Преддверие Ада
Шрифт:
Я не собирался устраивать всякие прелюдия. Надо было все сказать прямо и четко. Однако я все не знал с каких же слов мне начать разоблачение.
– Молодец, Гитарист, - сказал я и похлопал в ладоши.
Все смотрели на меня, как истуканы, хлопая глазами и чеша головы. Лишь Увал улыбнулся и уселся поудобнее, видимо понимая, что присутствует при весьма интересном разговоре.
– Так ненавязчиво, элегантно, - усмехнулся я и посмотрел на ошарашенное лицо Гитариста.
– И какая же цель у тебя? Или ты ее не знаешь?
Нет. Все же без прелюдий не вышло.
–
– удивленно спросил Гитарист.
– Бредит, Подводник, - предположил Видик.
– От сна не отошел.
После последней фразы Видика я от души рассмеялся. Нет. Все же получается по-китайски. Еще и психом себя выставляю.
– Не-ет!
– продолжил я.
– У агентов есть конкретная цель.
– Подводник, не говори загадками, - засуетился Гитарист.
– Я, ведь, обманул тебя тогда, - не скрывая злорадства заявил я.
– Документы-то я еще в баре из папки извлек. А тебе отдал лишь папку. Пластик, обложку… Называй как хочешь. Так что я про тебя все знаю.
– Что знаешь? Ведь я…
– Ведь я, ведь я! Где, говоришь, все-таки тату сделал?
– Не помню, - на полном серьезе ответил Гитарист.
– А что?
– Ты сам-то себя слышишь? Сам же сказал - недавно сделали. А где - не помнишь? Память короткая?
Гитарист непонимающе хлопал глазами, то и дело переглядываясь с другими сталкерами. Альпинист оценивающим взглядом посмотрел сперва на меня, потом на Гитариста, и только усмехнулся. А я сидел и ждал, каким же образом Гитарист себя проявит. Попытается оправдаться или сделает что-то другое? Но он не стал никак оправдываться, более того - попросил меня продолжить.
Но такое поведение еще не означало, что Гитарист ничего не знал о своем задании, ведь оно могло просто являться защитной реакцией. Но терять зря время я не собирался. Так можно было договориться и до вечера. Достав из рюкзака документы и процитировал раздел "агенты". Все, включая Гитариста, слушали очень внимательно, буквально затаив дыхание.
– Ведь ты не с Дикой Территории попал в 86-й, - решил добить я Гитариста.
– На Янтаре ты попался под "выжигатель", а потом последовал за нами в аномалию. Так?
– Какой 86-й?
– удивленно спросил Увал.
– По… Что? Подводник, - начал Гитарист.
– Какой агент? Ты что? Я… я…
– Мы шли по дороге - на дороге и оказались, на том же месте, только много лет назад. А ты каким-то чудом телепортировался к воротам?
Гитарист закатал рукав и судорожно стал разглядывать черную метку. Однако так и не проронил ни слова. Да и что тут скажешь? Ничего.
– И документы ты с таким рвением пытался сжечь, что б не узнал никто, - мой голос сам собой наполнялся какой-то странной ненавистью.
– Даже под прицел автомата меня взял.
– Что-что сделал?
– переспросил Альпинист.
– Гитарист, о чем это он?
Но ни ответа не последовало. Гитарист спрятал лицо за ладонями и встал на ноги. Не каждый день узнаешь, что ты секретный шпион, а точнее - машина, исполняющая то, на что запрограммирована. А может даже и не машина, а намного хуже, ведь неясны цели до конца. Может,
Но неожиданно я засомневался. Нет, не на счет правдивости написанного, а о том, правильно ли я сделал, что так жестко обошелся с парнем? Я сперва мучил его загадками и намеками, а потом ударил в лоб. Каково же ему было в этот момент? Почему же человек сначала делает, а потом думает? Или же я просто искал оправдание своему поступку, равняясь на человечество?
Гитарист, понуро опустив голову, стоял минуты две и молчал, но никто не мешал ему, никто не торопил. Однако он и сам не собирался долго держать молчание.
– Вы отпустите меня?
– с надеждой в голосе спросил он.
Такой вопрос обескуражил просто всех. Мы ожидали чего угодно, но только не этого. Так наивно. Но, кажется, кто-то все же решил мне напомнить о том, что должно произойти. Видик подошел ко мне сзади и тихо прошептал:
– Надеюсь, ты понимаешь, что отпускать его нельзя? Остается лишь убить…
– Я это сделаю, - шепнул я в ответ.
– Ты же не убивал никого, - возразил Видик, но я отступать был не намерен.
– Он хотел меня убить, там, в стороне бара, - отрезал я и встал на ноги.
– Мы тебя отпускаем, Гитарист, но я хочу проводить тебя…
Зачем я это сказал? Я, ведь, не был зол на Гитариста за тот случай. Может, мне захотелось крови? На подсознательном уровне. Или я просто хотел, чтобы события от части зависели от меня?
– Скинь оружие сначала, - грозно скомандовал Увал.
Сталкер кинул на землю "Обокан" и пистолет "Форт", после чего демонстративно зашагал не в сторону дороги, а в сторону дальних кустов, что говорило о том, что парень не тешит себя иллюзиями по поводу своей судьбы. С одной стороны это было хорошо, а с другой… Я подобрал "форт" с земли, но тут же встретился с непонимающими взглядами.
– Пусть человек умрет от собственного оружия, - сказал я и снял пистолет с предохранителя.
Гитарист уже ждал меня за кустами. Но был повернут он ко мне спиной… и на коленях. Бедный Гитарист. Он догадывался о том, что я должен был сделать. Хотя, каждый бы из нас догадался. А теперь сталкер просто закрыл глаза и ждал своей неминуемой гибели. Тяжелое предсмертное дыхание, наполненное страхом, когда холодный ствол скользнул по шее, внезапно поколебал мою решимость. А так не вовремя. Хотя, прислушавшись к себе, можно было понять, что решимость тут не причем. Мне просто было жалко парня… И в конце концов, я ведь не убийца.
– Вставай, Гитарист, - скомандовал я.
– Не гоже сталкеру стоять на коленях.
– Не хочу лицо при падении изуродовать, - дрожащим голосом произнес тот в ответ.
– Какая разница как умереть?
– Вот тебе, Гитарист, твой пистолет, - сказал я и протянул оружие сталкеру.
Тот несмело глянул через плечо сперва на "форт", потом на меня. Во взгляде было больше печали, нежели радости. Взяв пистолет в руки он приставил его к своему виску.
– Ты не понял, Гитарист, - сказал я, отводя оружие в сторону.
– Уходи.