Примархи

Сандерс Роб

— Бион, это ты? Я не вижу, брат. — Голос Десаана был наполнен болью.

Его визор был темен, как железная повязка на глазах.

— Сражайся, брат-капитан! — призвал Хенрикос, но бионическая сила Десаана была невообразима. Даже вдвоем они проигрывали, и клинок сдвинулся немного ближе, пронзая плоть.

— Быть выпотрошенным собственным боевым ножом, — сказал Десаан с болезненной гримасой. — Не так славно, как я надеялся.

— Ты еще жив, — заверил Хенрикос. — Отклонись…

Отпустив

руку Десаана, он выхватил свой медузанский клинок и насытил его энергией. Это заняло у него на несколько секунд больше, чем должно было, его железная рука сопротивлялась ему.

Скоро это и до нас доберется.

— Что ты делаешь?

— То, что должен. — Визг разрезаемого металла заглушил рев, когда Хенрикос начал отпиливать руку капитана.

Десаан изо всех сил старался не двигаться и молчать.

— Если ты поскользнешься… — прорычал он сквозь стиснутые зубы.

— Ты потеряешь голову, — ответил Хенрикос и продолжил резать.

Вокруг них отступали призраки, растворяясь вместе со штормом. Как и колдовская власть над кибернетикой Железных Рук.

Последние кабели и сервомеханизмы отделились в потоке масла и искр, оставив только наруч. Хенрикос, покрытый каплями пота, резко остановился и двое Железных Рук одновременно выдохнули.

Ветер нес прерывистые звуки болтерной стрельбы, становившейся все интенсивнее с каждой минутой. Шторм затихал и призраки исчезли. К вышедшим из строя Морлокам вернулась боеспособность, но осевший песок показал высокую цену, заплаченную за это.

На земле лежало несколько терминаторов, пронзенных собственными мечами и сраженных своими булавами. По крайней мере, еще трое были убиты призрачными воинами. Многие получили ранения.

Зрение вернулось, Десаан поморщился при виде отсеченной конечности, но благодарно кивнул сержанту.

— Рассудительность не всегда моя сильнейшая черта.

— Ты высказал свою точку зрения, я — свою. Больше не о чем говорить.

Каждый быстро отдал честь, и вопрос был улажен.

Десаан снова кивнул, а потом оглянулся.

Убитых врагов не было видно.

— Здесь вообще был бой? — спросил Медузон, когда перегруппировал Десятую Железную.

— Я поразил одного и он не мог выжить, — сказал Десаан.

— Как и я. Его голова оторвалась от тела, — сказал присоединившийся к ним Таркан.

Десаан нахмурился.

— Даже их смерть труслива. Они все исчезли.

Разговор прекратился, когда из рассеивающейся темноты появилась фигура. Горжет и левый наплечник были отмечены ужасными повреждениями, которые лишили бы его головы, будь они на сантиметр ближе к груди. Четыре глубокие борозды были оставлены энергетическим оружием.

— Как и примарх, —

сказал Габриэль Сантар. — Лорд Манус пропал.

Воля железа

— Он не мог погибнуть.

В тоне Медузона была нотка сомнения, из-за чего Сантар стиснул зубы.

— Предательский удар… — пробормотал Десаан. Они все были страшно уязвимы в долине, но он тут же отверг замечание.

— Горгона нельзя убить, — заявил он более громко. — Ни один вероломный клинок труса даже не сможет пробить его кожу. Это невозможно.

— Тогда где он? — спросил Медузон.

Хотя пустынная долина вернулась к своему естественному облику, в ней по-прежнему было полно расщелин, скал и разбросанных валунов. Даже беглая оценка давала больше двух дюжин возможных участков, где примарх мог столкнуться с вероломством врага.

Десаан понял, что не может ответить.

Сантар проследил за его взглядом и включил радиоканал. Несомненно, ничто такое обычное, как ловушка не могло убить Горгона.

— Железнотелый?

Рууман был все еще на линии хребта, медленно направляя свои дивизионы тяжелой поддержки к впадине, наблюдать за которой больше не было необходимости.

— Ничего не видно, Первый капитан. И я не могу прицелиться в ваших призрачных врагов, — добавил уныло.

— И сейчас? — спросил Сантар, когда остальные офицеры собрались вокруг него.

— Огромная и золотая равнина, но нет следов нашего примарха. Или его смерти.

Сантар отключил связь. Его лицо походило на отшлифованное железо.

— Лорда Мануса нельзя убить, — заявил он, взглянув на Десаана, — но я не брошу его. Если эльдары добрались до него, если каким-то образом поймали в ловушку, тогда мне жаль этих глупцов. Они схватили расплавленный клинок голыми руками и сгорят из-за этого.

Его сердитый взгляд нашел Медузона.

— Капитан, командуй батальонами. Направь их к местонахождению последнего узла и подтверди его наличие. Я останусь с пятьюдесятью воинами, чтобы начать поиск нашего повелителя.

— Мы все еще можем объединиться, подождать Армию и направить их на поиски? — сказал Медузон.

Сантар был настойчив.

— Нет. Если они доберутся до нас, тогда я использую их соответственно. В противном случае, я хочу следовать приказам Лорда Мануса и найти узел.

Кивнув, Медузон отправился собирать Легион, а Сантар подошел к своему товарищу и заместителю.

— Дай мне пятьдесят своих лучших воинов. Приведи Таркана и его снайперов, а также Хенрикоса. Остальные пойдут с Медузоном под его командованием, пока я не вернусь. Понятно?

— Да, Первый капитан.