Приманка
Шрифт:
Поднимают уже четвертую партию оборудования, и управляющий нервно подергивается. Молчание нарушает один турист, он хочет знать, что происходит. Снимается фильм?
И это не столь уж глупое предположение. Современное техническое обеспечение осмотра места преступления требует во многом того же оборудования, что и киносъемка: туристы видели осветительные установки, фотоаппараты и видеокамеры, мониторы дактилоскопистов с коробочками краски и небольшой отряд техников с пристегнутыми к ремням рациями.
– Да, – нервно отвечает управляющий. –
Фрэнк Дербан поднимает глаза к потолку кабины.
– Кто в нем снимается? – спрашивает жена туриста. – Знаменитости есть?
Управляющий в отчаянии смотрит на Фрэнка, но тот разглядывает потолок.
– Ривер Финикс, – необдуманно наконец бормочет управляющий.
На женщину это производит впечатление, она кивает.
– Он умер, – тихо произносит Дербан.
– То есть фильм о Ривере Финиксе, – поправляется управляющий. – В его роли снимается дублер.
Лифт останавливается на четвертом этаже, эта пара выходит.
– Статисты нужны? – спрашивает мужчина, придерживая дверцу.
– Он вполне подойдет, – говорит женщина. – Давай, милый, изобрази Клинта Иствуда.
Дербан вздыхает и демонстративно смотрит на часы.
Управляющий нетерпеливо смахивает палец туриста с дверцы.
– Желаю хорошо провести вечер. Надеюсь, вы довольны своим пребыванием! – раздраженно бросает он.
На пятый этаж они поднимаются в молчании.
Клэр сообщает таксисту, что ей нужно к театру на углу Пятьдесят третьей улицы и Бродвея. Бесси, ее соседка по комнате, сегодня впервые выступает в мюзикле, и Клэр обещала подъехать к вечеринке актеров после спектакля.
Собственно говоря, это не премьера, просто смена актерского состава в идущей уже два года постановке. Поскольку она пользуется успехом, возможности самовыражения ограниченны, как при исполнении роли танцующей и поющей овечки.
Когда Клэр появляется, раскрасневшиеся от аплодисментов актеры стоят в глубине сцены. Пахнет гримом, краской декораций и прожекторов, это специфический, пьянящий запах театра. Она останавливается и глубоко вдыхает его. На миг ее пронзает острая боль тоски. В это царство ей доступа нет.
Клэр подавляет в себе это чувство. Несправедливо предаваться зависти в день первого выхода Бесси на сцену. Она находит свою подругу, обнимает и поздравляет.
Бесси отвечает ей объятием несколько рассеянно. Клэр видит, что она все еще занята, входит в группу молодых артистов, бесстыдно льстящих режиссеру, неприятному толстяку, шутки которого, разумеется, не так остроумны, как можно предположить по актерскому смеху. Клэр не мешает ей. Бесси любит ее, как сестру, но ведь Клэр – потенциальная конкурентка.
Она смотрит на часы. Адвокату, который расхаживает по своему номеру в «Ройялтоне», скоро сообщат по телефону, что внизу его ждет жена.
– Привет, Клэр, – произносит кто-то.
Это Раул Уолш, с которым она встречалась несколько раз, когда только
– Как живешь?
Кажется ей, или он произносит слово «живешь» с легким нажимом, с намеком на другое его значение?
– Ничего, – отвечает она. – Агент нашла мне несколько голосов за кадром. И через неделю у меня проба на роль Вании.
– Правда? Я слышал, эту роль отдали Кэрол Рубин, – замечает он, глядя поверх ее плеча и кивая проходящим мимо знакомым.
– Я не знала, – произносит Клэр.
– И все-таки голоса за кадром – это замечательно. Право, замечательно.
Раул смотрит на нее с искусственной нью-йоркской улыбкой.
Клэр думает: «Он, в общем, неплохой актер и при желании мог бы притворяться получше».
– А что твой друг-детектив? – с манерной медлительностью спрашивает Раул. – Все еще работаешь у него?
– Генри Маллори, – говорит Клэр. – Да, иногда работаю.
– Генри Маллори, – повторяет он, и его губы подергиваются. – Господи, Генри Маллори. В детстве я любил этого человека. Когда он снимался в «Сыщике». Как у него с этим делом?
Раул делает вид, будто подносит ко рту стакан.
– У Генри все превосходно, – устало отвечает Клэр.
– Ну, ладно, – произносит Раул, отходя от нее. – Как-нибудь увидимся, а?
Это правда, Генри – не настоящий частный детектив. Некогда он играл эту роль в телевизионном мини-сериале, из которого его персонажа потом выбросили. Говорили, он бывал так пьян, что не мог прочесть суфлерского текста.
Так или иначе, Маллори сменил профессию, но не роль. Он открыл настоящее детективное агентство. Как-то давно, до появления Клэр, Маллори привлекли к суду за использование для названия агентства фамилии его персонажа из того телесериала.
Неудивительно, что ему доставались главным образом супружеские дела да поиски пропавших домашних животных.
– Смотри на это как на прогулку. Если поладишь с Генри, тогда поговорим еще. Если нет, лишний раз потеряешь полдня, – вот и все, что сказала ей Марси.
Клэр поехала на метро в Нижний Ист-Сайд, и ей пришлось мучиться с решеткой старого лифта в обветшавшем административном здании. На четвертом этаже тянулся ряд дверей с написанными коричневыми буквами названиями компаний, напоминавших о картинах Эдуарда Хоппера. [1]
«Саид. Импорт», «Нутрин. Одежда», «Дауни. Страхование» и, наконец, «Маллори. Частное детективное агентство».
– Я ищу мистера Маллори, – сказала Клэр сухопарому старику за письменным столом.
1
Эдуард Хоппер (1882–1967) – американский живописец и график. Автор городских пейзажей. – Здесь и далее примеч. пер.