Префект
Шрифт:
– Это значит, что вам нужно как следует отдохнуть, – парировал Гаффни и, поднеся к лицу запястье, скомандовал: – Приступить к отключению.
Одна за другой погасли грани дисплея – оборвалась связь с анклавами, – и в кабинете Омонье стало темно. Если бы не открытая дверь, мрак был бы абсолютным.
Джейн Омонье цокнула языком.
– Это произвол, – сказала она чуть ли не шепотом.
– Это необходимая мера, за которую вы потом нас поблагодарите, – возразил Гаффни. – В данный момент ваши полномочия приостановлены по состоянию здоровья. Сейчас мы кажемся вам врагами,
– Черта лысого вы исполнены!
– Не держите в себе, Джейн, выговоритесь. Ваш гнев понятен. Мы удивились бы, если бы вы не злились на нас.
– Связь с анклавами могли бы не перекрывать, – медленно, с ледяным спокойствием произнесла Джейн. – Раз захотели сместить меня, достаточно было лишить возможности распоряжаться.
– Но мы перекрыли, – резко проговорил Гаффни. – Джейн, вы же суперпрофессионал. Неужели верите, что перестали бы беспокоиться из-за кризиса, если бы вам просто не позволили приказывать? Верите, что перестали бы тревожиться и нервничать, получая новости? Верите, что уровень стресса понизился бы, если бы вы могли видеть, но не действовать? Понимаю, как вам трудно, но иначе нельзя. Уж извините.
– Мы проконсультировались с Демиховым, – заявила Бодри. – Он согласен, что нынешний кризис чрезвычайно опасен для вашего душевного здоровья. Демихов одобрил наш план.
– Что бы он ни сказал на самом деле, вы ухитрились бы подогнать его совет под свои нужды.
– Вы несправедливы! – возмутился Криссел. – И мы не обрываем вашу связь с внешним миром. Найдем вам другое занятие. Как насчет истории? Или литературы? Решения головоломок? Скучать не придется!
– А вот заботиться обо мне не надо! – процедила Омонье с самой настоящей угрозой в голосе.
– Мы же помочь пытаемся! Другого у нас и в мыслях не было, – обиделась Бодри.
– Жаль, что вы не признаете обоснованности нашего решения, – посетовал Гаффни. – Однако ваше упрямство ничего не меняет. На сем мы прощаемся с вами. Медицинскую помощь будете получать в прежнем объеме и на прежнем качественном уровне. В пределах разумного можете запрашивать архивные данные. Каналы бесперебойной связи с анклавами перекрываются… Не следует в ближайшее время допускать вас к новостным сетям. Контакты с сотрудниками «Доспехов» также ограничиваются.
– Когда Том вернется… – начала Джейн.
– Он подчинится нам, – перебил Гаффни.
Дрейфус и сочленительница покинули зал спящих и по сложному лабиринту коридоров выбрались из корабля. Дрейфус то и дело оглядывался, опасаясь, что от жуткого помещения за ними следует некий дух, неугомонный и мстительный.
– Полностью я вам не доверяю, – заявила Клепсидра, а потом напомнила, что по-прежнему контролирует мускулатуру его скафандра. – Если поможете связаться с другими сочленителями, вызвать помощь и спасти наших, я вас отблагодарю. Но если уподобитесь другому побывавшему здесь человеку в скафандре, узнаете, как я поступаю с предателями.
На угрозе Дрейфус решил не зацикливаться. Разве не здорово вырваться из спальни, похожей на анатомический театр?
– Могу я связаться
– Попробуйте, но несущей волны я не чувствую.
Дрейфус попробовал и убедился в правоте Клепсидры.
– Наверное, он все еще старается связаться с «Доспехами» и вызвать помощь.
– Тогда, надеюсь, помощь придет в ближайшее время. Авроре почти наверняка известно, что вы здесь.
– Она причинит вред спящим?
– Может, и причинит, хотя бы для того, чтобы никого не подпустить к «Прологу». – Проворная и грациозная, как пантера, Клепсидра вела Дрейфуса вверх по длинной трубе стыковочного коннектора. – Хотя других причин я не вижу. Мы уже надоели ей. Для Авроры мы игрушки, которые плохо исполняют ее прихоти.
Дрейфусу вспомнился недавний рассказ Клепсидры.
– Вы говорили, Аврора наказывала вас, когда ваши сны ей не нравились. Не расскажете ли поподробнее?
– Авроре хотелось заглянуть в будущее. Когда наши прогнозы расходились с ее ожиданиями, она злилась, словно мы лгали ей назло.
– А вы лгали?
– Нет, мы пересказывали сны. Ей не понравилась сама суть увиденного.
– А именно?
– Случится нечто страшное. Не сегодня, не завтра и не в ближайшие годы. Но и не в далеком будущем, до которого Авроре нет дела. Я заглядывала к ней в разум и поняла одно: Аврора – хладнокровный, коварный стратег, она хочет просуществовать как можно дольше.
– А ваши сны чем-то ее напугали?
– Похоже на то, – ответила Клепсидра.
– Не поясните?
– Могу сказать следующее: всему, что вы чтите, что оберегаете ценой кропотливого труда, – всему настанет конец. Вы так гордитесь своим затейливым мирком, сообществом из десяти тысяч анклавов и режимом абсолютной демократии, работающим на каждом из них бесперебойно, как часы. Возможно, небольшой повод для гордости у вас есть. Только мирок не вечен. В один прекрасный день, Дрейфус, не станет ни Блистающего Пояса, ни «Доспехов», ни префектов.
Они поднялись на смотровую площадку, где Дрейфус впервые увидел захваченный корабль. Когда оба прошли стыковочный коннектор, он с помощью контрольной панели потушил свет и заблокировал серебристую дверь.
– И что же за катастрофу вы увидели?
– Это будет время страшных бедствий, разврата и безумия, – ответила Клепсидра.
Дрейфус содрогнулся, словно кто-то прошел по его могиле.
– Что об этом думает Аврора?
– Она беспокоится. В мыслях, которые мне удается прочесть, угадывается грандиозный план, и Аврора постепенно приводит его в исполнение. Предсказанное нами будущее страшит ее. Страх уменьшится, если она сможет его контролировать.
– Каким образом?
– Сейчас Аврора прячется среди теней, хитрит и изворачивается. По-моему, она готовится к переменам. Она желает больше власти. Она вырвет контроль над вашими делами из ваших слабых рук.
– Вы имеете в виду переворот? – проговорил Дрейфус.
– Называйте это как хотите. Вы должны быть готовы к встрече с Авророй. Она мешкать не станет и времени на подготовку вам не даст.
Клепсидра быстро довела Тома до перегородки, отрезавшей его от Спарвера и корвета.