Препод от бога
Шрифт:
Все рассмеялись.
— А вы, учитель? — спросила Мелисса. — Выигрывали?
— Пару раз, — сказал я. — Но у нас не давали денежных призов, так что это было не очень почетно и не так уж много людей участвовало.
— А где именно вы учились? — спросила Мелисса. — В Эйхенау?
— Нет, — сказал я, — я получил образование в другом мире.
Кажется, это детей впечатлило! Ну что ж, главное, что я никого не обманывал.
— Это что же, получается, — пробормотал Гийом, — если я что-нибудь займу, я сделаю что-то, чего не сделал первый король?
Снова смех.
— Так, ребята! — я погрозил им пальцем. — Мы сейчас опасно подходим к оскорблению королевской
Не знаю, уж насколько мне удалось снять напряжение, но в итоге дети написали все нормально, работы были сданы без эксцессов — а там через пару дней начались каникулы. Каникулы, после которых мне предстояло, во-первых, сопровождать детей на практику с мертвыми телами (к счастью, вел ее не я, но я, как некромант, должен был надзирать на случай, если вдруг кто попробует анимировать труп и надорвется), а во-вторых, учить их понемногу анимировать насекомых и мелких животных. Хорошо хоть, я знал, что как минимум у Ротимера и Ани это получалось, можно попросить их ассистировать! Но это поначалу. Как дальше буду выкручиваться — черт его знает.
Однако все это отступало перед главной радостью предстоящих каникул: мы летим домой! Я по-настоящему обниму Миру, Сашку, впервые погляжу на новорожденную Лидочку — да и с Рагной нам наконец удастся пересечься в пространстве божественного сна! Потренируюсь с Ханной (она ожидаемо поворчит на меня, что я маловато тренировался эти четыре месяца, потом, наверное, найдет за что снисходительно похвалить), перетру за хозяйство с Габриэлем… С Ночкой всласть покатаюсь по окрестностям! Полюбуюсь на наши горные вершины на фоне яркой синевы зимнего неба!
Хорошо будет!
Мы вылетели рано с утра, еще затемно — но и до дома добрались уже намного после наступления темноты. На нашем горном плато темнеет раньше, чем в других местах — горы загораживают солнце. Однако в этот раз наступила уже полноценная зимняя ночь: отблески заката не горели больше на горных вершинах, небо не синело, а глубоко чернело, и звезды сверкали ярко и близко.
Между прочим, звездное небо тут было совсем другим: я не узнавал ни одного знакомого созвездия. Специалист я еще тот, конечно, но папа в свое время научил меня находить хотя бы Большую и Малую Медведицы и их вечных соседей в северном небе: Лебедя, Дракона и Лиру с ее ярчайшей Вегой. Тут их не было, я это заметил еще в первые дни, когда мы с Мишелем и Кэтрин частенько ночевали под открытым небом. Но тогда у меня было много других забот, а теперь я впервые задумался: а вот это Многомирье, вот эти параллельные миры с «немного разной магией для каждого мира, хотя общие принципы схожи» — каждый из них что, представляет собой отдельную вселенную, или все-таки разные планеты в рамках одной вселенной? И порталы — это, по сути, не межмировые, а межпланетные путешествия? Интересно, а «нормальный» звездолет на магии тут построить можно? А если можно, то как?
Впрочем, из меня, конечно, звездолетостроитель еще хуже, чем астроном! А вот узнать, как в других, более развитых мирах, обстоят дела на этот счет, я бы при случае не отказался.
Все это, однако, тут же вылетело у меня из головы, когда я скатился с крутого бока Леу и едва не упал в снег: несмотря на то, что я был закутан-перекутан, ноги все равно затекли и окоченели!
До чего приятно было видеть свой дом с его горящими окнами в заснеженной ночи! Да, банальный образ, но ведь банальности не зря стали распространены! Дверь отворилась — и на расчищенное крыльцо вышла Рагна, разумеется, ничуть не изменившаяся
— Андрей! — обрадованно воскликнула она. — Леу! Как мы по вам соскучились! Лиихна, тебя мы тоже очень рады видеть.
Потом обернулась в дверь и крикнула:
— Мира, а ты за порог ни ногой! Сейчас он войдет! Ты еще не в форме, замерзнешь!
— Ничего, я охраняю проход, — сказал голос Габриэля, который, однако, звучал немного непривычно.
Лиихна следом за мной спрыгнула с шеи Леу — куда более изящно. А затем и сама Леу видоизменилась и встала в сугробе в своем самом симпатичном платье и кокетливой шляпке, купленной в Ненте.
За два дня до нашей поездки у нее произошел очередной качественный скачок: она явилась ко мне вечером с изменившимся лицом и возгласом: «Щеки! Андрей, как круто! Я наконец-то поняла, зачем они нужны, — и смогла их сделать!»
«Ура! — обрадовался я, с удовольствием ее разглядывая. — Ты выглядишь гораздо более гуманоидно! Полное превращение ближе с каждым днем!» А сам подумал, что теперь-то мы наконец можем целоваться. Поцелуи — это едва ли не мое самое любимое в сексе… ну, после собственно секса… и после ласк женской груди, наверное…
«По-моему, я выгляжу даже лучше гуманоида! — Леу улыбнулась мне ртом, полным острых клыков. — Смотри, какие крутые зубки забацала! У вас таких нет!»
На этом месте мой энтузиазм к поцелуям с Леу несколько увял — но в итоге я все-таки решился попробовать. И не прогадал!
— Леу, замечательный прогресс! — обрадовалась Рагна. — Смотрю, тебе, по сути, только кожа и кожные железы остались?
— Ну… не совсем, но близко к тому, — скромно сказала Леу. — Но это и есть самое сложное. Профессор говорит, что именно кожа в первую очередь отличает зверя от ящерицы. И строение почек, которое тоже с кожей связано. И что, возможно, мне придется даже откатиться назад до амфибии, а потом попробовать развить кожу в другую сторону…
— Справишься, — уверенно сказала некромантша. — У тебя явно немалые способности. Вон сколько ты осилила всего за несколько месяцев!
— Идите в дом уже! — крикнула Мириэль из-за порога. — Я тоже хочу посмотреть на новую Леу! И Рея обнять!
Мы последовали ее приказу.
В тепле Мира, с висящей у нее на поясе Ханной, сразу накинулась на нас с объятиями и поцелуями — мне досталось чуть больше, Леу чуть меньше, Лиихне еще поменьше, но никто не был обделен лаской! Я сразу понял, что Рагна права, и что Мира еще не совсем в форме: она казалась худее, чем обычно, и какой-то слегка уставшей, но в целом было видно, что ничего страшного с ней не происходит.
Рагна мне уже сказала в одном из предыдущих снов, что лактация дается Мире немного тяжелее, и что Саша стал очень плохо спать, часто будит ее по ночам — пришлось даже готовить для него мягкое успокоительное. При этом мальчик здоров, отравление прошло бесследно, наяву весел — непонятно, что его беспокоит? Хорошо хоть, маленькая Лида спит, как кирпичик!
Я наконец-то полюбовался на дочку, которая за прошедшие почти полтора месяца изменилась очень сильно, приобрела совершенно человеческие очертания и стала еще больше походить на мою маму, за исключением темных волосиков и острых ушек. Взяться за рукоять Ханны тоже было приятно в своем роде, хотя должен сказать, что я испытал острый приступ тоски, потому что, оказывается, воображая встречу, представил, будто она ждет меня в доме в человеческом теле, словно во сне, — увы!