Предок

Сеймон Норман

–  Эй!
– тут же откликнулись снизу воины, которые тщетно разыскивали тех, кого им полагалось заменить.
– Вы, что, наверх забрались?!

–  Ага!
– отозвался Канни и лениво швырнул вниз камешек, удачно звякнувший о чей-то доспех.
– Залезай!

–  Идти-то мы можем, да только как?
– заметил Килк.
– Рогатые тут все запрудили… По головам разве что?
– А не обидятся?
– качнул головой Шогга.
– Как навалятся разом… - Придется проверить. Но, вроде бы, они бессловесные… - Хватит шутить!
– негодовали снизу.
– Кто там?!

Не удостаивая их ответом, троица забралась на плечи ближайших карликов, попадавших

от такого обращения на колени, и принялась осторожно карабкаться по рогатым шлемам. Двигаться так было чрезвычайно неудобно, тем более что на Горы опустилась полная темнота. Потратив немало сил и времени, они наконец скатились со скал и почти бегом отправились в долину.
– Хорошо бы они нас дождались, - мечтал Шогга.
– И ужин чтоб оставили.
– Ну да, - не поверил Канни.
– Чтобы Локки да оставил? Как бы не так.
– Может, он теперь меньше съест. Все-таки раненый…

–  Так у него нога сломана, а не зубы!
– засмеялся Канни.
– Хочешь - давай поспорим на этот меч, он мне все равно не нужен.
– Мне тоже, - отмахнулся его приятель.

–  Ну, и напрасно.
– Килк решил поделиться опытом.
– Очень хорошая штука, если придется людей рубить. А вам как раз придется, если хотите в Степь прорываться.

–  Мечом?
– взвесил Канни на руке оружие.
– Легковат. Вот топор - это дело, а меч… Это они от лени их таскают. Латорги вот тоже - привыкли все оружие на конях возить. У них у каждого и меч, и лук, и топорик… Легкий, правда, таким дерево-то, наверное, не срубишь. Ножи всякие… Но в бою-то пользуешься чем-то одним, верно? А от этого меча толку не больше, чем вот от копья твоего.

–  Давай-ка попробуем!
– не упустил случая обидеться Килк.
– Давай попробуем, как ты против моего копья топором справишься!

–  Хватит на сегодня раненых!
– развел их Шогга.
– У каждого свое оружие. Извини, степняк, но для тебя топор тяжел, ты им два раза махнешь и выдохнешься. А вот Локки может целый день им, точно перышком, размахивать.

–  Уже не может, - мрачно заметил Килк, но спор прекратил.
– Вы все-таки решили идти? Бросите нас?

–  А как бы ты поступил? У нас там, в Лесу, дети и жены, и мать у меня. А у Канни -племянница-сирота… Все без нас у чужих людей попрошайничают. Ты бы разве не вернулся?

–  Детей у меня нет, - ответил Килк, немного помолчав.
– Мать давно померла, сороконожка ее во сне куснула… А из племени я ушел вместе со всеми мужчинами, когда пришел из Песчаных Пещер Туу-Пси и позвал нас в Великий Поход. Мы их оставили, женщин, но, конечно, хотели вернуться, когда Армия победит и всех распустят по домам. Туу-Пси сказал, что надо разорить Смертельные Земли, засыпать реку, вырубить деревья, перебить там всех насекомых… Нас собралось очень много - все мужчины Степи пошли с ним, кроме, разве что, таких дикарей, как Пожиратели Гусениц. Нам казалось, что мы сможем это сделать… А потом… Я даже не понимаю, как я выжил. Когда Туу-Пси наконец приказал отступить, нас осталось так мало… И все стали убегать. Это называется дезертировать. Я тоже стал дезертиром, мы ушли целым отрядом. Шли по Степи и видели племена из одних только женщин, и знали, что никто из охотников к ним, скорее всего, не вернется… А значит, такое стойбище скоро погибнет.
– Вот, верно, здорово!
– восхитился Канни.
– Приходишь в любое племя - и все женщины твои!

–  Да, но… Туу-Пси поклялся убить всех дезертиров, он шел по Степи со своим последним отрядом, выслеживал их и убивал… Туу-Пси - великий колдун. Был… И поэтому

нельзя было нигде оставаться. И расходиться было нельзя, вот мы и шли отрядом, решили осесть в одном племени всем вместе. А из своего стойбища я один вернулся… И Тэг один… Вот мы и не пошли к своим.
– Теперь они погибнут?
– вздохнул Шогга.
– Вся твоя родня?

–  Думаю, уже погибли, - кивнул Килк.
– Ведь много потом всего случилось… Смертоносцам не понравилось, что мы походы устраиваем, они привели свою Армию в Степь… Скорее всего, большинство племен они перебили. Если попадете в Степь - до самого Леса, может быть, никого не встретите. Если, конечно, не свернете к Песчаным Пещерам - но туда вам лучше не ходить.
– Там живут страшные колдуны?
– хохотнул Канни.

–  Да, - серьезно ответил степняк.
– Питти был там и привел оттуда Лолу. Девочка может делать так, что смертоносцы не видят людей. Все Пси так умеют делать. То есть, глазами-то они их видят, но ночью, например, не чувствуют. Мы так проезжали прямо под их шарами, вместе с латоргами. А если бы Пси не умели так делать, то никакого Великого Похода не получилось бы, нас перебили бы патрули смертоносцев. И сейчас их в Степи полно… Куда вы идете одни? Погибнете.

–  Вот ты куда загибаешь, - нахмурился Шогга.
– Нет уж, мы чего решили - сделаем. Ну, а погибнем - судьба такая… Смотрите, огонь! Где-то недалеко они устроились!

–  Разве Локки далеко утащишь?
– опять развеселился Канни.
– Вот сейчас и увидим, что он нам ничего не оставил. А все-таки хорошо, что еще одну ночь проведем спокойно…

Они замолчали, до предела ускорив шаг. В абсолютной тишине безветренной горной ночи далеко разносилось их дыхание, позвякивание оружия. Они шли по, может быть, единственному месту на планете, где в темноте не приходилось опасаться нападения насекомых. Все крылатые твари улетели за Горы, торопясь при солнечном свете проскочить холодные потоки воздуха, и теперь луга стали царством зверей - вкусных, безобидных кроликов. Что бы ни говорили охотники из племени Оленей, а больше всего им хотелось бы проснуться и увидеть свои семьи уже здесь.

Глава 6

Разбудил шамана неслышно подошедший Бияш. Когда Питти продрал глаза, мутант бережно стирал со шлема остатки земли, выглядел он при этом раздраженно.
– Кто тебе разрешил этим пользоваться?

–  Я, наверное, не должен отвечать на этот вопрос?
– Питти зевнул и с укором посмотрел на Урму, не предупредившую его о появлении раннего гостя. Восьмилапка не пошевелилась, сидевший в траве, поджав лапы, Кеджлис тоже.
– Видишь ли, ты почему-то поставил своих слуг не у самой Кабаньей Головы, а чуть в стороне… Это неправильно, ведь по настоящему держать оборону они могут только там, на обрыве, потому что…

–  Не трудись объяснять, - попросил его Бияш.
– Если бы ты подумал как следует, то сам бы все понял. Мои слуги - не вполне люди, они не умеют некоторых вещей… Например, заботиться о себе.

Отряд, стоящий у скал, должен был лишь предупредить нас. При этом погибнув. Ты же отправил в снега всех… Зачем тебе понадобились все? Карлики стояли там всю ночь, и теперь половина из них погибли. Они замерзли, шаман.

–  Откуда мне было знать?
– поперхнулся от такой новости Питти.
– Я… Я ведь не умею ими командовать, а ты куда-то запропал! В конце концов, а как еще я должен был оборонять Кабанью Голову?!