Превозмоганец-прогрессор 8

Усов Серг

Ретивость в манёвре и грамотные действия в сражениях юного герцога Юма показали землянину, что повоевать придётся всерьёз. Ригасцев шапками не закидаешь. Пока армия восточных соседей занята войной с тринцами, Егоров решил захватить несколько провинций и предложить переговоры.

Каких-то территориальных уступок от Ригаса, ни самому Игорю, ни тем более его сюзеренше, уже нацелившейся на королевскую корону Ливора, не требовалось. Землянин лишь хотел получить предмет для торга, а от герцога Юма демилитаризации Ан-Ая и договора о вечном мире.

Конечно

попаданец уже знал, что в Орване, как и во времена средневековья на Земле, любой вечный мир редко длился больше десяти лет, а иногда не сохранялся и года. И всё-таки Егоров рассчитывал выдвинуть множество взаимовыгодных предложений, чтобы обеспечить искреннее желание Юма и его двора дружить с Гирфелем и портальным кланом.

Всё-таки попаданцу удалось уснуть. Он не проснулся, когда вернулись отпущенные им на веселье девушки, зато возвращение жены и венценосной подруги его разбудило, хотя те старались в гостиной, отделённой от спальни прихожей, не шуметь, чтобы дать Игорю отдохнуть перед делом.

«Наверное, во мне где-то встроенный датчик наличествует на приближение Тании и начальства, — в шутку подумал про себя Егоров, различая тихие голоса за дверью, — Надо вставать».

За окном начинали густеть сумерки, но вызывать служанку, чтобы зажгла свечи, он не стал. Уж мимо штанин или рукавов бывший спецназовец и без яркого света в состоянии не промахнуться.

— Ты не спишь? — в один голос спросили герцогиня с графиней, переглянулись и усмехнулись своему унисону.

— Как видите, — Игорь сел на диван рядом с супругой, — У тебя не побаливает там? — спросил он у неё, обратив внимание, что расположившаяся с другой стороны принцесса держит руку на животе Тании.

В гостиной, кроме хозяев и старого Гештика, находились обе служанки, стоявшие со своим начальником вдоль стены. Если бы графиня не была погружена в какие-то свои мысли, то она обеих рабынь быстро бы вычислила, что те посетили развлечения на площади — розовые щёчки, довольные лица, хоть и склонённые взглядами в пол, и бегающие глаза их заметно выдавали.

— Нет, Игорь, — улыбнулась Тания, — Не болит ничего. Просто мы с Ланой сейчас гадали, успеешь ли ты вернуться до рождения Яры или нет.

Если бы Егоров сейчас не сидел, то, пожалуй, мог и упасть.

Загруженность прогрессорскими делами, постоянные просьбы, с которыми его преследовали придворные, войны и политика, градостроительство и даже совместные делишки с миром гирфельского криминала, всё это дополнялось дурацким делением года на сорокапятидневные восьмушки вместо нормальных месяцев.

Что ещё Егоров мог забыть? Он посмотрел на Танию, улыбающуюся ему вместе с венценосной подругой, и добавил к ранее перечисленному небольшой размер животика супруги, а также магию Лечения, которая позволяла не испытывать большинства неудобств и недомоганий, присущих земным женщинам или не одарённым в Орване.

В общем, приближение срока рождения собственной дочери Игорь постыдно прошляпил. Нет, конечно же попаданец понимал, что это вскоре случится, но упустил момент, что

уже прямо на днях.

— Яра? — только и смог от растерянности и досады за свою недогадливость переспросить он.

— Да, Яра. Так звали мою маму. Ты же сам позволил мне выбрать имя для нашей дочери? Тебе не нравится?

Латана поспешила поддержать подругу из своего, как говорится, тяжёлого калибра:

— Очень красивое имя, — немного даже с нажимом произнесла она.

Игорь быстро выкинул из головы глупые мысли, что на Земле среди одноклассников Яру звали бы Яркой, точь-в-точь, как клички всех бабушкиных коров, пока у бабули были силы и здоровье держать бурёнку.

Попаданец понял, что ему понравится любое имя, если оно будет принадлежать его ребёнку.

— Самое лучшее, — согласился Игорь, поцеловав Танию в щёку, — И я буду очень стараться успеть к рождению нашей Яры.

У них ещё оставалось время немного посидеть вместе, чем друзья и воспользовались. Тем более, на задание лучше было идти на сытый желудок.

Пока служанки шустро накрывали стол, подруги поделились впечатлениями от праздничных мероприятий.

Ожидаемо, всё прошло очень хорошо, кроме одной ложки дёгтя в бочке мёда.

— Это моя вина, — сделала редкое признание сюзеренша, не любившая заниматься самокритикой, — Надо было приказать, чтобы людоеду перед казнью язык отрезали. Сволочь всё испортил.

Чидра, этот местный гирфельский каннибал Лектор, оказался явным безумцем. Когда его бросили в клетку с голодными, разъярёнными волками, и те принялись рвать его тело клыками, людоед, вместо того, чтобы выть от страха и боли, дико хохотал, выкрикивал нецензурную брань и оскорбления в адрес правителя. Правда, Чидра совсем не соображал и хулил прошлого герцога Гирфельского Мендогида.

Латане всё равно такое не понравилось и попортило ей впечатление от торжеств. Зато служанки, если бы осмелились выразить своё мнение при хозяйке и государыне, явно с принцессой не согласились бы. Они от представления были в восторге. Егоров это чётко прочитал по их лицам.

— Мне пора, — посмотрев на часы, сказал попаданец.

— Нам пора, — поправила его сюзеренша.

С целью сохранения предстоящего действа в глубокой тайне, друзья решили, что портал в Ливор откроют без помощи адепток. Тем более, кроме дежурной смены из трёх девушек в Приаре и двоих в Гирфеле, все остальные воспитанницы кланового института в это время пользовались заслуженным отдыхом. Спали или гуляли — не важно.

— Гештик, возьми узел на столе в спальне, — приказал Игорь, — И пойдёшь за нами.

Старик даже и не подумал метнуться выполнять указание графа, а посмотрел на хозяйку. Лишь когда графиня закрытием глаз подтвердила распоряжение мужа, раб развернулся и пошёл за вещами.

Заметившая пантомиму между Гештиком и его хозяйкой Латана фыркнула.

— Как ты это терпишь, Игорь? — она поправила свою чёлку, — Я бы такого наглеца уничтожила.

— Это ты не мне говори, — вздохнул попаданец вставая, — Подруге своей.