Преисподняя
Шрифт:
– Можете быть уверены, до этого дело не дойдет, – заметил Данте. – Слушайте, дайте мне покопаться в подпольных сетях, идет? Может быть, всплывет что-нибудь интересное по вашему делу. Я не такой уж крутой хакер, но если что-то просочится наружу, то смогу узнать об этом. Тем временем вы можете маленько вздремнуть. Забирайтесь в мою берлогу, а я грузанусь еще на пару часов. Только… э-э-э, ничего не сломайте, ладно?
Он понимающе улыбнулся и повернулся к своему монитору. Мы с Рэчел воспользовались приглашением Данте, но он наверняка был разочарован: упав на матрац, мы не издали
ГЛАВА 3
Мы проснулись в девять, после нескольких часов блаженного забытья. Рэчел угнездилась рядом со мной, заглядывая мне в глаза.
– Что теперь?
– Достать приличную одежду и обувь. – Я пробежал распухшим языком по губам. – А потом…
Мы оба подумали об этом одновременно, но Рэчел сказала первой:
– Фрэнк. Он должен был получить официальный “е-мейл” в связи с нашей чисткой.
Я кивнул. Фрэнк Джерси должен иметь ответы, и, возможно, он захочет поделиться этими сведениями с нами. “А может быть, ему больше захочется собственноручно вычистить нас”, – холодно подумал я.
– Ты думаешь, ему можно доверять? – спросил я.
– Фрэнку? Ты шутишь! Он не мог участвовать в этом: у него нет политической косточки.
Она была совершенно права. Фрэнк не раз шел на огромный риск, защищая невинных людей от коррумпированных подонков. Он имел чин капитана и возглавлял все дела, расследованием которых мы занимались. Он знал нас обоих, знал о наших чувствах друг к другу. Он знал или догадывался о большинстве хакеров, пойманных и отпущенных нами, но ничего не предпринимал против нас. Во всяком случае, так мне казалось раньше. После этой ночки я вряд ли доверился бы даже собственной матери, если бы она работала на Божью Десницу.
– Мы свяжемся с ним, – сказал я. – Но не отсюда. Не хочу оставлять следов. Посмотрим, захочет ли он говорить с нами.
– Захочет. Я знаю Фрэнка.
Данте прикорнул на кушетке, но проснулся, услышав наши голоса. Он извлек из холодильника древние кукурузные хлопья, какие-то перезрелые фрукты и заварил кофе.
– Настоящий, – с гордостью заметил он. – Колумбийский, с кучей кофеина.
Кофеинсодержащий кофе, нелегальный, как и все остальные стимулянты, был настоящим угощением. Раньше я покупал пакеты по четыре унции у одного уличного торговца, но потом его поймали и отрезали ему язык.
– В сети нет ни байта о вашей парочке как об угрозе Богу и обществу, – сообщил Данте, разливая густой ароматный напиток. – Вероятно, они завинтили гайки до тех пор, пока не решат, в какую сторону следует двигаться. Безоружные бюрократы расправляются с агентами Десницы – это для них что-то новенькое. Не удивлюсь, если они сейчас пребывают в панике. Вы куда-нибудь собираетесь сегодня?
– Собираемся нанести пару визитов, – ответил я.
– Захотите вздремнуть, милости прошу ко мне. Только не приводите с собой чистильщиков. Должен вам сказать, ребята, вы отчаянные идеалисты.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Рэчел.
– Никто
Рэчел сердито нахмурилась, но я понимал, что Данте, вероятно, недалек от истины.
– Валяй, – сказал я.
– Если вы не надумаете, куда отправиться и к кому обратиться, то я знаю кое-кого, кто связан с подпольем. Не с подпольными сетями, а с Фронтом.
Мы с Рэчел обменялись хмурыми взглядами. Фронт гражданского сопротивления в самом деле был последним прибежищем, куда мы захотели бы обратиться, но, если речь пойдет о том, чтобы остаться в живых, ничего не поделаешь.
– Не знаю, осталась ли у вас какая-то вера в систему, но возможно, вам захочется проверить, что может предложить другая сторона, – продолжал он.
– Неделю назад я угробил бы тебя за такие слова, – тихо заметил я.
Данте ухмыльнулся:
– Странно, как сильно меняется отношение к окружающему, когда в тебя начинают стрелять.
– Не слишком сильно. – Рэчел выпрямилась. – Почему ты так уверен, что мы готовы стать изменниками?
– Послушай, Рэчел, – сказал Данте, – допустим, у меня есть собака. Если она попытается загрызть меня, я не стану кормить ее бисквитами и гладить по головке.
– Не смей сравнивать Божью Десницу с собакой!
Он пристально посмотрел на нее:
– Я и не сравнивал, сударыня. Собака – это вы. Расправившись с командой чистильщиков, вы укусили руку, кормившую вас. Они с самого начала собирались убить вас, а теперь их желание лишь усилилось. Десница – это не выбор для вас. Я просто пытаюсь предложить нечто иное.
Я положил руку на плечо Рэчел и почувствовал, как она дрожит.
– Мы благодарны тебе за это. Как его зовут?
Он долго разглядывал нас:
– Я был должен вам, но теперь вы у меня в долгу. Не выдавайте меня, ладно?
– Даю слово. Как ты, Рэчел?
Она крепко стиснула зубы, но кивнула:
– Клянусь перед Богом!
Данте кивнул в ответ:
– Этого достаточно. Парня зовут Альдус Ксенон. Его можно найти неподалеку от забегаловки в Чайнатауне, возле Галереи. Я назову ему ваши имена и сообщу о вашем возможном приходе. Если с вами что-нибудь случится и не понадобится встречаться с ним, забудьте его имя. А заодно забудьте и мое, ладно?
– Хорошо, Данте. Как ты сказал, мы у тебя в долгу.
– Стало быть, вы уходите?
– Да. После еще одной чашечки настоящего взбадривающего кофе. – Я взял дымящуюся чашку. – Хочешь еще, Рэчел?
Она пожала плечами и натянуто улыбнулась:
– Двум смертям не бывать, одной не миновать.
Автомобиль по-прежнему стоял на улице, и рядом не было никаких холикопов, готовых стрелять в нас без предупреждения. Мы сели в машину и отъехали подальше от вокзала Юнион, затем нашли универсальный магазин, где купили приличную одежду и обувь для любителей быстрого бега. Переодевшись, мы остановились у платного видеофона на улице и набрали код Фрэнка Джерси.