Предел
Шрифт:
«Кто бы это мог быть?» — подумал он, открывая. За дверью не было никого. Он хотел закрыть ее, и тут услышал тонкий голосок, идущий откуда-то снизу. Не успел он сообразить, что происходит, как почувствовал холодное прикосновение металла к запястью руки и услышал металлический звук. Попятился, захлопывая дверь, но прежде чем она замкнулась, в комнату вползло нечто, по форме и размеру напоминающее футбольный мяч на тонких паучьих ножках. Запястье Снеера было охвачено металлическим браслетом, соединенным тонкой цепочкой с этим странным творением. Только теперь до сознания
— Вы — задержаны. Прошу — подчиниться. Прошу — слушаться — распоряжений. Неподчинение — будет — наказано — электрошоком.
— Что за дьявольщина! — проворчал Снеер, пытаясь освободиться от браслета, но тут же получил предупредительный электрический удар и сразу же отказался от своего намерения.
— Я — арестомат — служебный — номер — ноль — ноль — один, — продолжал робот писклявым, прерывистым голоском. — Я — новая — форма — задержания — подозреваемого — до — времени — отдачи — приказа — об — аресте. Я — не — ограничиваю — свободу — задержанного — а — лишь — не — позволяю — укрыться — от — следственных — органов.
— Значит, я могу отсюда выйти? — Снеер глядел на робота, лихорадочно соображая, как поступить дальше.
«Какая-то адова модель. Ну и денек, черт побери. Чего им от меня надо?»
— Конечно — но — вместе — со — мной, — ответил робот.
Снеер взял куртку, перекинул ее через плечо и направился к двери. Арестомат, словно пес на поводке, последовал за ним на своих восьми паучьих ножках. Он шел вполне нормально и не затруднял движений задержанного.
«Каким чудом они отыскали меня? — подумал Снеер, выходя из кабины. — Неужели… О, дьявольщина, сейчас!» — Эй ты, легавый на спицах, или как там тебя! — Снеер не выбирал слов. Никто ведь не может его обвинить в оскорблении представителя власти в образе этого уродца. — Кого ты должен был задержать?
— Гражданина — Карла — Прона, — выговорил арестомат.
Снеер облегченно вздохнул:
— Тогда пусти меня. Я не Прон.
— Номер — комнаты — совпадает. Прошу — ввести — свой — Ключ — в — мое — контрольное — отверстие.
Снеер быстро вынул Ключ из кармана.
— Этот — Ключ — недействителен, — отметил робот.
— Но ведь на нем закодирован мой учетный номер. Мой, а не твоего Прона.
— На — такой — случай — у — меня — нет — инструкций. Прошу — следовать — за — мной — в — центр.
Снеер уже чувствовал, что эту скотину не переиграть. А время поджимало. Он оценил на глаз длину цепочки. В ней было метра полтора.
«Что бы я ни сделал, они не смогут обвинить меня. Прона тоже, потому что его здесь не было», — подумал он.
Он спустился лифтом вниз и боковыми улицами двинулся к Станции Тестов, где должен был встретиться с сегодняшним клиентом. Немногочисленные в эту пору дня прохожие, странно улыбаясь, оглядывались на него. Арестомат трусил у ноги. Какой-то ребенок объяснил матери:
— Мама, видишь, сумасшедший ведет робота на поводке!
Снеер уже знал, как поступить. Он медленно спустился по лестнице на перрон подземки. Там было пусто. Информационная таблица показывала, что ближайший поезд будет через три минуты. Снеер со своим электронным
Через три минуты только метр цепочки свисал у него с запястья. Он надел курточку как следует, ради безопасности пробежал несколько улочек и только потом пошел на станцию обслуживания машин и попросил кусачки. Теперь лишь выполненный со вкусом браслет украшал его правое запястье. Цепочка была не слишком солидная. Конструкторы рассчитывали на электрошоки. Рейзеры же специализировались на том, чтобы перехитрять конструкторов.
С Филином они встретились у Станции Тестов.
Парень был бледный и растерянный. Снеер дал ему последние указания, и Филип прошел в Станцию.
Не дожидаясь его, чтобы получить остаток гонорара (недействующий Ключ не позволял переписать пункты), Снеер направился к площади Астронавтов. Тамошней Станции он не знал, никогда в ней не работал, а перезапись своего Ключа обычно проводил в центре города.
Перед зданием крутилось — как обычно в таких местах — множество удивительнейших типов. Осведомители и комбинаторы, примерно в равном отношении, прекрасно сосуществующие и не перебегающие друг другу дороги. Пока ничего не происходило. Мелкие колорчейнджеры [5] , чекеры, кимейкеры.
5
От colour (цвет) и change (перемена) (англ.) — менялы пунктов.
Мимо него проходил детина.
— Двенадцать красных за один желтый! — бросил он хрипло.
— За такую цену сам бы купил, — буркнул Снеер, не поворачивая головы. Он знал, что последнее время желтые шли по пятнадцать красных.
— За сто зеленых сделаю «четыре на три» с гарантией. Новый метод! — заверял какой-то чекеришко, не отрывая глаз от столба с объявлениями. Сам он выглядел не больше чем на пятерку.
— Ключик уважаемому? Четверочка, троечка? Отличная работа, подгоним под любой пальчик. Дешевле некуда, — нагло рекламировал свой товар какой-то кимейкер. — А может, отмычечку для винных автоматов?
— Снеер? — полувопросительно шепнул парень в бирюзовой ветровке.
— Да, — Снеер поднял глаза и замедлил шаги.
— От Прона? Хочешь удержать свою четверку, да?
Тот же покровительственный тон и чувство превосходства, которые Снеер так часто демонстрировал при встречах с клиентами.
— Сделаем, — продолжал бирюзовый. — Будь спок!
Снеер поморщился.
«Надо же, до чего докатился: быть клиентом такой вонючки», — подумал он, но тут же вымученно улыбнулся:
— Сколько?
— Пятьсот желтых. Или три куска зеленых.
— Ты что, рехнулся? — буркнул Снеер, но тут же добавил: — Дружок.
— Таков тариф. А что — не подходит?
— Какой у тебя разряд?
— Честная четверка. Ни на полразряда выше.
— У меня нуль, ясно? А за «три на два» я беру сто пятьдесят.
— Но я-то делаю «ноль на четыре». Тоже нелегко. Если кому-то нужна формальная четверка, без меня не обойтись. Твоему нулю тут нуль цена, хе-хе! А я даже под гипнозом не буду лучше чем на четверку!