Принцы в башне
Шрифт:
– Теперь расскажи нам, что он может, а чего нет, – попросила королева.
– А это не в его пользу.
– Поясни.
Грини почесал затылок, шмыгнул носом и сказал:
– Простыл я там. Все время на ветру, и вороны щиплются.
– Не тяни, Грини.
– Я стараюсь с мыслями совладать. Я так думаю, ваше величество, что вывести из замка констебль никого не сможет. Он ведь сам должен спрашивать разрешения из Тауэра выехать, если он в карете или с поклажей. Герцог боится, как бы его не обокрали. А если сэр Джон повезет принцев, его
– А если через стену? – спросила Алиса.
– Вокруг замка все время стража ходит. Сразу заметят. Нет, констеблю принцев не вытащить.
– А кому вытащить? – спросила Лиззи.
– Не знаю.
Грини и еще кое-что рассказал о констебле и его семье, оставил королеве бумажку со всеми именами, а также карту – как и что расположено в Тауэре. Но эта бумажка не имела особой ценности, если не найти помощника в крепости.
Королева отпустила пажа, и они принялись размышлять, что делать дальше.
И долго ничего не удавалось придумать.
А потом Алисе пришла в голову мысль, которая сначала всем показалась глупой и почти сумасшедшей. Но потом королева сказала:
– Мы ничего не теряем. А приобрести можем многое. Почему бы не попробовать?
– Я к нему сама пойду! – заявила Лиззи.
– И не мечтай, – оборвала дочку Елизавета. – Здесь нужен сдержанный и разумный человек. Ты вспылишь и все погубишь.
– Но ты же не пошлешь Алису! Она еще совсем ребенок.
– Ребенок, но разумнее тебя. А впрочем, ты права, констебль с Алисой и разговаривать не будет. Мы сделаем так: к констеблю отправится Джейн и скажет, что она – моя фрейлина и выступает от моего имени. Я могу даже дать ей мой перстень с гербом.
– А может быть, именно это и опасно? – спросила Джейн. – Если дело сорвется и об этом узнает принц Ричард...
– Хуже не будет! – отрезала королева. – Хуже некуда. Я думаю, что у нас больше шансов, если ты выступишь от имени безутешной матери. Порой у правды больше шансов победить, чем у самой изысканной лжи.
Договорились, что Алиса пойдет с Джейн как ее компаньонка и помощница.
Потом они потратили еще часа два, выбирая для Джейн платье из гардероба королевы, причем такое, чтобы оно не обращало на себя внимания.
А вот место встречи с констеблем выбрали тщательно. Благо Грини поведал о всех привычках и слабостях сэра Брендбьюри. И одной из этих слабостей была еженедельная прогулка по городу до пивной, которая называлась «Белый кабан» и располагалась на самом берегу Темзы в полумиле от Тауэра вверх по реке. Эта пивная была хороша тем, что в солнечную погоду хозяин ставил длинные столы на широкой террасе над водой, и посетители могли любоваться закатом, отраженным в реке, лодками и кораблями, что бороздили ее спокойные воды.
К террасе подходил небольшой старый сад, яблони уже отцветали, и трава, как снегом, была покрыта ковром белых лепестков.
Там и уселись две дамы, возможно, мать с дочерью, солидные среднего класса горожанки, самостоятельные, как и положено
В это время дня посетителей в пабе было немного, и мальчишка сразу принес матери с дочкой по кружке светлого эля – большую и маленькую, а к легкому пиву сушеных рыбок.
День выдался теплым, в полдень даже жарким, но к вечеру похолодало.
Они недолго сидели в одиночестве, пока на улочке, что вела к Тауэру, не появился молодой человек в одежде слуги, который, проходя мимо, выказал неуверенность, то ли ему зайти в паб, то ли идти дальше по своим делам. В конце концов юноша решился – прошел сквозь темный прохладный пустой зал и вышел на террасу.
Он занял место за пустым столом неподалеку от того столика, где расположились две дамы. И, усевшись, незаметно кивнул им, словно показывая: все в порядке.
А еще через минуту на террасу вышел высокий сутулый джентльмен в шляпе с зеленым пером, черном камзоле, зеленых чулках, с тонкой золотой цепью на груди. Вид у него был донельзя скучный и даже тоскливый.
Джентльмен огляделся и уселся подальше от других посетителей, у самой воды.
И задумался.
Он не изменил позы, даже когда мальчишка поставил перед ним оловянную кружку с элем.
Если не считать Грини да двух горячо спорящих моряков на другом конце террасы, в пабе было совершенно пусто. Поэтому никто не обратил внимания на то, как полная, с добрым круглым лицом дама в синем бархатном платье и серой суконной накидке поднялась со своего места, не выпуская из руки кружки, подошла к джентльмену и спросила:
– Простите, сэр, вы позволите сесть за ваш стол?
Джентльмен был удивлен до крайности, если не сказать – испуган.
– Что случилось? – спросил он. Его глаза метались по лицу и фигуре дамы, словно их владелец никак не мог сообразить, кто она такая и почему осмелилась побеспокоить такого солидного господина.
Джентльмен сразу понял, что имеет дело не с нищенкой и не с женщиной недостойного поведения, не с обманщицей и не с бродячей торговкой. Так что же понадобилось от него такой богато одетой даме?
Так как джентльмен молчал и ничего не отвечал, дама продолжала:
– Разрешите представить вам, сэр Брендбьюри, мою дочь Алису, баронессу Гришем.
– Ал... – Констебль чуть было не поперхнулся пивом. Он никак не мог собраться с мыслями.
Тогда Джейн уселась напротив него и указала Алисе место рядом.
– Я приехала в Лондон, чтобы сделать вам выгодное предложение, – сказала фрейлина. – Вы позволите мне занять несколько минут вашего драгоценного времени?
Теперь все зависело от поведения констебля. Если он испугается и побежит прочь или начнет звать стражу, то Грини должен помочь Джейн с Алисой скрыться или прикрыть их от опасности. Но от фрейлины исходило такое спокойствие, ее добрым глазам так хотелось доверять... С ней можно было поделиться самыми жгучими тайнами.