Представитель
Шрифт:
Литвинов кивнул и сделал себе пометку в блокноте. Следующий докладчиком оказался Лаврентий Павлович.
— По достоверной информации Муссолини готовится перебросить в Испанию еще две дивизии. Франкисты затягивают переговоры, потому что ждут этого подкрепления. Если войска Италии доберутся до них, то переговорный процесс можно считать сорванным. Да и перелом в войне в этой стране возможен не в нашу пользу.
— Необходимо сорвать переброску этих войск любой ценой, — тут же отреагировал на новость Сталин. И посмотрел на Георгия Константиновича. — Товарищ Жуков — под вашу ответственность.
Впервые
Дальше отчеты были уже «рутинными» и столь важных новостей в них не было. Покидал Ставку я в смятенных чувствах. Вскоре должен был наступить перелом, это витало в воздухе. Или у нас все удастся, или… о втором думать не хотелось.
Отбросив негативные мысли, я приободрился — сейчас меня уже ждут дома. Люда обещала приготовить яблочный пирог в связи с праздником — Октябрьской революцией. Поэтому я выбросил лишние мысли из головы и с предвкушением сел в служебный автомобиль. Надо еще в магазины заехать, прикупить детям подарки. Хорошо все же, что я сейчас не в командировке на фронте, а дома.
Жуков был воодушевлен и нервничал одновременно. Он давно хотел проявить себя. Показать, что может командовать большими операциями. Получить свою собственную победу. К сожалению, на западном фронте проявить себя не получалось. Семен Михайлович оставлял его «за себя» только в моменты затишья. Самому же в такое время повести людей в атаку, зацепиться за «гиблый город», как стали именовать среди бойцов Бреслау, не давал Тухачевский. А спорить генералу с маршалом в боевой обстановке — себе дороже. Очень легко под трибунал попасть и никакие связи не спасут.
В итоге Георгий Константинович набрался решимости и подошел к товарищу Сталину лично. А то Климент Ефремович хоть и обещал посодействовать, но что-то никак свое обещание выполнить не спешит. Уже и разговоры о завершении войны пошли. Что надо подводить врага к мысли закончить конфликт. Где тогда свою победу искать?
Товарищ Сталин не отказал, а тут и повод блестящий подвернулся — сорвать переброску вражеских войск! Если. нет, когда он это выполнит, то его больше за глаза не смогут называть «паркетным генералом»!
К порученному делу Жуков подошел со всей основательностью. Изучил сведения, которые добыли разведчики Берии. Зазор выдвижения итальянцев на Испанский фронт был довольно большой — неделя. Тут точно не подгадаешь, когда их корабли выйдут из портов. Точка высадки тоже неизвестна, а до ближайшей возможной даты выдвижения всего три дня осталось! Слишком
Первым, к кому обратился за организацией операции Жуков, был генерал Захаров. Если кто и сможет помочь в успешном десантировании, то только командующий новым видом войск, уже снискавших себе славу в иранской операции. Дальше пришлось искать выход на разработчиков новейшего самолета «уничтожителя флотов», как его прозвали в шутку в Ставке. И последний «штрих» — наладить взаимодействие с испанцами, чтобы те помогли в размещении войск. По плану Георгия Константиновича, это будет самая грандиозная «засада», добычей которой станет целая армия! Масштаб генералу нравился и будоражил кровь.
Проще всего выйти на испанцев было или через наркоминдел, или даже через Коминтерн. Но дипломатов привлекать Жуков не хотел, справедливо считая, что к ним направлен повышенный интерес всех спецслужб мира. Официальные шпионы, как никак. А вот Коминтерн… Да, с этими ребятами можно было не переживать об утечке информации. Вот только чтобы на них выйти, требовалось договориться с Огневым, куратором Информбюро. Но этого молодого пацана Жуков недолюбливал. Слишком он наглый и за словом в карман не лезет. Перечит постоянно. Идти к нему на поклон не хотелось категорически. Но ведь в его ведомстве есть и другие люди? Пусть рангом «пониже», но вполне способные дать нужный контакт в Испании. Заодно и щелкнуть по носу мальца можно будет — показать, что плохо он свои кадры контролирует.
Последний виток борьбы за Испанию, с которой и начался глобальный передел мира, вошел в решающую стадию. Но пока об этом еще никто не знал, предполагая, что война в ней затянется еще надолго.
Глава 24
Ноябрь 1938 — март 1939 года
— Команданте Жуков, радировали о выходе итальянских фашистов из порта, — подбежал к Георгию Константиновичу испанский товарищ по Коминтерну.
— Отлично, — кивнул долгожданной новости генерал.
Суматошная подготовка не прошла зря. Пусть итальянцы выдвинули свои силы не через три дня, а через четыре — это все равно очень быстро. Спешат, как могут. Но и сам Жуков использовал дополнительные сутки с пользой. Наладил взаимодействие с испанским народным фронтом, благодаря чему сразу получил данные о выходе противника. Наладил связь с самолетами, на борту которых находились «комарики». Успел подтянуть разведывательную авиацию. Именно она сейчас должна определить район, к которому ориентировочно будет подходить десантный флот Муссолини. По пехоте — удалось перебросить три полка, что на самом деле очень много для той спешки, в которой все затевалось. Хотя против двух дивизий, что подготовили итальянцы, этого совершенно недостаточно. Но Георгий Константинович не собирался воевать против полного состава дивизий, намереваясь его как можно сильнее сократить, пока тот еще в трюмах кораблей.