Приманка
Шрифт:
— Я не стану этого делать, Лумис, — сказал он.
— Вы должны, Приманка. Мы уже так близко к нему подобрались. Нельзя позволить ему ускользнуть теперь.
— Несколько месяцев назад с Рэнди вы подобрались к нему так же близко, — возразил Ноэль. — Как сейчас. И что произошло?
— Вы ошибаетесь, Приманка. Мы выстраиваем дело против мистера Икс. Мы собираем кусочки мозаики воедино. Мы почти готовы его взять. Нам нужно, чтобы наблюдение за ним продолжалось. Вот почему вы должны быть там. Любая подробность, которую вы сообщите нам о нём, может оказаться ключевой
— Какой план?
— Он слишком сложен, чтобы сейчас вдаваться в детали. Но с юридической точки зрения всё должно быть безупречно. Как только нам удастся зацепить его на чём-то одном, мы сможем предъявить ему всё. И остались только вы, Каммингс, только вы сможете потянуть за ту верёвку, которая захлопнет сети. Как вам такая мысль, а? Ради Рэнди Нерона! А?
Ему уже доводилось слышать подобные интонации в голосе Лумиса. И теперь Ноэлю расхотелось спорить.
— Я не вернусь на Файр Айленд, — сказал он.
— Подождите, пока они приедут в город.
— Они могут остаться там на всё лето.
— Они скоро вернутся. Отдохните. Почитайте что-нибудь. Сходите в кино. Но оставайтесь на связи. Я дам вам знать, когда они вернутся. Всё получится. Не переживайте. До скорого, Приманка.
К тому времени, когда Ноэль вышел из телефонной будки, второй красавчик покинул стойку с закусками. Однако когда Ноэль вышел на улицу, он ждал прямо за дверью, опираясь на крыло припаркованного автомобиля и покуривая сигарету.
— Ему пришлось уйти, — сказал парень; выговор у него не походил на городской. Он улыбнулся, сверкнув белыми зубами, лениво оторвался от крыла машины и пошёл по тротуару рядом с Ноэлем.
— Кому?
— Моему другу. У него встреча.
— А.
— Меня зовут Зак. Не против, если я с тобой прогуляюсь?
Ноэль не принял предложенной руки, но Зак как будто и не возражал. Они прошли около квартала на запад, прежде чем Ноэль решил, что будет вести себя с Заком дружелюбно, как будто тот просто пытается его закадрить, и не станет предпринимать ничего необычного, пока не определится наверняка, что эти двое из себя представляют.
— Ты живешь поблизости? — спросил Зак — стандартный заход, когда один парень хочет подцепить другого на улице. Ноэль вёл его в противоположную сторону от своего дома.
— В центре. На Вест-сайде.
— О, а я думал, ты здешний.
Бесхитростная солнечная улыбка.
— Боюсь, что нет. А ты?
— Тоже нет.
— Жаль.
В метро может оказаться слишком мало народу, особенно если Зак решит, что тоже не прочь прокатиться до центра. Они миновали один вход в подземку, потом пересекли улицу и прошли мимо второго. Вдоль проспектов курсировали автобусы, но это может излишне связать ему руки, особенно если объявится напарник Зака. Они добрались до Бродвея и пересекли его, по-прежнему направляясь на запад. Людей становилось всё меньше и меньше. Одни склады, несколько припаркованных грузовиков. Чёрт, куда же ему деваться?
— Я сейчас не занят, — заметил Зак. — В смысле, если ты свободен.
Если он играет,
— Я не из города. Мы с другом, — продолжал Зак. — Я буду тут всего несколько дней.
Пытается слегка надавить, понял Ноэль. Они добрались до знакомого квартала, но Ноэль не мог сообразить, чем он ему знаком, пока не заметил полукруглую арку фасада — бани. Но на улице не было ни одного знакомого, чтобы избавиться от парня, кадрится он там или нет.
— Я сегодня днём немного занят, — ответил Ноэль.
На лице Зака ясно отразилось разочарование.
— А позже? — спросил он.
— Возможно. Я не знаю.
— Я бы хотел увидеться с тобой потом.
Настоящий южнокалифорнийский серфер. Воплощение невинности.
— Ты как?
— Ну…
Они миновали вход в бани. Никто не вышел наружу, чтобы помочь сгладить неловкость.
В руках у Зака появился карандаш. Он протянул Ноэлю спичечный коробок.
— Может, дашь мне свой телефон? Я позвоню через пару часов.
— С этим возможны проблемы.
— Почему? У тебя есть любовник?
— Что-то типа того.
— У меня идея, — заявил Зак. — Я дам тебе свой номер. Там, где я живу. Если сможешь выбраться, просто позвони.
Они остановились. Зак повернулся и направился к утопленному в стене дверному проёму, за которым раньше начинался магазин, а теперь не было ничего, кроме выкрашенного чёрным стекла и металлического щита. Приложив коробок стене, он что-то на нём написал.
— Вот. Можешь разобрать?
Ноэль подошёл и протянул руку за коробком, который Зак всё ещё прижимал к стене, читая имя и номер телефона.
— Вроде всё ясно, — ответил он.
— Звони в любое время, — с улыбкой протянул Зак.
Ноэль убрал коробок в карман и вдруг сообразил, что Зак предлагает ему руку для пожатия в стиле шестидесятых. Какого чёрта, подумал он.
— Ты ведь раньше работал в «Хватке»? — спросил Зак.
Прежде чем Ноэль успел ответить или вырвать руку из неожиданно сильного захвата Зака, тот сообщил:
— Кажется, у нас есть общий приятель. Билл Маквиттер.
Возможности отреагировать Ноэлю не дали. Пальцы Зака впились ему в руку чуть ли не до кости, а другой кулак взмыл в воздух и врезался Ноэлю под дых. Ноэль отлетел в дальний угол дверного проёма, ударяясь о щит, и его ударили снова — сильно, в то же место. Прежде чем он успел осознать что-либо, кроме боли и удивления, в проёме возник кто-то ещё, и теперь уже две пары рук держали его, били в голову и в корпус, по очереди швыряя о стену. Слабые попытки защититься оказались тщетны. Заливающая глаз кровь туманила зрение, удары сыпались на него снова и снова. Его принялись пинать по ногам, пока боль не стала невыносимой, и он уже не мог сопротивляться тому, как его швыряют от стены к стене. Колени начинали подкашиваться, и его медленно сбивали на землю. Удар в челюсть. В другой глаз. Сознание вспыхнуло, задрожало и, наконец, рассыпалось цветными пятнами.