Практик

Листратов Валерий

Быстро снимает мою кровь с клинка небольшой кожаной ленточкой, и сразу же наматывает ее на мою руку.

— Все. Будешь давать силу этому духу, а я там уже все сделаю. Несложно. Сможешь? — требовательно глядит на меня.

— Конечно, — нехитрое дело, в общем-то. А вот как он углядел, что я пытался подобрать оттенок магии к его, мне интересно. Хотя, скорее всего скажет, что духи нашептали. — А я смогу научиться открывать такие Тропы? — киваю на появившуюся тропинку. Я точно знаю, что тут ее не было — тут же все

выгорело три дня назад до песка почти.

— Увидел, да? Молодец. — кивает довольный шаман. — Когда Лес слушать научишься лучше — сможешь. А ты не сможешь. — оборачивается в Кошкину. — Ты Лес не слышишь. Он, — снова кивает на меня, — да. Только плохо пока. За мной пойдешь, — смотрит на наставника.

Кошкин кивает.

— С Тропы не сходить, магию не творить. Станет сложнее — дольше идти будем. — снова смотрит на меня. — Как сегодня, идешь сзади. Силу в Дом духу подавай постоянно. Не бойся ошибиться. Он не сильный, много не возьмет. Но на удержание Тропы для твоего учителя хватит. Понятно?

Киваю. Вроде все просто, да и магию подаю спокойно в бусину. Не знаю, на счет слабого духа, но восстанавливаю я магию медленнее, чем жрет шаманский подчиненный. Но часа на три меня должно хватить.

На Тропу встает сначала шаман, потом Кошкин. И в этот момент я понимаю его слова про то, что из нас сильнее всего устану именно я. Видимо у наставника был опыт.

На меня словно падает небо. Пусть и ненадолго — резко становится тяжело дышать. И ощущение давления со всех сторон. Будто я шарик под водой, а через маленькую дырочку выпускаю воздух из себя. Как раз ту самую магию — в Дом духа. Ощущение проходит через пару секунд. Но образ поселяется в голове, и становится даже местами забавно. Ну, когда начинаю привыкать и отвлекаться на разное.

Идем довольно долго. Но в этот раз проверять Аспектом, что происходит за рамками Тропы я не рискую. Просто потому, что после первой же проверки, на секунду траты магии увеличиваются кратно. Доржат даже оглядывается и с веселым пониманием кивает головой. Значит, он мои попытки смотреть вовне Тропы, очевидно, еще в прошлый раз отследил.

Хорошо. Сворачиваю Аспект до размеров видимого коридора. За этим тоже приходится внимательно следить — слишком уж я привыкаю полагаться на этот талант.

— Здесь заночуем. — Доржат останавливается на поляне.

Вокруг давления Пятна нет даже близко. Обычный лес, с обычной живностью, которая прыскает в разные стороны, при появлении нас на поляне.

— Далеко до Смоленска-2? — уточняет Кошкин.

— Нет. — вообще ничего не поясняет шаман. Садится под дерево и замирает.

— Максим? — оборачивается ко мне Кошкин. — Силы остались?

Прислушиваюсь к себе.

— Не очень, но на лагерь хватит. До Пятна далеко еще. Я его не чувствую, так что просто пугалки и сигналку. — учитель кивает моим словам.

— Делай.

Глава 13

В

Пятно входим рано утром. Это измененное пространство хорошо чувствуется на Тропе. Становится намного сложнее держать Кошкина. Впрочем, примерно так же, как когда я Аспектом пытался «посмотреть» за границы живого коридора. Так что, к внезапно свалившейся тяжести привыкаю очень быстро. И, в принципе, некоторое время идем в таком, тяжелом для меня режиме.

— Дальше пойдем без Тропы. — Встает на месте в какой-то момент Доржат. — Близко мы. Духов надо звать.

Выдыхаю. Очень хотелось бы, конечно, научиться такому способу передвижения. Но ограничения прямо-таки приличные. Хотя… Если, конечно, одному… И, скажем, только по Евразии — то нормально. Лесные массивы, по идее, тут пересекаются. Но ладно, мечты, мечты.

— Сколько еще? — уточняет наставник. Кошкин очень напряжен, и я его понимаю, все-таки мы сейчас, судя по давлению, поясе в втором, или даже, ближе к третьему. Разное может повстречаться. А он, фактически, из магов тут самый опытный. Ну, это так, но есть нюансы.

— Не знаю, — честно отвечает шаман. — Лес перестает говорить в получасе отсюда. Наверное нам туда.

Мне на секунду видится, как шаман словно раскрывается прозрачным вороном, и огромная птица улетает в небо.

Доржат на секунду замирает, потом требовательно поднимает руку вверх.

На предплечье шаману неожиданно пикирует довольно мерзкая полупрозрачная птица. То есть сквозь оперение видна частично вся требуха. Да и птица сама, то становится совсем прозрачной, то мутно-красной, в общем неприятно. А внешне как раз напоминает ворона, или ворону — небольшой у птицы размер.

Похоже это и есть прозрачный ворон, на который мы в свое время приходили охотиться. Тогда не до рассматривания птицы было, а вот сейчас, вживую, впечатление, конечно, так себе. Вокруг птицы мерцает дымка. Что-то мне подсказывает что как раз случай одержимости я сейчас и наблюдаю. Просто из птиц в этом поясе воронов проще всего найти. Остальные встречаются еще реже. Не любят птицы глубину Пятна.

Ворон тоже замирает и у Доржата с птицей происходит бессловесный такой диалог. Буквально на пару минут, глаза в глаза, прозрачные только почти.

Кошкин с интересом наблюдает. Я тоже. Вокруг крупных животных нет, это я чувствую довольно неплохо. Но пока что резких движений не делаю, чтобы не сбить настрой шамана. Не просто так он птицу себе на руку сажает же.

Наконец ворон взмахивает полупрозрачными крыльями и взмывает вверх.

— Ждем. — Доржат садится на землю прямо там, где стоит. Вытаскивает из-за спины бубен.

— Долго? — деловито осведомляется Кошкин.

— Нет. Полчаса, не больше. — после чего окончательно замолкает.