Предтеча
Шрифт:
Гвардеец не ответил, отвернулся. Не думать, вспомнилось ему. Пусть все идет своим чередом, нужно просто не думать и видеть сны наяву. Сны про потаенников, остров Аруну, корабль…
Остров лишь с берега казался сплошь заросшим лесом. Корабль скользнул под ветви, сделал крутой поворот и оказался в уютной маленькой бухте, где был выстроен причал. Оказавшись на земле, все потаенники отправились куда-то по разным тропинкам, даже не попрощавшись с гвардейцем. Один только Алох похлопал его по спине.
–
– Меня зовут Альхейм, - хмуро заметил гвардеец, но покорно последовал за стариком.
Они шли по тропинке, огибающей толстые стволы деревьев. Здесь, под их кронами, приютились маленькие, но аккуратные деревянные дома потаенников. Альхейм обратил внимание, что не чувствует привычного для любого селения запаха дыма. Вероятно, огонь разводили после наступления темноты и так, чтобы не было видно с реки. Ничего удивительно, смертоносцы превозмогут свое отвращение к воде, узнав от последователях Ларреля Освободителя и непременно всех их уничтожат.
Зачем они исповедуют свою странную веру? Ладно бы еще, действительно вели войну, пусть бессмысленную, но героическую Так нет, сидят в своих тайных поселках и ждут. Альхейм вздохнул и постарался не думать. Так спокойнее.
Они проходили мимо хозяйничающих во дворах женщинах, мимо попивающих пиво за вкопанными в землю столиками мужчин. Альхейма провожали любопытными взглядами, но никто не спросил у Алоха, кто это такой, хотя почти все его приветствовали.
Они прошли изрядную часть острова, прежде чем оказались перед длинным приземистым строением, которое и было северной трапезной. Альхейм отметил про себя, что не видел на Аруне ни единой паутины. Что же они, в самом деле исхитрились перебить здесь всех пауков, даже шант? Скрипнув тяжелой дверью, Алох вошел в трапезную и гвардеец последовал за ним.
Все помещение заполняли длинные столы и лавки. В дальнем углу находились порядка двух десятков мужчин, в основном очень молодых, и внимательно слушали что-то рассказывающего им глубокого старика. Тот говорил монотонно, тихо, то и дело макая необычайно длинный нос в кружку с пивом. Длинные пряди седых волос достигали стола, борода спускалась еще ниже.
– Мирра!
– с порога закричал Алох.
– Как хорошо, что ты не уехал! У меня есть новости и гость.
– Это кто?
– сухо поинтересовался старец.
– Горожанин, отбился от армии, а потом и вовсе прикончил одного раскоряку. Едва не погиб в лесу, но не в этом дело…
– Разве на Аруне не хватает людей, что ты его сюда приволок?
– опять заговорил Мирра.
– Вас расселять пора… Зачем он?
– Да слушай же! Обе армии, что воевали к югу от нас, сошлись в битве на Пелевой пустоши. И тут что-то произошло, вы видели облако-гриб? Раскоряка сказал Алю - его зовут Аль - что это Смерть, что там погибли все. Война то есть кончилась, понимаете? Заживем спокойно!
– Тебе
– Так, и что же ты скажешь, паучий выкормыш?
– Что меня зовут не Аль, а Альхейм, - твердо вымолвил гвардеец, стараясь не думать, жить как во сне.
– Остальное ты слышал.
– Это - все?
– старец перевел взгляд на Алоха.
– Так зачем ты его привез?
– Ну, не знаю… - замялся тот.
– Каждый день что ли такое бывает? Смерть убила две армии! А если она распространяться будет? Я же не знаю, что это такое, вот и решил его Совету показать, тебе.
– Совету он не нужен, - решительно заявил Мирра и опять окунул нос в кружку.
– Совет его прямиком в реку отправит, и правильно сделает. Доллу надо тоже иногда угощать, кормилицу нашу… Смерть, значит. Что-то древнее нашли раскоряки, да не справились своими жидкими мозгами, вот и передохли сами же. Бывало такое уже… Жаль, что не в наши руки попало. А откуда он?
– С востока, - сказал Алох, потому что Альхейм промолчал.
– Не помню название города, глупое такое. Говорит, если Повелитель помер, то всему городу конец. Родителям его, братьям, всем. Просился к нам.
– Не возьмет его Совет, - повторил старец.
– А значит, и не надо никакого Совета, не будоражь людей. Я его заберу.
– Куда?!
– ахнул один из сидевших за столом юношей, остальные загудели, поглядывая на гвардейца.
– Куда я могу его взять, дурак? С собой, в горы. И не завидуйте, мне слуга нужен. Стар я же… Так что покорми его, Алох, и пускай спать ложится прямо тут. Утром Грув нас отвезет, да и все. Я немного отравился, знаешь ли, не смог сегодня уйти…
– Садись!
– Алох подтолкнул гвардейца к скамье.
– Тут садись, а я принесу еды для нас обоих. Пиво будешь?
– Не откажусь, - согласился Альхейм, в упор разглядывая выбравшего его старца.
– Правильно. Тебе повезло, - тихо добавил Алох.
– Совет тебя действительно в реку отправит. Не нужен ты здесь. А вот Мирра уведет тебя в горы, будешь там тихо жить. Все к лучшему, Аль.
– Меня зовут Альхейм, - заметил гвардеец.
– Эй, старик! А почему ты решил, что я стану твоим слугой?!
Мирра не понравился ему с первого взгляда. Старец прервал свое бормотание, укоризненно посмотрел на пленника.
– Я так решил. Какая тебе разница, почему?
– Я служил в гвардии. Я не слуга.
– Ты хуже, чем слуга, ты раб. Раб своего Повелителя о восьми волосатых лапах. Теперь остался без хозяина - а я тебя подобрал.
Альхейм буравил старца взглядом, тот выдерживал его легко, не напрягаясь. У Мирры оказались выцветшие глаза василькового оттенка с примесью серого. Не думать, только так можно найти рпавильный ответ! Гвардеец усыпил свои мысли и тут же услышал веселый, раскатистый хохот. Свой хохот. Мирра смутился, приник к кружке, за его столом кто-то привстал.