Прайд
Шрифт:
Девочка изогнулась дугой и закричала, вцепившись пальцами в блестящий пятак, с изображением львицы. Потом вскочила на ноги и её незрячие глаза начали наполняться бледным пламенем. Я вопросительно взглянула на Серра: так и должно быть? Уж такой старикан должен знать, как происходит обращение. Кот выглядел сбитым с толку.
Он нахмурился, подошёл к вновь обращённой и взял её на руки. Потом растерянно уставился на меня:
– Слишком быстро, – пробормотал он и слегка вздрогнул, когда тонкие руки обняли его за плечи, – такими темпами, к утру она уже превратится
– Забавно? Тебе забавно?! – я медленно закипала, – а ты не подумал, долбанный экспериментатор, о голоде, который будет её терзать? К утру, кошка начнёт умирать от жажды! А вокруг нет ни единого селения!
Маленькая кошечка, на руках Серра, потянулась и сладко плямкнула губами. Потом приподнялась и положила голову на плечо льва. Воздух, вокруг её тела, дрожал.
– Странный сон, – прошептала она, – но такой приятный. Нейя…
– Так тебя зовут? – мягко спросила я и приласкала девочку.
– Рейя, меня зовут Рейя, – она приоткрыла один глаз и посмотрела на меня, хмуря тонкие бровки, – а вы кто? Ангелы?
– Ангел здесь только один, – я улыбнулась, – это – ты.
– С едой проблем не будет, – Серра оправдывается? Передо мной?! – догоним караван. Людей там будет много.
Не то слово.
Досчитав до восьмого десятка, я сбилась со счёта и бросила дурацкое занятие. Рейа просто сломала все засовы на дверях и теперь подростки, один за другим, выбирались наружу, щурясь от яркого света. Одни чуть старше тех, замёрзших; другие – почти взрослые. Все одеты в жалкие лохмотья, избиты и испуганны, до смерти.
Дети нервно косились на трупы своих похитителей, стараясь сбиться в одну тесную толпу, как это заведено у всех стадных животных. На нас они глядели со смесью страха и восхищения. Приблизиться и заговорить или поблагодарить, никто не решался.
Чуть в стороне стояли двое: наша маленькая кошечка и девушка, неуловимо напоминающая её. Нетрудно было догадаться, что это – сестра Рейи, из её прошлой жизни. Они держали друг друга за руки и заливались слезами. Так, по-человечески.
– Слишком быстро, – виновато сказал лев, наблюдая за ними, – обращение прошло чересчур быстро. Тело успело трансформироваться, а сознание – лишь частично. Осталось очень много человеческого.
– Умничаешь? – проворчала я, – не человек, не лев. Ну и как же её теперь называть?
– Ангел, – Серра печально улыбнулся, – снежный ангел.
ЧЕЛОВЕК НА КОЛЕНЯХ.
– Есть возможность развлечься, – сообщила Зебба, впорхнув через распахнутое окно и развалившись на пушистом покрывале софы.
Серра приоткрыл один глаз и посмотрел на неё,
Сегодня я пыталась изобразить сестру в самый разгар охоты. От первоначальной задумки с красками, я отказалась, остановившись на пастели, угле и чёрном карандаше. Искусство Зеббы скрываться в тенях требовало лишь два цвета: чёрный и белый.
С самого начала Серра саркастически хмыкал и пытался давать советы. Подождав немного, я больно укусила его за мочку уха и пригрозила совсем отгрызть второе. Только после этого кот успокоился и позволил мне опереться на его мускулистую грудь. Я же положила планшет на колени и принялась за дело. В голову, при этом, лезла совершенная ерунда про странствующее семейство мышей и кошку, следящую за ними. Эта чепуха очень даже здорово ложилась на музыку и лев смог героически вытерпеть полсотни куплетов, прежде чем жалобно взмолился о пощаде. По его словам, злополучные мыши начали ему мерещиться в каждом углу.
К тому времени я уже успела набросать изящный силуэт, проступающий из ползущих пятен тени. Зебба выходила, как живая. Особенно здорово получился её пронзительный взгляд, словно рассекающий морок и тьму. Довольная ходом работы, я забросила ногу за ногу и потёрлась затылком о грудь льва. Так приятно было ощущать рядом его мощное тело, словно я пряталась за несокрушимой стеной, способной удержать любые неприятности. Впрочем, так оно и было.
– И кто тебя надоумил соорудить этот кошмар? – невинно поинтересовался кот, кивая на мои тапочки, – похожи их сшили мыши, из твоей песенки. Или, из них.
– Мне – удобно, – отрезала я и придала объём развевающимся волосам сестры на рисунке, – я же тебя не кусаю из-за твоей привязанности к этим странным белым плащам. Кстати, почему ты предпочитаешь именно эти неудобные штуки?
– Это уже привычка, – задумчиво пробормотал лев, – просто старая привычка. Раньше, давным-давно, я очень нравился кое-кому именно в белых плащах.
– А, эта твоя кошка, о которой ты никак не желаешь рассказывать? – я почти закончила с Зеббой и оставалось лишь поработать над тенями, чтобы они хоть немного напоминали тот волшебный морок, создаваемый сестрой.
– Ты не просила – я не рассказывал, – Серра пожал плечами и вытянул шею, – ух-ты, как живая! Пожалуй, я заберу его себе.
Я озадаченно уставилась на него, временно позабыв о незаконченном рисунке. Лев перехватил мой взгляд и улыбнулся, согревая меня теплом своих ласковых глаз.
– Хорошо, я не просила. Но ведь сестра постоянно надоедает тебе с просьбой рассказать о твоей бывшей подруге, а ты ей обещаешь сделать это чуть позже. Мне кажется…
– Правильно тебе кажется, – кот щёлкнул по моему носу и крепко прижал к себе, – девочка ты умная и понимаешь всё. Я никогда не стану рассказывать Зеббе о Шариот, потому как на то имеются очень важные причины.