Предательство

Макинтош Фиона

Вызов был брошен. На миг Кайрус почувствовал себя едва ли не всемогущим, его охватило ликование — но лишь на миг. А от короткого «несите гвозди» кровь застыла у него в жилах.

Его волокли к двум деревьям, которые росли рядом.

— Никакое снадобье не избавит тебя от боли, прайм-офицер Дерьмо, — оскалясь, сообщил Корлин, и его приятели радостно заржали. — Давайте, ребята!

Молоток был тяжёлым, а гвозди толстыми. От первого удара Кайрус изверг содержимое своего желудка на траву, а после второго потерял сознание. Этими двумя ударами его правую руку пригвоздили к стволу одного из деревьев. Для того, чтобы прибить левую руку, понадобилось целых

три, но этого он уже не почувствовал. Однако на этом экзекуция не закончилась. Убедившись, что гвозди держат надёжно, помощники Корлина окатили офицера ледяной водой, чтобы привести в чувство. Забава должна была продолжаться всю ночь.

Глава 10

Секрет короля

— О, старина!

Его величество Лорис, король Таллинора, в несколько шагов пересёк просторную комнату.

— Мой король, — Меркуд низко поклонился.

— Хватит церемоний, Меркуд — оставь их для придворных приёмов. Вспомни, где ты находишься. Я хочу, чтобы ты пил со мной вино и рассказывал о своих непристойных похождениях… — Лорис крепко обнял старика. — Нам с Найрией тебя так не хватало.

Меркуд был счастлив вернуться в Тал. Конечно, странствия — это замечательно. Но что может сравниться с уютом, который царит в его покоях в западной башне! Паж, проскользнув в комнату, принёс вино, маринованные оливки и принялся ловко накрывать на стол, однако его волнение чувствовал каждый. Улучив момент, когда мальчик поднял голову, Лорис едва заметно подмигнул ему; тот поспешно поклонился — чуть ниже, чем обычно — и начал зажигать светильники. День был прохладный, всё говорило о приближении осени. Ещё немного — и во дворце начнут постоянно топить камины.

Меркуд пригубил из своего бокала. Великолепный «Кориэль» — виноград для него выращивают лишь в плодородных южных землях. Когда-то Меркуд служил лекарем у Оркайда, отца Лориса, а во Дворец прибыл лишь за несколько дней до того как дед Лориса, старый король Морт, испустил последний вздох. Никто не прожил столько, чтобы усомниться в искусстве лекаря, который обитает во дворце вот уже полтора столетия.

Что касается Оркайда, то он, приняв корону, во Дворце появлялся лишь ненадолго — его уделом были бесконечные военные походы. По большому счёту, Меркуд заменил Лорису отца. Оркайд был настоящим воином — крепким, грубовато-добродушным. Лорис, в те годы хрупкий и впечатлительный, скорее напоминал мать — среднего роста, смуглолицый, с тёмными волосами и глубоко посаженными печальными глазами.

Король зевнул.

— Прости, Меркуд… Мой секретарь не знает, что такое жалость — нужно подписывать документы, читать бумаги, что-то утверждать, что-то решать… Где они, добрые старые времена, когда довольно было слова короля?

Меркуд знал, насколько король ненавидит всю эту бумажную возню. И ещё он знал, что в Таллиноре никогда не было лучшего правителя, и ни один король не пользовался такой любовью, как Лорис. Потягивая вино, слушая, как Его величество сетует на издержки своего положения и время от времени кивая, Меркуд отметил, что на висках у Лориса прибавилось седины. Король не следовал моде и стриг волосы довольно коротко, но это было ему к лицу — как и бородка, которая очерчивала квадратный подбородок и которую тоже припорошило инеем.

— … А мой трон, от которого немеет задница? — Лорис встал и снова наполнил свой бокал. — Чем думал мой дед, когда велел соорудить это пыточное кресло?

Меркуд осознал, что со двора доносится звон клинков, вдохнул запах тающего свечного воска и вздохнул.

— Король Морт завоевал

своё право на корону мечом. Он побеждал в сражении и устремлялся в другое, ещё более жестокое. И ваш отец, должен заметить, тоже. Ему досталось королевство, залитое кровью. Тот, кто видел его на троне, должен был видеть могучего полководца на боевом скакуне. Вам было, что получить по праву рождения. Поэтому следует хотя бы сидеть на этом впечатляющем престоле так, как подобает королю.

— Ха!

Меркуду неизменно удавалось заставить Лориса почувствовать себя юным принцем, и короля это очень забавляло.

— Лучше расскажи мне о своих странствиях, Меркуд. Что творится в моём королевстве?

Внезапно из-за письменного стола появился огромный мохнатый пёс. Он лениво потянулся, подошёл к креслу королевского лекаря и уселся рядом.

— Не смей, Дрейк! — предупредил Меркуд. Однако пушистый великан, как всегда, не обратил на его протесты никакого внимания и слегка придавил тёплым боком ноги лекаря, чего старик терпеть не мог.

— Ах ты, негодник! — король рассмеялся. — Теперь, Меркуд, он с места не сдвинется, и ты прекрасно об этом знаешь. Так что рассказывай.

Меркуд попытался пошевелить ногами, но безуспешно. Тогда он сделал глоток, чтобы хотя бы миг не думать ни о чём, кроме букета «Кориэля», и притворился, что разглядывает росписи на потолке, перебирая в памяти воспоминания.

— Ну… Есть кое-что достойное рассказа…

— Отлично, — король устроился поудобнее. — Начинай.

— Я встретил одного деревенского паренька и предложил ему стать моим учеником. Думаю, из него получится отличный лекарь. Он кажется…

— Что? — в восторге воскликнул король. — После стольких лет?

Меркуд сделал вид, что раздражён.

— Его зовут Торкин Гинт. На вид ему лет шестнадцать, он низкого происхождения, родом из деревни под названием Гладкий Луг. Ни один из мальчиков, которые ко мне приходили, не был столь смышлёным и не обладал такой склонностью к искусству врачевания. Мне давно пора взять ученика, и я выбрал его.

— Я просто счастлив, старик! Подожди, когда Найрия услышит…

— Услышу что, любовь моя?

Мягкий, пряный аромат духов возвестил о появлении королевы. Ни Лорис, ни лекарь не слышали, как она вошла. Однако пёс вскочил и через всю комнату бросился ей навстречу.

— О… здравствуй, Дрейк.

Найрия потрепала пса по большой голове. Мужчины встали и поклонились. Как забавно… Здесь находятся три существа мужского пола, которым дозволено к ней прикасаться: её супруг, старик лекарь… и этот пёс.

— Добрый вечер, господа.

Она открыто улыбнулась, и Меркуду показалось, что солнце заглянуло в комнату. Когда она появлялась, на душе у него всегда становилось тепло. Старик сделал шаг назад и снова поклонился.

— Как хорошо, что ты вернулся, Меркуд, — Найрия поудобнее перехватила маленький розовый букет, который держала в руках, и крепко пожала сухую, жилистую руку лекаря. Он знал, что её слова значат только то, что значат.

— Я больше не мог прожить ни минуты без света ваших глаз, сударыня.

— Ах ты, старый сладкоречивый хитрец… — Найрия погрозила ему пальцем, поставила цветы на столик за спиной мужа и словно мимоходом коснулась его губ поцелуем.

Меркуд отметил, что она, как всегда, прекрасно выглядит. Простое, мягко приталенное бархатное платье позволяло видеть, что её тело ещё не утратило стройности, но дивные, некогда золотые волосы потускнели и были сколоты двумя полированными гребешками. В последнее время она редко их распускала.