслон отправил в сторону пустыни, понимая, что речной берег перекроют те воины, что занимаются погрузкой плотов. И, действительно, вскоре у реки я заметил движение, и воины Пирамид начали строиться в боевой порядок. Справа отряды заслона выстроились наискось, создав сплошную линию щитов и копий. Отлично. Направление со стороны пустыни перекрыто. Слева тоже раздавались команды и гремели щиты.
Сам я занял позицию в центре, поскольку наступающий здесь вражеский отряд имел наименьшую численность. Стоя в разрыве между двумя крыльями своего войска и плотно сжимая рукоять меча, я внимательно изучал пространство и пытался сообразить, что происходит.
Скажу честно, я не испытывал ни малейшего желания драться, понимая, что моя война со «скорпионами» совсем в другом времени. Да, и шансов победить в мясорубке первобытного сражения у меня было маловато. Любой другой мой современник давно бы сделал ноги, но я привык сам решать, как поступать с моей жизнью и считал бы себя полным идиотом, если бы не делал этого. С другой стороны, любой бой – событие непредсказуемое, и заранее никто не скажет, кто кому намнёт бока. Поживём – увидим. А на гамлетовские вопросы мне сейчас ответит враг.