Предок
Шрифт:
Все пятеро быстро шли по перевалу, удалясь от стоянки латников из шестой когорты. Из разговоров воинов было понятно, что где-то у Кабаньей Головы оставлен сильный пост, который должен отлавливать убийц смертоносцев, если таковые попробуют прорваться. Узнали они и о судьбе Пожирателей Гусениц. Пленных заставили хорошенько избить друг друга, а потом отправили вниз, к Повелителю Армии.
На перевале не оказалось ни одного костра, что очень обрадовало Питти - на самом деле он прекрасно понимал, что теперь караулы будут настороже и еще раз так же легко миновать несколько постов у них не получится. Быстрым шагом, подгоняя зевающего
– Ты думаешь, никто из них не выжил?
– вдруг спросила Элоиз, имея в виду латоргов и Оленей.
– Обязательно кто-то выжил, - успокоил ее шаман.
– И уже сейчас, спеленутый, лежит перед Повелителем Армии. Не думай об этом. Но, если хочешь, я могу спросить духов, только потом, когда будет для этого время. А теперь тише, мы пришли.
Они немного постояли молча внизу, стараясь рассмотреть что-нибудь. Светлый от снега склон с темными пятнами нагретых солнцем камней казался совершенно необитаемым. Питти, взяв в зубы любимый нож, осторожно стал карабкаться, знаком приказав остальным подождать. Привычно поморозив пальцы, он ловко забрался на самый верх, при этом несколько раз остановившись, чтобы прислушаться. Нет, никого, никто не ждет его, сжимая меч, - засаду выдало бы дыхание. Стараясь не скрипеть снегом, Питти выбрался на тропу. Ни единого звука, кроме посвистывания ветра в скалах. Шаман вдруг испугался, что позабыл отдать, как собирался, попугая Элоиз и повертел головой. Нет, плечи пусты, откуда же тогда беспокойство?.. И тут он услышал короткое звяканье. Далеко, может быть, у самой Кабаньей Головы. Странно, почему они решили ждать там, а не здесь, на склоне?
Решив отложить размышления на потом, он чуть крадучись, но быстро двинулся по тропе. И тут же что-то обхватило его ногу, с силой дернув вверх. Питти вмиг обнаружил себя подвешенным вниз головой, к счастью не разжав зубы. От неожиданности шаман задергался, и каждое его движение сопровождалось громким звоном. Сообразив, что угодил в самую обычную ловушку, Питти уже слышал крики врагов.
Перехватив нож в правую руку, он изогнулся и ухватился левой за веревку. Это оказалась паутина, и даже липкая, но - слава духам!
– подмерзшая.
Хоть в чем-то повезло, иначе бы ни за что не освободиться. Караульные уже бежали, их шаги гулко отдавались в стенах. Питти ожесточенно заработал ножом - паутину разрезать не так уж и просто, если надо сделать это мгновенно. Наконец он тяжело рухнул прямо на хребет, где-то рядом опять раздался звон. Как все просто! Ловушка, как на зверей, только еще проще. Морщась от боли, перекатился на живот, увидел, что упал на высыпавшиеся из колчана стрелы. Придется оставить… Вот уже он, обрыв - успел.
Но нет. Выбежавший воин прыгнул на Питти так, будто имел в запасе еще одну жизнь -растопырив в полете голые руки. Шаман откатился, заботливо подставив воину нож, но того, наверное, и правда хранили духи: сталь звякнула о сталь, лезвие застряло в хитрой пряжке ремня. Еще не вполне оправившись от падения, шаман не в состоянии был ввязываться в драку, но не мог он и оставить нож. Это старое, верное оружие и без того не раз на него сердилось.
Латники выбегали один за другим, целясь в Питти из луков, замахиваясь мечами. Еще раз рванув к себе руку, Белка почувствовал, как воин еще и вцепился в нее. Мелькнуло улыбающееся лицо: поймал! Питти едва не застонал от такого
Они беспорядочно кувыркались по склону, но Питти все-таки ухитрялся разбираться, где верх, а где низ. У воина не было на это времени, он отчаянно кричал, и замолчал только внизу, когда шаман крепко припечатал его своим телом к утоптанному снегу.
– Ты жив?
– Эль и Клас подскочили с двух сторон, замахиваясь копьями.
– Жив, - прохрипел Питти, разбивший лицо о кирасу воина.
– К ножу вот что-то прилипло… Отодрать не могу.
– Эрик!
– закричали сверху.
– Ты жив, Эрик?!
– А ведь тоже жив, - изумился Питти, отняв наконец оружие от упрямой пряжки.
– Глаза открыл… Сейчас исправим.
– Не надо!
– вдруг попросил Эль.
– Они Пожирателей не убили… Давай и мы его не убьем. Все-таки сородичи наши с Класом. Питти целое мгновение задумчиво смотрел на Эля, потом, несколько меньше, - на его брата.
– Эрик! Держись, мы идем, Эрик!
– Сверху посыпался снег.
Дорни завыл и бросился удирать, за ним, часто оглядываясь, быстро пошла Элоиз. Воин молча смотрел на острие ножа, рот его немного приоткрылся. Возможно, он и собирался что-то сказать, но слушать его было некогда.
– Ладно, пусть живет, он тоже шаман, наверное, - решился Питти, вскочил и побежал по перевалу.
– Только пахнет от него почему-то плохо!
Глава 12
Клаудия забралась на Рондо и уткнулась лицом в спину Эмилио. Все латорги застыли в молчании, остановив коней вокруг умирающего Лоиса. Жеребец всхрапывал, лежа на боку, губы его совсем скрылись под толстым слоем пены. Еще дважды раздулись могучие бока, а потом дыхание остановилось.
– Прощай, верный конь, ты недолго будешь голоден, - произнес Эмилио ритуальную фразу за Клаудию.
– Всем спешиться, привал.
После смерти Лоиса у них осталось только пять лошадей. Три коня погибли в короткой стычке со смертоносцами, еще один упал на всем скаку, истыканный стрелами, и поломал ноги. Всадник успел перерезать ему артерию, прежде чем сам повалился под ударами воинов. А потом была бешеная скачка по долинам, реку переплыли сходу, опять гнали коней по Степи. Лоис долго бежал с тремя стрелами в боку, очень долго - никто не верил, что он выдержит столько. Но конь вынес хозяйку.
Шогга, с трудом волоча ноги, подошел к Локки и рухнул рядом с ним на траву. Бедняга Таффо постанывал совсем рядом, но повернуть к нему голову не было сил. Скачка отбила, казалось, все, превратило внутренности в месиво, а зад и промежность - в сплошные мозоли. По дороге в Монастырь так не было… Человек из племени Оленей закрыл глаза и снова оказался на лугах долины. Он сидел за спиной совсем юного латорга, почти мальчика. Эмилио скомандовал атаку, и они понеслись. Шогга едва соображал, что происходит: удар Небесного Гнева заставил его сжаться, он едва мог дышать. Но смертоносцев Шогга видел - много, очень много Восьмилапых противников. Эмилио повел отряд мимо них, в клубящееся облако пыли, однако несколько пауков бросились наперерез.
– Руби их!
– завопил, почти завизжал командир.