Преданный Враг
Шрифт:
– Не поняла, Космос Юрьевич?
– напряглась секретарша.
– Ты что трубки не поднимаешь?!
– еще более грозно рявкнул он.
– Заткнись, башка болит!
– цыкнул на него Пчела.
– Это ты мне сказал, а?
– нелепо растягивая слова, угрожающе протянул Космос.
Пчела положил руку на плечо девушки:
– Иди, Люд, все нормально...
Нет, пусть она останется! Это же ты хотел, чтоб она осталась! Я этим должен заниматься, да?!
– возмущался Космос, размахивая руками и вперив в друга мутный взгляд.
– Вот всем этим - телефонными звонками, бумагами, договорами?
– А мне что делать?!!
–
– Что делать мне? Люди волнуются, у меня контракты горят!
У него снова зазвонил мобильник. Пчела вытащил антенну и приложил трубку к уху.
– Да! Нет!
– отрывисто и зло гаркнул он и резко прихлопнул антенну телефона.
Глянув на Пчелу затуманенным взором, Космос плавно завалился на бок и вытащил из-под стола "калаш".
– Зато у меня нервы, как стальные канаты...
– он выпятил вперед челюсть и со зверским видом передернул затвор.
Пчела выдернул автомат из его рук, но Космос тут же вытащил из-за пазухи тэтэшник и с той же идиотской гримасой направил его на друга.
– Дай сюда, придурок лагерный!
– разъяренный Пчела схватился за ствол пистолета и что было сил рванул его на себя. Космос ствол не отпускал, и, чтобы завладеть оружием, Пчеле пришлось протащить его вместе с креслом через полкабинета.
– Белый что сказал?
– выпустив, наконец, пистолет, как ни в чем не бывало вяло поинтересовался Космос.
– Где они?
– Я ж тебе говорил, звонил не он, звонил Фил...
– сдерживая гнев, ответил Пчела.
– Сказал, что они на пару дней исчезнут, потом Саша сам нас найдет.
– И все?
– Еще сказал, чтоб мы ездили в танке, - невесело усмехнулся Пчела.
VI
Макс привез Олю с ребенком на дачу километрах в сорока от Москвы. Дачка была совсем небольшой - в три крохотных комнатенки - и, к тому же, толком не достроенной. В щели между оконными проемами и рамами задувал прохладный осенний ветерок, от голых кирпичных стен веяло сыростью, воздух был пропитан настоявшимися запахами цементного раствора, олифы и свежеструганых досок.
Намаявшийся Ваня прямо в одежде уснул на старом продавленном диване. Для тепла его еще укрыли разномастным тряпьем, которое отыскалось в доме, куском плотной портьеры и чьей-то довольно новой телогрейкой, лишь слегка перепачканной известкой. Мальчик спал неспокойно - вздрагивал, ворочался, тяжело вздыхал... А еще он время от времени покашливал, и это, конечно, беспокоило Ольгу. Какой-то нехороший у него был кашель - сухой, отрывистый...
Впрочем, главной заботой, ее непреходящей головной болью, разламывающей виски, оставалась жуткая картина боя, разыгравшегося прямо у нее на глазах. И оглушительная пальба, и страшный черный человек с трясущимся от выстрелов автоматом, и широко раскинувший руки Валера Филатов, медленно опрокидывающийся на спину, и, конечно, Саша - неподвижно лежащий ничком на ковре из рассыпавшихся роз...
Все это неизгладимым кошмаром навсегда запечатлелось в ее памяти. И Оля понимала - как бы она ни старалась, как бы ни успокаивала себя, ей уже никогда не удастся забыть тот опустошающий душу ужас, который она пережила, когда впивалась взглядом в застывшую фигуру мужа на асфальте, гадая при этом - жив ли он или же с этой секунды она стала вдовой.
Обхватив себя руками за плечи, Оля мерила шагами тесную комнатку. Ее бил озноб - не от сквозняков, гулявших по даче, а от чудовищного нервного напряжения, никак не оставлявшего
А ведь она давно ждала чего-то подобного. Подсознательно понимая, что за все рано или поздно приходится платить, она не раз заводила с мужем разговоры о том, что ему давно пора переходить к другой, более спокойной жизни. И он обещал ей это! Обещал тихую и мирную жизнь легального бизнесмена, и, похоже, сам верил в то, что вскоре так оно и будет!
"Нет, не будет этого никогда!" - вдруг поняла Ольга.
Никогда жизнь Белова не будет тихой и мирной, потому что вся его жизнь - это сплошная ходьба по перилам моста! Без этого он просто не может. С мальчишеским упрямством он снова и снова лезет на них, не понимая, что тем самым тащит за собой всех тех, кто его любит!
Черт дернул ее влюбиться в этого бандюка! И какой же наивной дурой она была, когда свято верила в то, что под ее благотворным влиянием он изменится, что порвет с друзьями, что вырвется из бандитского круга!
Оля уже понимала, что настала пора что-то резко менять, но решиться на крайние меры она пока не могла. В тягостных раздумьях она продолжала ходить по комнате.
Сквозь пустой дверной проем она заглянула в соседнее помещение, служившее, видимо, кухней. Макс сосредоточенно ковырял отверткой старенькую электроплитку. При этом Олин телохранитель имел настолько обыденно-домашний вид, что, глядя на него, невозможно было даже представить, что всего несколько часов назад он убил двоих человек. Двое других охранников, вызванные Максом на дачу, сидели за столом и чистили картошку.
– Вот попали - мама, не горюй!
– с досадой покачал бритой головой один из них.
– Из еды в доме одна картошка!
– А ведь мимо магазина ехали...
– озабоченно поддакнул ему второй.
– Да, кстати, Олег, - Макс повернулся к тому, что был постарше, завтра с утра я останусь с Олей, а ты сгоняешь на рынок и купишь там все по полной программе...
В другой ситуации и в другом настроении Оля наверняка оценила бы несомненный комизм этой идиллической картины - бритоголовые мордовороты с пудовыми кулаками в роли кротких и прилежных домохозяек. Но сегодня ей было совсем не до смеха. Наоборот, вид этих старательных туповатых физиономий был ей отвратителен. Так и не зайдя на кухню, она вернулась к сыну.
У Макса зазвонил мобильник. Ольга слышала, как он негромко ответил:
– Да... На месте. Даю...
– Макс появился на пороге и протянул ей телефон.
– Оля, извини, это Саша...
– Слушаю, - стараясь говорить ровно, без эмоций, произнесла она.
– Оль, ты уж потерпи, моя хорошая, - раздался в трубке озабоченный голос Саши.
– Мне придется здесь поторчать, пока я определюсь, что к чему...
– Хорошо, - бесцветным голосом ответила Оля.
– Отключи свою трубу - не забудь. И сама с нее не звони, проинструктировал ее муж.
– Если что срочное - скажи Максу, он знает, как со мной связаться.