Причуды любви
Шрифт:
Колеса кареты стучали по мостовым широких красивых улиц, застроенных прекрасными домами, в окнах которых уже горел свет. Несколько раз Мерри замечала, как дверь такого особняка открывалась и на крыльцо вспархивало элегантно одетое создание, при виде которого ливрейный лакей склонялся в низком поклоне. Легкие городские экипажи, перед которыми бежали мальчики — факельщики с зажженными факелами в руках, часто обгоняли тяжелую дорожную карету Мерри.
Наконец они свернули на тихую площадь, сжатую со всех сторон величественными зданиями. В центре за железной оградой находился чудесный цветник. Лошади встали у белоснежных
— Леди Блейк, — вежливо поздоровался он, протягивая руку. У потрясенной Мередит едва хватило ума принять его помощь. Нэн последовала за ней, предварительно окинув лакея мрачным взглядом, который тот преспокойно игнорировал.
Мередит никак не могла справиться с хаосом, творившимся в голове. Что это? Неужели дом самого Ратерфорда? Но не намеревается же он жить с ней под одной крышей? Правда, она понятия не имела, что входит в условия карт-бланш и как должны вести себя мужчины по отношению к любовнице, но такое сожительство просто немыслимо в глазах общества. Может, это временная остановка, откуда он проводит ее в снятое жилище?
— Добро пожаловать, ваша милость, — с низким поклоном воскликнул человек в черном. Он был так элегантен, что Мерри невольно поежилась, вспомнив о своем пропылившемся, в пятнах платье, к тому же явно провинциального покроя.
— Дорогая леди Блейк, как я рада вас видеть! — послышался чей-то приветливый голос, и в переднюю в шорохе юбок и ароматах духов вплыло прелестное видение в бирюзовом крепе, щедро отделанном кружевами. Видение крепко сжало затянутую в перчатку руку Мередит. В ушах и на шее красавицы сияли крупные бриллианты. Темные волосы, коротко подстриженные по последней моде, блестели в свете фонаря, а серые глаза Ратерфордов сияли искренней улыбкой. Однако все это не помогло Мерри обрести уверенность в себе. Она окончательно растерялась: женщина была похожа на Дэмиена как две капли воды. Можно только представить, что она думает, глядя на унылое создание в убогом платьишке!
— Вы, должно быть, ужасно устали, — продолжала незнакомка, подхватывая ее под руку. — Пойдемте в гостиную. Горничную проводят в ваши покои. Там, я уверена, вам будет удобно.
Мередит волей-неволей разрешила увести себя в гостиную, отделанную в сине-алых тонах. Дверь закрылась, и таинственная хозяйка снова сжала ее руки.
— Бедняжка! — сочувственно воскликнула она. — Вы никак не поймете, что происходит! Но, видите ли, слуги не должны знать, что мы не знакомы. Поэтому я так быстро увела вас.
— Кто вы? — наконец обрела дар речи Мерри. Сейчас ей было все равно, что вопрос звучит грубо.
— Арабелла. Сестра-близнец Дэмиена. Как вы успели заметить, мы очень похожи, — засмеялась хозяйка.
— Очень, — согласилась Мерри. — А где ваш брат?
— Сначала вы должны снять ротонду и шляпу и подкрепиться. Я все объясню, как только вы немного отдохнете.
— Прошу прощения, мэм, — настаивала Мерри, — но, кажется, вы уклоняетесь от ответа. Белла виновато улыбнулась.
— Дэмиен именно такой вас описывал.
— И какой же именно?
— Упрямой и решительной.
Мередит от удивления раскрыла рот, но тут же разразилась
— Прошу прощения, — повторила она, — но если можно, я действительно сниму ротонду. Я так долго ее носила, что, похоже, она ко мне приросла.
— Разумеется, не стесняйтесь.
Белла дернула за ленту сонетки. В дверях немедленно возник лакей и унес вещи Мередит, ответив поклоном на просьбу принести чай.
— Насколько я поняла, вашего брата здесь нет? — снова осведомилась Мерри, поднимая брови. — Когда вы его ожидаете?
— Не раньше завтрашнего утра, — нерешительно ответила Белла, отчего-то понимая, что не хотела бы навлечь на себя гнев гостьи. В своем запачканном в дороге немодном платье она так и излучала уверенность и властность, равнявшую ее с хозяйкой, несмотря на шестилетнюю разницу в возрасте.
— Он оставил вам письмо, — поспешно заверила Белла, подходя к секретеру.
Мередит с благодарной улыбкой взяла листок бумаги, подошла к окну и повернулась спиной к хозяйке, прежде чем сломать массивную печать.
«Добро пожаловать в новое приключение, любимая. Завтра сможешь метать в меня громы и молнии, но сегодня умоляю принять гостеприимство Беллы и смириться со своей участью. Белле не терпелось познакомиться с тобой, кроме того, она знает о нас все, так что тебе нет нужды разыгрывать привычный спектакль. Она объяснит тебе, кем ты предстанешь в обществе, если, конечно, не предпочтешь услышать это из моих уст. Доброй ночи, малышка. До завтра».
Размашистая подпись в конце этого странного послания, скорее похожего на военный приказ, чем на любовную записку, кажется, в самом деле принадлежала Дэмиену. Мередит аккуратно сложила листок и повернулась к сестре лорда Ратерфорда, которая с беспокойством взирала на гостью.
— Простите, если скажу, что считаю поведение вашего брата трусостью. Обременить вас присутствием совершенно незнакомого человека! Это просто нечестно. Но мне ничего не остается делать, как согласиться провести ночь под крышей вашего дома. С моей стороны было бы просто невежливым отказаться.
— Вы очень рассердились? — сокрушенно спросила Белла, разливая чай в тонкие фарфоровые чашечки.
— На вашего брата? Да я просто в бешенстве, — призналась Мередит, с благодарностью принимая протянутую чашку. — Не поделитесь ли, какие планы у него в отношении меня? Думаю, что от вас он ничего не скрывает.
— Мы всегда были очень близки, — с извиняющейся улыбкой ответила Белла. — Надеюсь, вы не обиделись, что я знаю вашу историю?
— Какой теперь смысл обижаться? — вздохнула Мерри, пожав плечами. — Так вы просветите меня?
Ответ потряс ее. Мерри не верила собственным ушам. Та история, которую предстояло услышать посторонним, была почти правдива, если не считать нескольких весьма интересных нюансов. Она вдова сэра Джона Блейка, леди Блейк, очень дальняя родственница Мэтью Мэллори. Лорд Ратерфорд, узнав об их родстве, предложил своим родственникам принять богатую молодую вдову и ввести в высшее общество. Герцогиня Китли была в восторге от сыновнего великодушия и рада познакомиться с новой родственницей. У герцога не сложилось никакого мнения относительно столь радужных перспектив, что было совершенно в его духе.