Повестка
Шрифт:
Первой мелькнувшей в голове мыслью было: в квартире нет ничего, с чем он не мог бы расстаться. Бросить все к черту и уносить ноги! В маленькую дорожную сумку полетели самые необходимые мелочи.
Через три часа «ауди» остановилась на заправке в Роуноуке, а еще тремя часами позже Рэй въехал на забитую трейлерами стоянку неподалеку от Ноксвилла. Долгое время он сидел в кабине, наблюдая за суетившимися у машин водителями и оживленно болтавшими посетителями кафе. Когда освободился столик у окна, Рэй прошел внутрь. Поджидая официантку, он то и дело посматривал на багажник, в котором лежали
Царивший в кафе аромат свидетельствовал о том, что свиного жира повара не жалеют. Рэй заказал гамбургер и принялся набрасывать на салфетке стратегию дальнейших действий.
Единственным по-настоящему надежным местом хранения банкнот был, конечно, сейф в банке: толстые стены, телекамеры, круглосуточная охрана. Деньги можно было бы разделить и спрятать в нескольких городках, разбросанных между Шарлотсвиллом и Клэнтоном. Передвижения между ними сбили бы неизвестного соглядатая с толку. Кейс с пачками купюр вряд ли привлечет внимание любопытных прохожих.
Пугала лишь процедура оформления: договор об аренде сейфа, удостоверение личности, домашний адрес, номера телефонов. Будьте добры, пройдите к нашему вице-президенту, в его обязанности входит обязательная беседа с новым клиентом. Что еще могло ожидать его в банке, Рэй не знал. В прежней жизни он ни разу не обращался к банковским клеркам с просьбой положить на хранение сколь-нибудь приличную сумму денег.
По дороге в Ноксвилл ему попалось десятка полтора скромных складов. Почему не выбрать один наугад, не заплатить за ячейку наличными, без бумажной волокиты? Приобрести в окрестностях дюжину несгораемых контейнеров, запереть каждый в отдельном боксе — и конец всем проблемам. Такого хода от него явно не ожидают. Блестящая идея.
И глупая до предела — ведь деньги останутся без надзора.
Другой вариант: привезти сокровище в «Кленовую долину» и зарыть в подвале особняка. Гарри Рекс потолкует с шерифом, и полиция будет держать в поле зрения любого мало-мальски подозрительного чужака. Если за Рэем действительно кто-то следит, то в Клэнтоне этого охотника задержат, а старушка Делл еще до рассвета сообщит знакомым все подробности. В Клэнтоне и чихнуть нельзя без того, чтобы не разбудить кого-нибудь из соседей.
Кафе постепенно заполнялось водителями. В зале стоял неумолчный гомон, после тянувшегося сотни миль одиночества людям не терпелось выговориться. Выглядели все водители одинаково: потрепанные джинсы и остроносые ботинки. Взгляд Рэя упал на белые кроссовки. Обладатель их, мужчина в брюках цвета хаки, переступил через порог и направился к высокому табурету у стойки бара. В зеркале отразилось его лицо — широкие скулы, короткий приплюснутый нос, волосы ежиком, лет тридцать — тридцать пять. Где-то Рэй его уже видел. Шарлотсвилл? Клэнтон? Он не мог вспомнить.
Или враг теперь мерещится ему в каждом?
Официантка поставила на стол блюдо с дымящимся гамбургером и ломтиками жареного картофеля, но аппетит уже пропал. Рэй вытащил из пластикового стаканчика третью салфетку.
Выбора фактически не оставалось. Поскольку бросить деньги без присмотра нельзя, он продолжит путь. Два-три глотка горячего кофе, краткая передышка в дороге, и к утру он доберется до Клэнтона. Дома,
Прятать деньги в подвале — глупость. Идиотизм. Короткое замыкание, удар молнии, брошенная спичка — и особняк заполыхает. Нет, необходимо придумать что-то другое.
Чем дольше Рэй смотрел на мужчину у стойки бара, тем яснее ему становилось, что он ошибся. Типичное, совершенно заурядное лицо, какие видишь каждый день. Незнакомец деловито поглощал кусок шоколадного пирога, то и дело поднося к губам большую чашку кофе. Для одиннадцати вечера такой выбор казался несколько необычным.
В Клэнтон Рэй прибыл около семи утра, с красными от бессонной ночи глазами, ощущая острую потребность встать под душ и тут же завалиться спать. За рулем его неотступно преследовало желание побыстрее оказаться в благословенной тиши «Кленовой долины». Манил к себе огромный пустой особняк: ни телефонных звонков, ни визитеров, располагайся, где душе угодно — внизу, наверху, на крыльце.
Осуществлению мечты помешали кровельщики. Подъезд к дому был заблокирован их пикапом, на газоне высились штабеля черепицы, слышался перестук молотков.
Гарри Рекса Рэй обнаружил в «Кофейне»: тот ел омлет, на который пошло не меньше десятка яиц, и читал две газеты сразу.
— Что ты здесь делаешь?— спросил Гарри Рекс, продолжая орудовать вилкой. Появление Рэя, похоже, ничуть его не удивило.
— Могу я позавтракать?
— Ну и видок…
— Благодарю, Гарри. Со сном в Шарлотсвилле у меня не получилось, вот и приехал.
— Да ты еле держишься на ногах.
— Ага.
Гарри Рекс отложил в сторону газеты и подцепил вилкой щедро залитый соусом кусок омлета.
— Прямиком из Шарлотсвилла?
— Всего пятнадцать часов езды.— Официантка поставила перед Рэем тяжелую кружку с кофе.— Долго твои парни намерены стучать молотками?
— Они уже там?
— О да, человек десять. Я рассчитывал проспать по меньшей мере двое суток.
— Их прислал Аткинс. Работают довольно споро, если только не напьются. В прошлом году один упал с лестницы, свернул шею. Страховая компания выплатила бедняге тридцать тысяч долларов.
— Тогда зачем ты их нанял?
— Расценки устроили. Можешь поспать у меня в офисе. На третьем этаже есть укромное местечко.
— И постель?
Гарри Рекс огляделся по сторонам, как бы опасаясь, что слова его тут же разнесутся по всему городу.
— Помнишь Розетту Райнс?
— Нет.
— Моя пятая секретарша и третья жена. Тогда-то я и оборудовал гнездышко.
— Простыни чистые?
— Какие простыни, уймись! Там покой и тишина, только пол под ногами проваливается. Из-за него нас и застукали.
— Извини за вопрос, не хотел тебя обидеть.
Рэй сделал глоток кофе. Он проголодался, но пример Гарри Рекса расхолаживал. Рэя вполне удовлетворила бы тарелка кукурузных хлопьев, стакан молока и банан, но в этом заведении подобный заказ считался оскорблением.
— Есть будешь?— осведомился Гарри Рекс.
— Нет. Нам нужно избавиться на время от кое-каких вещей — коробки, мебель. Подскажешь место?
— Нам?
— Ладно, мне.
— Зачем тебе этот мусор?— Гарри Рекс отправил в рот кусок бисквита с сосиской.— Сожги его.