Предательство
Шрифт:
— Во имя Света, Кайрус! — воскликнул один, судя по одежде — капитан королевской стражи. — Я уже оплакивал тебя!
Но Кайрус только мотнул головой и попытался опуститься на одно колено перед человеком, который помог ему спешиться.
— Ваше величество…
Тор потерял дар речи. Он по-прежнему чувствовал на себе ледяной взгляд Меркуда, но всё-таки отвёл глаза — чтобы посмотреть, как Его величество Лорис, король Таллинора, не обращая внимания на протесты, поднимает прайм-офицера.
— Мой король… мне нужно
— Позже, Кайрус. Кто эти люди? — король кивком указал на Горона и его приятелей.
— Это не люди, а ублюдки, государь, — с нескрываемым удовольствием ответил Кайрус. — В ожидании вашего приговора…
Прежде, чем он договорил, Норриш и его воины стащили пленников с лошадей.
— На колени перед Его величеством! — заорал капитан.
Бывшие похитители были так перепуганы, что даже не сопротивлялись. Перед тем, как отправиться в путь, Тор угостил каждого из них снадобьем Корлина, но теперь действие настойки закончилось. До негодяев уже дошло, какая кара их ожидает, и они что-то мямлили, пытаясь оправдаться.
— Уведите их, — приказал Норриш. — Пусть погостят в башне, а потом послушаем их байки.
Всё это время Меркуд не произносил ни слова. Тор собрался с духом и снова посмотрел на старика, изобразив на лице что-то вроде смиренной мольбы. Лекарь выдержал паузу.
— У тебя на плече сидела хищная птица — или мне показалось?
— Э-э-э… вы не ошиблись, почтенный.
— Понятно. И как зовут твоего ручного ястреба?
Тор хотел объяснить, что это сокол, но сдержался.
— Клут.
Лицо лекаря перекосилось, словно Тор отвесил ему крепкую оплеуху.
— Ты сказал «Клут»? — похоже, старик был искренне удивлён.
— Да…. Он улетел в лес — испугался. Столько народу…
— А кто дал ему имя? — в голосе Меркуда слышалось напряжение.
Странно: с чего это старик так прицепился к имени сокола… Предупреждение Клута Тор не забыл.
— Понимаете… Когда я был маленьким, мама часто пела мне песенку про Клута, который… ну, в общем, в честь него я и назвал птицу.
Оставалось только надеяться, что Меркуд примет это за правду.
Лекарь прищурился и долгим взглядом посмотрел юноше в глаза, затем кивнул.
— Итак, Лорис… прошу прощения, Ваше величество… позвольте представить Торкина Гинта, моего нового ученика. Не сомневаюсь, вы уже поняли, что это он… Торкин, это твой король, — ледяным тоном добавил старик.
— Ваше величество…
Тор низко поклонился, потом вспомнил, как делали остальные, и опустился на одно колено.
— Пламя подземелий! — король развёл руками. — Как я понимаю, это не последняя неожиданность на сегодня. Мне уже прожужжали про тебя все уши, юный Гинт. С прайм-офицером вы уже успели подружиться?
— Да, Ваше величество, — ответил за юношу Кайрус. — Если бы не Торкин Гиит, я поливал бы своей кровью траву в
Встань, мальчик. Дай мне на тебя посмотреть. Едва Лорис увидел прайм-офицера, его тревога исчезла, уступив место живому любопытству. К тому же короля всегда забавляло, когда Меркуд начинал волноваться… а сейчас лекарь чувствовал себя слегка неуютно.
— Ну что, Меркуд? Сколько было разговоров… И вот он здесь, жив и здоров.
— Что тут произошло? Как вы оба здесь оказались? Казалось, лекарю не важны ответы: он спрашивал и спрашивал.
— Кай… ой… уважаемый прайм-офицер предложил мне ехать с ним в Тал. Сначала я отказался, но потом передумал, догнал его и… э-э-э… мне пришлось вмешаться…
Тор пытался перебороть смущение. Меркуд не может открыть, что следил за его передвижениями при помощи волшебства — по крайней мере, при этих людях. Но позже учитель потребует с ученика объяснений.
Король застонал:
— Какая разница, Меркуд? Он здесь, прайм-офицер здесь, оба живы…
В этот миг Клут вернулся на плечо Тора. Как будто не мог выбрать более удачного момента!..
— А птица? — тут же спросил лекарь.
— Лучший охотничий сокол во всём Таллиноре, почтенный Меркуд! — вмешался Кайрус. — Мальчик у меня на глазах выиграл её в хари — мы как раз сидели в «Пустом кубке». Такая удача… Все, кто там сидел, чуть не умерли от зависти. Здорово ты их сделал, Тор!
— Ещё бы! — юноша чувствовал себя утопающим, которому неожиданно кинули верёвку. — Это было как раз перед отъездом. Самое смешное, я не представлял, что делать с этой птицей… но мы друг другу понравились, — он с нежностью почесал соколу шейку. — Я вообще не знаю, зачем тогда стал играть.
Он уже почувствовал прилив вдохновения и врал с совершенно невозмутимым видом.
— Пить надо было меньше, парень! — Кайрус рассмеялся, а вслед за ним и король. — Но как ты играл! Ох! Это надо было видеть.
— Хари — это очень увлекательно, — сказал Лорис, с наслаждением глядя, как у Меркуда от гнева топорщатся усы. — Но тебе лучше забыть об азартных играх и сосредоточиться на учёбе.
— Я так и сделаю, Ваше величество. Обещаю.
— Отлично, — лицо Лориса мгновенно стало строгим. — Как ты себя чувствуешь, Кайрус? Расскажешь мне про своё таинственное исчезновение?
— Конечно, государь. Только давайте присядем.
Кайрус кивнул в сторону ближайшего дуба и первым опустился на толстый корень. Офицеру не понадобилось много времени, чтобы рассказать обо всём, что произошло — начиная с расправы над Клутом на рыночной площади. Тор отметил что Кайрус был осторожен и не упоминал имён. А когда офицер как бы невзначай бросил, что пропавшего калеку видели у городских ворот, едва передвигающим ноги, юноша преисполнился благодарности.
— Боюсь, он умер, не пройдя и лиги, — смело добавил он.