Приманка

Пикано Фелис

В отличие от Ноэля, которого пристальное внимание амазонки повергло в оцепенение, Рэнди шутливо отвечал на её ласки.

— Найди нас как-нибудь в «Зле», — ответил он и как бы между делом вытолкнул одну большую красно-коричневую грудь из её серебристого парчового ложа.

— Пусти! — возмутилась Виина, шлепая его по руке. — Это тебе без надобности. И, между прочим, это тебе не какая-нибудь там простая сиська.

Она отстранилась, так и оставляя свою левую грудь неприкрытой.

— Давайте-ка нюхнём кокаинчика, ребятки, — объявила Виина

и принялась шарить в серебристой сумочке, свисающей с пояса. Наконец, она нашла маленькую бирюзовую коробочку и, откинув крышку, явила их взорам крохотную горку белоснежного порошка.

Ноэль поглядел на Алану, которая улыбалась, словно любящая мать, наблюдающая за выходками любимого чада.

От Рэнди кокаин перешел к Ноэлю, который в свою очередь передал коробочку Алане. Пока она деликатно вдыхала порошок с крохотной ложечки в стиле ар нуво, Ноэль смотрел на неё. В конце концов, она тоже посмотрела на него — но секундой позже её глаза вспыхнули, засветились особым наркотическим блеском, и она засмеялась.

— Меня больше не пускают в задние комнаты клубов, дорогуша, — жаловалась Виина Нерону. — И я не могу их за это винить. У меня же глотка что у удава. Бедные мальчики, их это просто убивает, — и она тоже рассмеялась. Помахивая коробочкой, она притянула Рэнди к себе и принялась медленно раскачиваться вместе с ним в такт музыке.

— Хорошая вечеринка, — выговорил Ноэль сквозь приятный кокаиновый туман.

— Тебе не понравилась моя подруга? — спросила Алана.

Ноэль пожал плечами.

— Ну? — продолжала настаивать она.

— Если хочешь знать правду, по-моему, она странная.

Алана улыбнулась.

— Эрик прав. Ты действительно ханжа. Я люблю Виину. Она чудесная и веселая. Как героиня мультяшки. Она ничего не принимает всерьез. Абсолютно ничего.

— А ей и не нужно. У неё шесть штук суперуспешных альбомов. У неё денег, как грязи.

— И тебе это не нравится?

— Не особенно.

— Тогда меня ты тоже должен ненавидеть. У меня тоже денег, как грязи. Как думаешь, сколько я зарабатываю, изображая вешалку для одежды?

— Я об этом как-то не задумывался.

— Иногда мне платят по четыре-пять сотен в час. Знаешь, тебе тоже нужно стать моделью. Если ты так отчаянно хочешь разбогатеть.

— Я не говорил, что я этого хочу.

— О, ты этого не говорил. Но тебе бы понравилось. Ты нам завидуешь, потому что мы так хорошо устроились.

Она отступила на шаг назад, разглядывая его, дразнясь, подняла большой палец, словно художник рассматривающий свою свежезаконченную картину.

— Думаю, у тебя «круглый» размер. «Круглый» сороковой. Да?

— И что?

— Ты бы пользовался успехом. Одежду шьют под «круглые» размеры. Обычно — именно под этот.

— И чтобы на меня все пялились?

— На тебя и так все пялятся, разве нет?

— Это не одно и то же.

— Ты очень мрачный. У тебя плохое настроение. Тебе не нравится моя вечеринка, верно? — неожиданно сказала она. Прежде чем он успел ответить,

она уже отвернулась. — Я из-за тебя расстраиваюсь. До свидания.

— Подожди! — Ноэль попытался догнать её, но она уже спустилась по лестнице вниз, и теперь её темноволосая головка была лишь ещё одной головой в толпе народу. — Проклятье!

Похоже, что бы он ни делал, с Аланой он всегда попадает впросак.

Он снова обернулся и увидел Рэнди с Вииной: они сидели в углу, и она предсказывала ему будущее по ладони, а он смеялся почти каждому её слову. Им было хорошо.

Снова бросив взгляд через перила, Ноэль наконец заметил Дорранса: его серебряная голова, словно сигнальный маяк, сияла из угла неподалеку от дверей кинозала. С ним были двое мужчин помоложе в черных кожаных прикидах: тяжелые ботинки, штаны, обтягивающие жилетки на голое тело. Один темноволосый и с бородой, другой, более крупный, посветлее; у него были большие пушистые усы и длинный тонкий шрам, полумесяцев изгибающийся от левой брови до самого рта. В отличие от некоторых других гостей, которых Ноэлю уже доводилось видеть, эти двое казались крутыми ребятами. Наёмники мистера Икс?

— Нравятся?

Одного звука этого голоса было достаточно, чтобы заставить Ноэля напрячься. Эрик.

— Ты знаешь, что мне нравится, — ответил Ноэль и кивнул в ту сторону, где за спиной Эрика сидели Рэнди с Вииной.

— Негритянка?

— Пошел ты, — невозмутимо откликнулся Ноэль и снова отвернулся, продолжая рассматривать Дорранса и его приятелей.

— Тот, который с темными волосами, — Билл Соломон. Второй — Эстес Дьюхерст, — сказал Эрик, проследив направление его взгляда и наклоняясь ближе. — Они предпочитают секс втроём. Их любимая позиция — так называя «восемьдесят седьмая», когда они оба трахают тебя одновременно.

— Они похожи на пыточную команду СС, — сказал Ноэль.

— Они брокеры.

— Что?

— Соломон, Дьюхерст, Шатто и Дайн. Одна из крупнейших фирм на Уолл-стрит. Им всего пять лет, но у них уже один из самых блестящих портфелей, который ты когда-либо видел. Джимми Шатто тоже где-то здесь, и Дженет Дайн тоже.

— Спасибо за подсказку. Мне все равно нечего вкладывать.

Ноэль чувствовал, что Эрик очень пристально смотрит на него. Возможно, пытается понять, поверил ему Ноэль или нет. Брокеры. Конечно, они могут быть и брокерами. Одно из первых правил, которое он выучил, гласило: в тусовке люди редко — если вообще когда-нибудь — выглядят теми, кем являются на самом деле.

— Ты, наверное, знаешь много знаменитостей, — сказал Ноэль. — Рок-звезды, кинозвезды, политики.

— Знаю. Банкиры, руководители международных корпораций.

— Впечатляет.

— Ты можешь всех их здесь сегодня увидеть. И потом тоже, в новом клубе.

Ноэлю хотелось отвязаться от Эрика, добраться до Дорранса. Он встал и попытался привлечь к себе внимание Рэнди.

— И что мне положено сейчас сделать? Исполниться гражданской гордости за всех геев или что?