Превозмоганец-прогрессор 8
Шрифт:
— Сама этому изумляюсь, дорогой кузен, — усмехнулась герцогиня и подошла к дубовой решётке почти вплотную, — Наверное, раньше у меня наставники были вроде моего братца и его дружка Ванитена. От них и училась. А теперь вот помощниками и советниками обзавелась. Они по-другому иногда поступать предлагают.
— Помощники и советники? Ты не этого своего… — биранец сделал короткую, но многозначительную паузу, — фаворита, графа Приарского, имеешь в виду?
Он посмотрел в коридор, но Игоря не опознал. Попаданец держался за спинами тюремщиков и был скрыт их изломанными тенями.
—
Конечно же, вопрос о покушении на графиню Приарскую Латана с Игорем заранее обговорили, и попаданец, выждав пару секунд, наложил на Ванитена Раскрытие Замыслов.
Теперь Егоров точно знал, что ни сам герцог Сероб, ни его виконт-наследник против Тании не злоумышляли, но удар всё же действительно попытались нанести из Бирана.
Младший виконт Шурм, тридцатидвухлетний амбициозный интриган, давно пытается выслужиться перед отцом, чтобы обойти Ванитена в праве на герцогскую корону. Случаи, когда наследником становился не старший из братьев и сестёр, а один или одна из следующих, хоть не часто, но случались.
Устройство покушения на Танию было далеко не первой попыткой Шурма, услышавшего разговор Сероба со своими советниками об угрозе, исходившей от клана магии Древних, угодить отцу, показав себя более достойным герцогского наследства.
Игорь узнал желание Ванитена по возвращении в Биран расправиться с братом, интриги которого вредят всей герцогской семье, а первым делом отрезать Шурму уши, чтобы не подслушивал, о чём говорят на герцогском совете, куда младшего виконта перестали пускать после предыдущей выходки.
— Раз тебе донесли, что убийство твоей подруги планировалось в Биране, то могли бы сообщить и имя организатора, — ушёл от прямого ответа Ванитен, — Как только отец пришлёт за меня выкуп, и я окажусь во дворце, постараюсь узнать всё об этом деле. Только случится это очень не скоро, малышка Латана, — он отцепился от решётки и весьма невежливо развернувшись к кузине спиной вернулся на свою соломенную подстилку, — Собрать такую большую сумму, которую ты потребовала, вопрос долгий. Многим вассалам ведь надо будет ещё и своих родственников, друзей или аоинов выкупать.
— Может случиться раньше, чем ты думаешь, — герцогиня сделала шаг назад, — Я уменьшила твою цену. Вовремя вспомнила о том, что вы с Верном вытворяли в Ливоре, ещё когда мой отец был жив, и решила, что больше пятидесяти тысяч империалов ты не стоишь. А такие деньги у дядюшки Сероба наверняка в казне имеются, хоть он и сильно потратился на снаряжение твоей армии. Знай правитель Бирана получше полководческий талант своего старшего сына, то и деньги остались бы целы, и Гжар он не потерял, и не лишился на долгое время иметь у себя в столице работающее место силы Древних, и мы бы с тобой не имели сейчас удовольствия видеть друг друга.
Не прощаясь, принцесса развернулась и направилась к лестнице.
—
Но герцогиня Гирфельская только рассмеялась, не снижая шага. Её смех был единственным ответом на просьбу кузена.
Когда попаданец со своей сюзереншей оказались вновь на дневной жаре и сменили эскорт из тюремщиков на гвардейцев, Латана легко коснулась руки друга.
— Это Ванитен? — спросила она.
— Нет, Шурм.
— Жаль, — вздохнула правительница.
Хоть и без подробностей, но землянин знал краткую предысторию взаимоотношений своей венценосной подруги с её биранским кузеном.
Ванитен больше трёх лет прожил при Ливорском дворе, пока обучался там в университете, сдружился с Вернигом, братом Латаны, и часто вместе с ним участвовал в злых проделках против маленькой принцессы, доводивших её до слёз.
Такой ненависти, как к своему брату, Латана к нынешнему пленнику не испытывала, однако, и приязни от неё тот ожидать не мог.
— Настоящее пекло, — перевёл Игорь разговор на другую тему, чтобы отвлечь подругу от воспоминаний, которые обычно всегда портили ей настроение, — Хорошо тебе, в лёгком-то шёлковом платье. А мне приходится преть в этом дурацком камзоле.
— Ничего он не дурацкий, — не согласилась принцесса, — Ты в нём настоящим аристократом и маршалом смотришься, и вообще, тебе очень идёт. А жаловаться можешь Тане. Не я ведь тебя в него заставила обрядиться? Тем более, что Парн догадался казни через сожжение перенести на вечер, когда жара спадёт. Так что, в ложе тебе будет вполне комфортно.
Упомянутый министр двора ожидал государыню у подъезда, но видя, что она занята беседой со своим советником, влезть в разговор не стал, а пристроился следом за гвардейцами и пошёл позади них, вначале по ступеням во дворец, а затем и по лестнице к апартаментам правительницы.
— Лан, я не пойду на площадь, — сказал Игорь, поднимаясь рядом с сюзереншей, — Хочу уже этой ночью отправиться в Ливор. Готовиться мне не надо, ведь нищему одеться — только подпоясаться, но кое-какие дела надо будет сделать. Ты ведь позволишь?
Латана ответила не сразу, о чём-то минуту поразмыслив.
— Да, конечно, — она взяла землянина за локоть, — Как-то тревожно в этот раз с тобой расставаться.
— Мы ведь всё ещё вчера обсудили. Нет повода переживать, но, если вдруг со мной что случится, ты же позаботишься о Тании и нашей дочери?
— Я разве дала повод усомниться, Игорь? — сюзеренша с укором посмотрела на друга, — Разумеется, всё будет так, как мы и решили. Разве я дам кому-нибудь в обиду свою лучшую подругу и будущую невесту моего сына?
Игорь нисколько не сомневался в искренности намерений Латаны. Помимо тех отношений, что связывали их дружную компанию, имелся и фактор взаимной заинтересованности друг в друге. Попаданец с Танией не стали скрывать от сюзеренши, что родившаяся девочка будет обладать портальной магией в полном объёме возможностей. В этом, конечно, могла скрываться и опасность, однако, перспективы появлялись просто огромные. Не только для наследницы графской четы Приарских, но и для принца Ливорского.