Придонье

Нефёдов Никита

— Что стряслось? — спросил перевозчик у людей на лодке.

— Движок заглох, — ответил бородатый кавказец. — Кроме нас ещё одна лодка была, вперёд ушла. А мы всё никак с места сдвинуться не можем. Мужики может поможете?

— А что нужно? — спросил Угорь.

— Мы в общину товар везём, — ответил всё тот же кавказец. — Движок с нашими инструментами не починить. Сможете нас отбуксировать? Мы затраты на топливо возместим.

— Извините, но помочь брату-речнику — святое. — пояснил перевозчик пассажирам и приказал Угрю цеплять буксирный трос.

Когда заглохший

катер был взят на буксир, один из кавказцев перебрался на катер Бонапарта, чтобы указывать дорогу и опасные места. Соболь был явно не в восторге от отклонения с маршрута, но своё мнение держал при себе, трое беженцев остались безучастными, всё так же молча сидя на своих местах, а четверо напарников и во все были рады прокатиться по реке ещё не много.

Около получаса лодка плыла по мутной воде. Всю дорогу дозиметр Угря упрямо молчал, что добавляло спокойствия. Кавказец Тигран, перебравшийся на катер, оказался довольно разговорчивым. Он рассказал, что их диаспора обосновалась на заброшенной базе отдыха. Жизнь поддерживают рыбалкой, охотой и торговлей с Вольным. Деревушка небольшая, население мирное.

Вскоре показались столбики дыма над верхушками прибрежных деревьев, а спустя ещё пару минут лодки достигли небольшой рукотворной бухты с причалом.

— Ну вот и всё. — сказал Бонапарт, достигнув заградительной сетки.

— Нет, перевозчик не всё. — Тигран ловко обхватил одной рукой шею Бонапарта, а вторую, с чудом оказавшимся в ней револьвером, направил на пассажиров.

— Какого чёрта? — Угорь хотел огреть кавказца электро-дубинкой, но прямо перед его ногами в дощатый пол вонзился метательный нож — остальной экипаж уже перебрался к пассажирам и держал всех на мушке.

— Господа, ваш катер захвачен, а вы пленены! — торжественно объявил Тигран. — Сохраняйте спокойствие и не пытайтесь бежать — вас убьём мы или мутанты.

"Вот и на пиратов набрели."- мрачно подумал Яр.

Четверо пиратов посадили беженцев, дознавателей и двух членов экипажа "Маргариты" по скамейкам, отобрав оружие и вещи и держа всех десятерых на мушке.

Заградительная сеть опустилась, впуская пиратов и их добычу в лагерь. После не долгой швартовки, пираты отвели пленников в обветшалый сарай и усадили на устеленный соломой пол, после чего заперли входную дверь и, приставив двух человек, ушли в неизвестном направлении.

— Прокатились на катере, блин. — проворчал Соболь. — Знал, что ничем хорошим помощь чуркам не закончится.

— Ну раз знал, чего молчал, пророк хренов? — возмутился перевозчик.

— Думал, ты сам допрёшь, но похоже мозги водой залило? — Соболь был намерен вывести перевозчика из себя.

— У меня хоть есть, что заливать. — буркнул Бонапарт, явно не намериваясь вступать в сору.

— Откуда эти бандюги взялись? — возмутился Угорь.

— Понятия не имею, — ответил перевозчик, — Но теперь ясно, куда "Волнорез" делся. Он у них на причале.

— А экипаж? — спросил Филин.

— А шут его знает. — буркнул Бонапарт. — Может тоже где-то в сарае сидят.

— Что делать-то теперь? — Балу вопросительно посмотрел на Соболя.

— Раз сразу не убили, значит мы им нужны

ещё. — предположил Соболь. — Ждать будем.

Послушавшись командира, участники отряда уселись на соломенную подстилку, трое беженцев и два речника последовали их примеру.

Деревянный сарай, под потолком которого висела одинокая керосинка. В скудном свете огонька пленники провели почти весь день. Минуты тянулись в ожидании, превращаясь в часы. Когда на улице почти стемнело, амбарный замок двери заскрипел, дверь открылась и в проёме появился Тигран.

— На выход!

Глава 4. Первая кровь

Одетый в чёрную кожанку, старые джинсы и кроссовки Тигран вывел пленников из сарая и в сопровождении ещё четверых пиратов повёл в глубь бандитского лагеря. Небольшие землянки с соломенными крышами образовывали узкие улочки, по которым то и дело сновали другие бандиты в грубо пошитых чёрных кожанках, сшитых, видимо, тут же из свиных шкур. Миновав пару улочек, пираты привели беженцев на довольно просторную круглую площадку и выстроили их в одну шеренгу, после чего к ним подошёл коренастый пузатый тип с кустистой рыжей бородкой в кожаном плаще и небольшой фуражке. Он ходил вдоль беженцев, покуривая папиросу и пристальным взглядом осматривая каждого беженца.

— Перевозчика и его юнгу отправь в мастерские, — сказал пузан Тиграну. — Вот этих троих, — он указал на Яра, Кота и Филина. — Отправляй на заготовку. Этих, — рыжебородый указал на Балу и Соболя. — Давай на ринг.

Взглянув на троих щуплых беженцев, пузан жестом указал, что их в расход, а затем покинул площадку. Раздав поручения своим прихвостням, Тигран и ещё один бандюга повели Балу и Соболя в неизвестном направлении, Бонапарта и Угря повели в сторону причалу, а Яра, Кота и Филина повели в сторону леса.

Через пару минут трое товарищей уже вовсю рубили и таскали брёвна под пристальным присмотром пиратов. На небольшой полянке, усеянной пеньками, находилось около пятнадцати пленников, которые рубили и таскали брёвна разных размеров. Не трудно было догадаться, что короткие служили для обогрева жилищ, а длинные — для строительства этих самых жилищ. Обливаясь потом трое напарников таскали довольно тяжёлые брёвна до самого вечера, пока их не отвели обратно в лагерь.

Яр ожидал, что их вернут в сарай, но, вопреки ожиданиям, пленников посадили в небольшие двухуровневые клетки, в каждой из которых находилось по трое пленников. Кот и Филин оказались в клетке с каким-то стариком, а Яр попал в соседнюю клетку, в которую чуть позже привели ещё двух пленников.

— Новенький? — спросил у бродяги сосед по клетке. Сорокалетний мужик с ссадиной на левой скуле и недельной щетиной в изорванной тельняшке, джинсах и резиновых сапогах, окрашенных в лесной камуфляж.

— Сегодня прибыл. — ответил бродяга.

— А я уже неделю здесь чалюсь. — пояснил пленник. — Карпов, бывший капитан "Волнореза".

— Яр, — бродяга пожал протянутую руку. — "Волнореза"? Бонапарт упоминал, что ваш катер на причале.

— Боня тоже здесь? — удивился речник. — Неужто и Угорь тут?