Представитель
Шрифт:
— Поднимайте «ласточек», — скомандовал своему начштаба Жуков. — Пускай «дрозды» прогревают двигатели. Мы начинаем!
«Ну вот и все, — мысленно выдохнул генерал. — Теперь или грудь в крестах или голова в кустах».
Корабли итальянцев вышли поздно вечером, чтобы прибыть к испанскому берегу под утро. Расчет королевских сил Италии был прост — подойти в «час быка» и высадить десант. После чего корабли отойдут от берега, а солдаты займут ближайший город, находящийся под контролем франкистов. Сопротивления в этот момент они не ожидали. Вот только не сложился у итальянцев план. Города на побережье Испании преимущественно были небольшие, а у гражданской войны свои законы, из-за чего почти рядом с каждым «франкистским» городком был подконтрольный народному
«Ласточки» обнаружили корабли на подходе, тут же передав координаты в штаб Жукова. Следом последовала команда на вылет «дроздов». Два самолета, спешно переброшенные с северного фронта. Каждый из них мог сделать три вылета для поражения цели — такой был боекомплект ракет на земле. Увы, пока они могли нести лишь по одной ракете.
Но если часть кораблей прорвется к береговой линии — тут их ждал еще один сюрприз. Несколько контейнеров с переделанными под неподвижную огневую точку «колокольчиками» внутри, названные поэтично — «одуванчики». Каждый залп при удачном попадании способен как метлой, смести все с верхних палуб любого судна. А мелкие суда и вовсе потопить. Итальянцев ждала жаркая встреча.
— «Дрозды» взлетели, — доложил Жукову радист.
— «Одуванчики» на позиции, — последовал следующий доклад.
— Атаковать по готовности, — тут же скомандовал Георгий Константинович. — Не дайте им подойти к берегу!
Атака «дроздов» была очень результативной, выведя из строя сразу два корабля врага. Причем не мелкие «эсминцы», а адмиральский линкор и переделанный в десантный корабль сухогруз. Итальянцы или не учли японский опыт, или, что скорее всего, не ожидали появления здесь русских «уничтожителей флотов». После этого оставшиеся корабли стали расползаться в стороны, как тараканы, но при этом упрямо идти к берегу. Иного варианта у них не оставалось. Но и здесь по мере приближения их встречали «одуванчики». Потопить крупные суда они не могли, зато и ответного огня благодаря снесенным верхним палубам не было. Остатки итальянского флота встречали уже полки пехоты, кинжальным огнем из пулеметов не давая совершить высадку. Операция Муссолини не только была сорвана, но как позже выяснилось, и сам диктатор был убит.
— Как убит? — с недоумением посмотрел Хосе Маньядо на разбудившего его адъютанта.
— Высадка итальянских войск сорвана силами СССР. Экселенц Муссолини решил лично возглавить эти силы и погиб при ударе советских «уничтожителей».
Да, Хосе знал о желании Бенито Муссолини прибыть сюда, в Испанию. Была даже тайная договоренность об объединении двух стран, как сделали Германия с Австрией. Муссолини должен был занять место погибшего Франко, стать флагом для всех противников коммунизма в их стране. И тут — снова потеря лидера. Словно сам бог отвернулся от их идей, раз за разом посылая им знак в виде смерти лидеров национального движения.
— Это… — не мог подобрать слов Маньядо, — стоит обдумать.
Но не только на начальника штаба франкистов произвела впечатление новость о смерти итальянского лидера. На своей родине, в Италии, о ней узнали даже раньше, и король Виктор Эммануил III тут же воспользовался этим, чтобы вернуть себе реальную власть над страной. Несколько преданных сторонников Муссолини были отправлены в отставку, как «не оправдавшие ожиданий» и «ведущие слишком авантюрную политику, способную уничтожить страну». Их место заняли более лояльные королю люди. Следующим шагом король Италии связался с посольством СССР с просьбой поспособствовать беспрепятственному возвращению итальянских солдат из Испании домой. Также король выступил перед нацией, заявив, что Бенито Муссолини стал жертвой своей неумеренной жадности и жаждой воевать, ввязавшись в ненужный для Италии конфликт. Солдаты, прошедшие войну в Эфиопии, по словам короля даже не получили
— Война в Испании — не наша война, — вещал по радио голос Виктора Эммануила. — Ничего кроме потерь и боли она не несет нашему народу. Так зачем мы вообще в нее ввязались? Я считаю правильным, вернуть верных сынов Италии домой. В мире неспокойно и они нужны нам здесь, на родных берегах, чтобы ни у кого не возникло желания покуситься на наши земли, пока их защитники сражаются вдали от дома.
Операция Жукова принесла неожиданный для всего мира результат. Мы не только сорвали высадку итальянских сил в Испании, но это стало тем камешком, что вывело эту страну из войны за нее. Без такой поддержки франкисты больше не стали тянуть и приняли условия о перемирии и переводе конфликта в мирное политическое русло.
Это освободило и наши силы, экстренно собранные Жуковым, позволив вернуть людей обратно на родину. И часть сил французского иностранного легиона. Леон Блюм тут же воспользовался высвободившимися войсками, заметно начав теснить немцев в своей стране обратно к их границам.
Второй очень важной победой стал договор с Турцией о переориентировании их товарооборота на СССР. Предложенные Ататюрку условия и обещания позволили ему убедить партии внутри своей страны не поддаваться на давление Великобритании. Да, запрет на торговлю с Германией и Англией турки все же получили, но в дальнесрочной перспективе ничего катастрофичного для них не произошло. Даже наоборот — уменьшилось плечо доставки своих товаров. А на горизонте маячил очень выгодный контракт с испанцами. Торибио уже пообещал Ататюрку заключить несколько выгодных контрактов, как только наведет порядок на своем политическом поле. В итоге самыми «жаркими» местами теперь были Германия, Финляндия, на чью территорию зашли наши войска, и Дальний Восток, а точнее — корейский полуостров. Ну и юг Китая не забываем, но там Мао сам хотел со всем разобраться, наплевав на потери среди своих сторонников и населения своей страны. Однако это его проблемы.
Африканский континент тоже пылал из-за противостояния Франции и Англии, но опять же для нас это был вторичный и несущественный фронт.
Георгий Константинович смотрел гоголем. Провернуть такую операцию! Не удивительно, что ему дали сразу по итогу Орден Ленина и звание маршала. Причем если бы не смерть Муссолини и последующий выход Италии из войны, то мимо звания он бы пролетел.
А мне пришлось провести небольшую «чистку» в рядах информбюро. Причины, почему Жуков не обратился ко мне за помощью в налаживании контакта с Коминтерном, не особо важны. А вот то, что мои сотрудники готовы за моей спиной не просто предоставлять информацию и важные контакты другим людям, но и даже не сообщать мне об этом — уже гораздо серьезнее. Уволить я никого не мог, как и формально дело не завести, зато перевод на фронт в качестве военного корреспондента таким вот «ретивым» обеспечил.
— Мы можем и дальше задавить их! — убежденно заявлял Жуков на совещании. — Зачем просить мир? Если они согласятся, то получат передышку, а через пять-десять лет нападут! Но в этот раз первыми, без предупреждения и полностью проработав итоги текущей войны.
— Согласен с маршалом Жуковым, — кивнул Белов. — Сейчас капиталисты могут согласиться на мир, но лишь с целью подготовиться и возобновить боевые действия. Своих целей они не достигли, а сил у них еще полно. Лишь времени на перевооружение не хватает. Опыт их бойцы тоже получили. Мир сейчас — лишь отсрочка.
— А что скажет товарищ Огнев? — повернулся ко мне Иосиф Виссарионович. — Это ведь ваша идея — просить мир у противника.
— Как и говорил ранее, нужно продолжить вести нашу политику: по нашей доктрине мы не ведем агрессивные действия, лишь отвечаем на угрозы. Формально — угроза устранена. Посыл о мире — это следование нашей доктрине. И в то же время я согласен с маршалами, что враг еще силен. И именно поэтому они сейчас на мир не пойдут. Могут согласиться на перемирие, для тех целей, что уже прозвучали, но вот перемирие-то как раз им давать не надо! Только полноценный мир, настаивать надо на этом. И вот этого враг уже нам не даст.