Прилив

Кристи Агата

– Отлично. Тогда мне незачем объяснять. За несколько недель до смерти дядя Гордон женился на молодой вдове по фамилии Андерхей. После его гибели она вместе с братом поселилась в Уормсли-Вейл. Мы все считали, что ее первый муж умер от лихорадки в Африке. Но теперь выходит, что это, возможно, не так.

– Ага! – Детектив выпрямился. – И что же привело вас к такому предположению?

Роули рассказал о прибытии в Уормсли-Вейл Еноха Ардена.

– Может быть, вы читали в газетах…

– Да, читал, – вновь пришел ему

на помощь Пуаро.

Роули описал свое первое впечатление от Ардена, свой визит в «Олень», записку, полученную от Беатрис Липпинкотт, и, наконец, подслушанный ею разговор.

– Конечно, – добавил он, – нельзя быть уверенным, что она слышала именно это. Беатрис могла все преувеличить или даже неверно понять.

– Она рассказала об этом полиции?

Роули кивнул:

– Я посоветовал ей это сделать.

– Простите, но я не вполне понимаю, почему вы пришли ко мне, мистер Клоуд. Вы хотите, чтобы я расследовал это убийство?

– Господи, конечно, нет, – ответил Роули. – Я ничего такого не хочу. Это полицейская работа. Я прошу вас выяснить, кто был этот парень.

Пуаро прищурил глаза:

– А кто он был, по-вашему, мистер Клоуд?

– Ну, ведь Енох Арден не настоящее имя, а цитата из Теннисона. Я нашел это стихотворение. Там говорится о парне, который вернулся и узнал, что его жена замужем за другим.

– Значит, вы думаете, – спокойно произнес Пуаро, – что Енох Арден в действительности был самим Робертом Андерхеем?

– Ну, он мог им быть, – медленно протянул Роули. – Я имею в виду, судя по возрасту, внешности и так далее. Конечно, я несколько раз спрашивал Беатрис о подслушанном разговоре. Она, естественно, не помнит его слово в слово. Тот парень сказал, что Роберт Андерхей порядком опустился, что у него плохо со здоровьем и что он нуждается в деньгах. Возможно, он говорил о себе, не так ли? Потом Арден сказал, что Дэвиду Хантеру вряд ли придется по вкусу, если Андерхей появится в Уормсли-Вейл. Звучит так, словно он уже был там под вымышленным именем.

– Какие данные насчет идентификации представили на дознании?

Роули покачал головой:

– Ничего определенного. Только служащие из «Оленя» заявили, что этот человек зарегистрировался там под именем Еноха Ардена.

– При нем были какие-нибудь документы или бумаги?

– Никаких.

– Что? – Пуаро с удивлением выпрямился. – Никаких бумаг?

– Абсолютно. Несколько пар носков, рубашка, зубная щетка и тому подобное – но бумаг никаких.

– Ни паспорта, ни писем, ни даже продуктовой карточки?

– Ничего.

– Очень любопытно, – заметил Пуаро.

– Дэвид Хантер – брат Розалин Клоуд – приходил к нему на следующий день после его приезда, – продолжал Роули Клоуд. – Он сообщил полиции, что получил письмо от Еноха Ардена, в котором тот утверждал, что был другом Роберта Андерхея и сейчас оказался в тяжелом положении. По просьбе сестры Хантер

пошел в «Олень», повидался с этим парнем и дал ему пять фунтов. Можете не сомневаться, что он и дальше будет придерживаться этой истории. Конечно, полиция помалкивает о том, что слышала Беатрис.

– Дэвид Хантер говорит, что раньше не был знаком с этим человеком?

– Да. Думаю, Хантер никогда не встречал Андерхея.

– А как насчет Розалин Клоуд?

– Полиция попросила ее попробовать опознать труп. Но она сказала, что не знает, кто это.

– Eh bien, – отреагировал Пуаро. – Вот и ответ на ваш вопрос.

– Не думаю, – возразил Роули. – Если убитый – Андерхей, значит, Розалин не являлась законной женой моего дяди и не имеет права ни на один пенни из его денег. По-вашему, она опознала бы его при таких обстоятельствах?

– Вы ей не доверяете?

– Я не доверяю им обоим.

– Уверен, что найдется немало людей, которые смогут точно установить, Андерхей это или нет.

– Их не так-то легко найти. Поэтому я прошу вас отыскать кого-нибудь, кто знал Андерхея. Очевидно, в Англии у него не осталось родственников, да и вообще он был не слишком общительным парнем. Полагаю, должны существовать какие-нибудь друзья или старые слуги, но война разрушила все связи и разбросала людей в разные стороны. Не знаю, как взяться за это дело, да и времени у меня нет. Я фермер, и мне не хватает рабочих рук.

– Почему вы обратились именно ко мне? – спросил Эркюль Пуаро.

Роули выглядел смущенным.

В глазах детектива блеснули искорки.

– По указанию духов?

– Господи, конечно, нет! – в ужасе воскликнул Роули. – Дело в том… – Он заколебался. – Ну, один мой знакомый говорил, что вы настоящий чародей. Не знаю, каковы ваши гонорары, – наверняка высокие, а мы все практически разорены, – но думаю, мы сумеем наскрести нужную сумму, если вы согласитесь за это взяться.

– Пожалуй, – медленно произнес Пуаро, – я сумею вам помочь.

Никогда не подводившая детектива память вновь вернула его назад. Клубный зануда, шелест газет, монотонный голос…

Он ведь слышал имя этого человека и должен его вспомнить. Если нет, придется спросить у Меллона… Ага! Портер, майор Портер!

Пуаро поднялся:

– Вы не смогли бы зайти еще раз во второй половине дня, мистер Клоуд?

– Ну, не знаю… Пожалуй, смогу. Но неужели вы сможете так быстро чего-нибудь добиться?

Роули смотрел на детектива с недоверием и благоговейным страхом. Пуаро не был бы самим собой, если бы удержался от искушения порисоваться. Памятуя о своем великом предшественнике, [19] он торжественно произнес:

19

Имеется в виду Шерлок Холмс.