Потусторонний криминал
Шрифт:
По мнению составителя энциклопедического словаря «Все о нравах полтергейста» шотландского геофизика Шолтта Идриса, новелла Уэллса замечательна во всех отношениях, ибо автор не только назвал место зарождения и развития паранормальных явлений — гипотетическое пятое измерение, но и, что не менее важно, натолкнул на мысль о том, что полтергейсты — это его неотъемлемая часть, выбросы думающе-деятельных субстанций оттуда, выворачивающие наизнанку физические законы нашей планеты. К классическим иллюстрациям своего умозаключения ученый относит испытания, выпавшие на долю автора бестселлера.
Вспомним книгу «Гениальность и помешательство» знаменитого психиатра-криминалиста
Начнем с того, что однажды профессор Ломброзо, ценитель сухих вин, будучи в Турине, зашел в бар-погребок своего давнишнего приятеля синьора Фумеро. Увиденное там, озадачив, повергло в смятение. «Представьте только, — пишет он в статье "Агония мозга", — стоило кому-нибудь появиться в глубоком подвале, обложенном бутом, как бутылки с винами, настойками, ликерами, коньяками, бочки с виноградным спиртом оживали, двигались, срывались с мест, летали, сталкиваясь друг с другом. Пролитый спирт самопроизвольно загорался, образовывая синюю жаркую стену. Как ни странно, в глухой, с плотно затворенной дверью подвал исправно поступал свежий воздух. Горение не воспламеняло дерева, которого здесь находилось в избытке. Я видел, как рабочая обувь, аккуратно сложенная в углу, будто ее невидимки обули, дошла до огненной стены и остановилась, чего-то ожидая.
Чего же? В огне образовались множественные промоины. Было видно то, что позади огня — никогда не виданные нами прежде темно-синие города, и над домами солнце, тоже синее. Мы с синьором Фумеро по ту сторону пламени еще созерцали зеркальные отражения самих себя. Мы были синие, нагие, неподвижные. Стоя по щиколотку в разлитом алкоголе, не зная, что предпринять, мы, когда убедились, что огонь погас окончательно, поднялись в жилую половину дома, в гостиную.
Как только виноторговец осведомился у меня, способна ли наука оградить его семью от свалившихся опасностей, массивный дубовый стол подбросило до уровня каминной полки, ударило о мраморную облицовку трубы с такой силой, что ножки отвалились, а столешница раскололась на щепки. Ножи, вилки, предметы фарфорового сервиза плавали на уровне наших голов, угрожая ударить по глазам. За стеклами большого окна мы теперь видели не дворик, а комнату, где находились. Стояли как вкопанные до тех пор, пока, опять же, в заоконной комнате не увидели, как все обрушивается, заживо погребая наших двойников.
На этажерке вплотную к нам начали взрываться початые винные бутылки. Поняв, что медлить более нельзя, я вытолкал остолбеневшего приятеля своего на улицу. Своевременно. Потолок в гостиной обрушился. Мы чудом спаслись. Стало быть, о грядущей беде сверхъестественные, опекающие нас силы предупредили демонстрацией трюков и нанесением убытков. Супруге синьора Фумеро, оскорблявшей и проклинавшей винных духов, не удалось избежать их мести: она обварилась крутым кипятком, хлынувшим из разрушенного помывочного титана. Рубцы от ожогов на ее теле заметны по сей день».
Чезаре Ломброзо — признанный авторитет по истерическим психозам — относит феномен невероятных событий в доме виноторговца к последствиям действия мощных выбросов патологических
Огненный беспредел
Летом 1941 года на территорию США обрушилось несколько мощных полтергейстов. Фермерские дома поочередно заливали неиссякаемые, бьющие из потолков и стен фонтаны воды, нефти, вина, подпрыгивала и летала мебель, по крышам били камни. Это, впрочем, причиняя неудобства, особенно не удивляло. Подобное как минимум однажды в десятилетие случалось и прежде. Но как прикажете расценивать явление невидимых, неуловимых поджигателей-пророков, хоть назойливых, все же относительно безобидных, делающих важные сообщения о далеком прошлом и далеком будущем?
Ответа на столь непростой вопрос жаждали обитатели городка Ордон (штат Индиана, США), по ночам зачастив на ранчо заготовителя щетины Уильяма Халлера. В присутствии людей чудесные энергии, до того дремавшие, принимались разыгрывать феерические шоу. Телефонная розетка, недолго поискрив, выбрасывала язык желтого пламени. Пламя, свернувшись в толстый жгут, изменив цвет на ослепляюще белый, пятиметровой змеей начинало ползать по комнатам, ярко освещая их, подвешивая в воздухе медленно вращающиеся огненные колеса, похожие на праздничные разноцветные фейерверки.
Холодное фосфоресцирующее свечение перебрасывалось на предметы обихода. Горело все. Но поначалу ничего не сгорало, кроме керосиновых ламп: стальные хромированные корпуса, от жара сделавшись малиновыми, просто-напросто испарялись, оставив резкий запах окалины. Темно-зеленые шторы стали белоснежными. Белые простыни и покрывала на кроватях обратились в темно-зеленые. Сырое мясо, хранившееся в леднике, отменно сварилось. Обои коридоров нижнего этажа пошли пузырями: стоило ткнуть в них пальцем — выстреливали клубами едкого черного дыма.
В конце концов владелец ранчо, утомленный домогательствами неизвестно чего и праздными нашествиями любопытных, перебрался в мотель, попросив присмотреть за имуществом своего брата, отставного полковника ВВС Джека Халлера. Благодаря наблюдательности и объективности этого человека, оставившего записки об эволюции феномена, можно составить представление о редчайшем виде полтергейста, названного современными исследователями информационно-огненным. Полковник свидетельствует:
«Меня встретил застоявшийся запах гари. Как только брат днем 16 июля отбыл, я внимательно осмотрел дом. Ничего подозрительного! Распахнул окна и двери. Сквозило так сильно, что гарь вскоре выветрилась. Закрыв створки дверей и окон, прилег на диван в гостиной. Глазам не поверил: сизый дым заклубился над напольным ковром, окутывая ножки стола и стульев. Решил понаблюдать, подождать. Дом сотрясли удары откуда-то сверху. Поднялся на чердак, проверил. Никого. Дедов сундук как стоял в углу, так и стоит. Присел на него, обнаружив, что дубовая крышка невыносимо горячая. Вспыхнул настенный отрывной календарь. Осыпался пушистым, как вата, пеплом, на удивление не оставившим на пальцах при прикосновении жирной копоти. Задымили книги, лежащие стопкой на полке секретера. Взял верхнюю, Библию. Переплет обжигает, но цел. Открыл. Изнутри весь текст выгорел безукоризненно ровно.