Принцесса на горохе
Шрифт:
Без четверти двенадцать Александр стоял у входа в Приморский парк, с любопытством оглядываясь вокруг. Так же, как и двадцать, и тридцать лет назад в выходные люди семьями приезжали на острова, чтобы сводить детей на аттракционы, покататься на лодках и водных велосипедах, просто погулять. Он отметил, что раньше народу все-таки было больше, но теперь даже молодые семьи мобильны, могут съездить на машине за город, почти у всех имеются
Попову вспомнилось, как когда-то - ему, наверное, лет пять было, - они с отцом и матерью приехали сюда на масленицу, и ели блины с черной икрой. Сашке икра не понравилась, но отец, очень гордый тем, что добыл деликатес, умудрившись встать именно в ту очередь, где блины с икрой еще не кончились, заставлял его кушать, приговаривая:
– Может, в первый и последний раз ешь, запомни этот день.
Сейчас Попов мог себе позволить есть черную икру ложкой из тазика, как легендарный таможенник Верещагин, но точно так же ему не хотелось. И он впервые подумал, как это грустно на самом деле: мочь и не хотеть.
Он уже достал из пачки вторую сигарету, когда услышал:
– Саша, привет!
Рядом с Ириной стоял худенький светловолосый парнишка почти одного с ней роста. Попов подошел, хотел поцеловать Иришу в щеку, но постеснялся, протянул руку ее сыну.
– Попов. Для тебя дядя Саша.
– Олег, - представился мальчишка неожиданным басом.
Они пошли по аллеям в сторону кортов, Олег впереди, Ира с Сашей чуть отстав. Попов не знал, о чем говорить и чувствовал себя идиотом. Ну не привык он общаться с женщинами в присутствии сыновей-подростков!
Но вскоре неловкость отступила. На авиамодельном шоу Олег сыпал комментариями с видом знатока. Саша тоже кое в чем разбирался, и после представления по пути к кафетерию у них с сыном Ирины завязался оживленный разговор. Олег рассказывал, сколько стоят модели, аккумуляторы, пульты и прочие «приблуды», как он это называл, а Саша неожиданно горячо принялся доказывать, насколько интереснее сделать все своими руками, из подручных средств, как они в детстве делали.
– Ну да, электронный пульт из подручных средств!
– насмешливо возразил Олег.
– Я же не говорю о фанере или папье-маше. Но ведь из каких-то деталей их делают, и делают люди! Собрать самому, что-то припаять или усовершенствовать,
– Саша, я с тобой полностью согласна, - поддержала Ира.
– Я, например, всегда испытывала большее удовольствие, нося вещи, сделанные своими руками. Они милее купленных.
– Ну, вы даете! Может, вообще отказаться от высоких технологий и вернуться к каменному топору?
– Сынок, мы не об этом говорим, а о том, что сделать что-то самому действительно интереснее, чем купить. И знаете, о чем я сейчас подумала: у миллионеров на самом деле скучная жизнь! Что ни захотел - купил! Это все равно, что каждый день икру есть - никакого удовольствия! То, что досталось трудом - всегда доставляет большую радость. Правда ведь, Саша? Ну вот твой начальник, «новый русский» - он чем занимается? У него уже, наверное, все есть, и он не знает, чего еще пожелать?
Попов медлил с ответом, глядя на Иру. Что это? Классовая неприязнь, зависть? Хотя про икру он сегодня думал почти теми же словами. А может, это просто ее точка зрения? Имеет право. Но он тоже имеет свою.
– Понимаешь, мой начальник… - он с трудом подбирал слова, стараясь не выйти из роли, - он финансист, у него очень много работы и мало свободного времени. Он, может, и хотел бы что-то сделать своими руками, да и делает, наверное, только ему интереснее его работа. Можете не верить, но богатые люди - чаще всего трудоголики, им важен процесс работы, ее эффективность, результат - а не одни только деньги.
– И бандиты - трудоголики?
– язвительно переспросил Олег.
– Ты имеешь в виду воров и убийц?
– Ну да, которые в «Бандитском Петербурге».
– Фильм о начале девяностых, - уточнил Попов, который многое мог бы рассказать о тех годах, - его персонажи давно превратились в крупных бизнесменов, банкиров, в нефтяных магнатов. Те, которым интересно их дело - остались в России, и работать им немало приходится. А те, кому деньги нужны ради денег - отвалили за рубеж и живут там без забот. Но в основе самых крупных состояний во все времена стояли кровь или крупные аферы. Это закон.
– А Билл Гейтс?
– напомнил Олег.
– Про старину Билла я как-то забыл, - рассмеялся Попов.
– Все, сдаюсь, давайте лучше по мороженому.
Конец ознакомительного фрагмента.